Введение: После триумфа под Полоцком
После блестящего взятия Полоцка в 1579 году, завершившего первую кампанию Ливонской войны, для короля Речи Посполитой Стефана Батория наступила не передышка, а время напряженной подготовки. Решительный монарх не собирался останавливаться на достигнутом. Бросать столь удачно начатое предприятие казалось ему немыслимым, тем более что существовали серьезные опасения зимнего контрнаступления со стороны его главного противника — царя Ивана Грозного.
Для обеспокоенного московского государя, в свою очередь, потеря Полоцка стала тяжелым ударом, заставившим его искать пути для дипломатического маневра, чтобы выиграть время. Таким образом, кампания 1580 года становилась критически важной для обеих сторон: для Батория это был шанс развить успех и перенести войну вглубь московских земель, а для Ивана — возможность переломить ход войны или хотя бы отсрочить неминуемое столкновение.
1. Политическая битва за продолжение войны
Военные победы, одержанные на поле боя, требовали не менее значимых побед на политической арене. Для продолжения дорогостоящей войны Стефану Баторию было жизненно необходимо заручиться полной внутриполитической и финансовой поддержкой Речи Посполитой. Этот процесс оказался не менее сложным и драматичным, чем сама военная кампания.
1.1. Финансовые и политические препятствия
Первая кампания повлекла за собой значительные расходы: она обошлась казне более чем в 320 тысяч злотых, в то время как государство выделило чуть более 200 тысяч. Это вынудило Батория покрывать разницу из личных средств и займов. Столкнувшись с таким дефицитом, король сделал ставку на главный политический инструмент королевства — созыв сейма. Он торопил его созыв, назначив открытие на 22 ноября в Варшаве, поскольку опасался, что Иван Грозный, имевший обыкновение начинать боевые действия зимой, попытается отвоевать утраченные крепости, а платить солдатам будет нечем.
Король разослал к шляхте универсалы с призывом предварительно собраться на сеймиках. Реакция превзошла ожидания: шляхта, воодушевленная полоцким триумфом, почти единогласно высказалась за продолжение войны и согласилась выделить необходимые средства. Казалось, путь к новой кампании был открыт.
1.2. Оппозиция и аргументы противников
Несмотря на общую поддержку, на сейме проявилась и оппозиция. Ее аргументы можно разделить на две группы. Первая выражала стратегические сомнения: немногие противники войны указывали на то, что нет смысла завоевывать всю Московию, поскольку управлять таким «громадным государством» будет чрезвычайно трудно.
Вторая группа оппонентов выдвигала претензии личного и политического характера. Недовольство вызывало венгерское происхождение Батория и его покровительство соотечественникам. Эти настроения активно подогревались влиятельным родом Зборовских, которые считали, что король, обязанный им престолом, обошел их высокими должностями. Противники монарха сумели навязать сейму обсуждение того, насколько Баторий выполнил свои предвыборные обязательства.
Обвинения, выдвинутые против короля, были многочисленны и разнообразны:
- Невыполнение финансовых обязательств: Утверждалось, что он не уплатил государственные долги.
- Назначение иностранцев: Короля упрекали в том, что иностранцы получают важные должности в ущерб полякам.
- Невыгодные договоры: Оппозиция заявляла, что герцог Курляндский был утвержден в своих владениях на условиях, невыгодных для государства.
- Личные нападки: Распускались слухи, что Баторий пренебрегает своей женой, королевой Анной Ягеллонкой, и даже добивается в Риме развода.
Король, однако, с легкостью опроверг все обвинения. Он заявил, что потратил значительные суммы из собственной казны на жалованье солдатам, усмирение Данцига и войну с Москвой, и теперь у него нет ничего «отдельного от государства». Назначение иностранцев он объяснил военной необходимостью: Речь Посполитая обладала прекрасной конницей, но испытывала нехватку в обученной пехоте. Назначение же Габора Бекеша командиром венгерского отряда было логичным, так как «венграми должен командовать венгр». В доказательство выгодности курляндского договора был представлен сам документ, а слухи о разводе были пресечены оглашением реальной темы переговоров с Римом.
1.3. Решающая речь Замойского
Поворотным моментом в дебатах стала речь ближайшего соратника короля, канцлера Яна Замойского (он был женат на доцери Криштофа Батория, старшего брата короля Стефана). Именно его аргументы окончательно склонили чашу весов в пользу Батория. Обращаясь к тем, кто опасался чрезмерного расширения государства, он провел яркую аналогию:
«Есть немало таких, которые опасаются трудностей управления при слишком большой обширности владений... Но может показаться удивительным, отчего в своих частных делах никто не рассуждает так, как по отношению к государству. Существует ли хоть один человек, который не предпочел бы десяти имений одному?.. Положение нашего государства, мне кажется, таково, что если мы только хотим иметь средства и если желаем сохранить настоящее состояние республики, то совершенно необходимо присоединить к ней какое-нибудь новое владение... Установив в нем подати и пошлины, мы могли бы освободить себя от некоторой значительной доли общих тягостей».
Эта речь, предлагавшая Речи Посполитой, по сути, «политику порабощения других стран», резко контрастировала с федеративными основами ее государственного устройства. Гений Замойского заключался в том, что он представил имперскую экспансию как прямую финансовую выгоду для не желавшей платить налоги шляхты, по сути пообещав, что издержки войны лягут на плечи новых покоренных подданных. В тот момент шляхта, воодушевленная такой перспективой, не стала вникать в эти тонкости. Сейм без колебаний утвердил новые налоги на войну, обеспечив королю полную поддержку.
Пока в Варшаве утихали политические баталии, Москва уже начинала свою сложную дипломатическую игру.
2. Дипломатическая прелюдия и шпионские игры
Дипломатическая стратегия Ивана Грозного зимой-весной 1580 года была продиктована не искренним желанием мира на условиях Батория, а стремлением выиграть время, собрать силы и разведать планы противника. Это была игра на затягивание, в которой слова о мире служили прикрытием для подготовки к войне.
2.1. Попытки Ивана Грозного отсрочить войну
Москва инициировала целую серию дипломатических миссий. Сначала гонец Леонтий Стремоухов, затем дворянин Елизарий Благово, а позже и Григорий Нащокин были отправлены к Баторию с предложениями о мире. Тон посланий Ивана Грозного менялся по мере приближения военной угрозы. Если вначале он был полон достоинства, то в последней грамоте царь прямо писал, что, «смиряясь перед Богом и перед ним, королем, велел к нему своим послам идти».
Баторий, однако, смотрел на эти переговоры со скептицизмом, видя в них лишь уловку, чтобы «протянуть время сколь возможно дольше и разузнать состояние противника». Он занял твердую позицию: он не будет отправлять своих послов в Москву, где их могут подвергнуть унижениям, но готов принять московское посольство. Причем принять не в столице, а в своем военном лагере, во время похода. Этим король давал понять, что переговоры будут вестись с позиции силы, и его требования получат весомое подкрепление в виде готовой к бою армии.
2.2. Раскрытие заговора Осцика
Подозрения Батория в неискренности Москвы получили зловещее подтверждение, когда выяснилось, что московский гонец Нащокин во время своего пребывания в Литве вошел в тайные сношения с литовским паном Григорием Осциком. Этот вельможа, поддерживавший переписку с Москвой еще со времен бескоролевья, обещал поднять в Литве мятеж, подчинить ее московскому царю и даже убить самого Батория. Для придания веса своим обещаниям Осцик подделал печати многих сенаторов, создавая у московской стороны впечатление широкой поддержки заговора.
Раскрытие этого заговора окончательно убедило короля, что дипломатические инициативы Ивана Грозного являются лишь прикрытием для подрывной деятельности. 18 июня 1580 года Григорий Осцик и его сообщник были казнены. Эта казнь поставила финальную точку в шпионском деле и развеяла последние иллюзии относительно возможности мирного урегулирования.
Пока шли дипломатические маневры и раскрывались заговоры, обе стороны активно готовились к неминуемому военному столкновению.
3. Сбор армий и выбор цели
Несмотря на политическую поддержку сейма и уверенность короля в успехе, подготовка к кампании 1580 года была сопряжена со значительными трудностями для обеих сторон.
3.1. Мобилизация сил Речи Посполитой
Сбор войск в Речи Посполитой шел медленно. Многие ветераны первой кампании, понесшие большие потери и лишившиеся лошадей и снаряжения из-за непогоды и плохих дорог, неохотно записывались на новую службу. В этой ситуации огромную роль сыграл Ян Замойский, который не только сформировал и содержал отряд на собственный счет, но и личным примером вдохновил многих присоединиться к армии.
Для увеличения численности войск король прибег к мере, одобренной еще сеймом 1578 года, — набору крестьян из королевских имений из расчета по одному человеку с каждых двадцати ланов. Несмотря на сопротивление державцев (управляющих имениями), эта мера принесла около 1500 солдат. Кроме того, как и в прошлом году, из Трансильвании прибыла венгерская пехота, набранная братом короля, Кристофом.
3.2. Подготовка Московского государства
Иван Грозный также предпринимал экстренные меры для сбора армии и средств. В январе 1580 года он созвал Земский собор, на котором заявил, что «церковь и православие в опасности», и потребовал от духовенства жертв на войну. Собор постановил отдать в государеву казну значительную часть церковных и монастырских земель. (Приговор Собора 1580 года.)
Набор служилых людей проводился с помощью принудительных мер. Детей боярских, уклонявшихся от службы, разыскивали специальные чиновники, били кнутом и отправляли в войско. В результате Ивану удалось собрать большую армию, но, как и годом ранее, она представляла собой «плохо организованную и плохо руководимую массу». У царя вновь не было четкого плана ведения военных действий. Таким образом, мобилизация Батория опиралась на личный пример и целевые сборы, в то время как действия Ивана были отмечены экспроприацией и принуждением, что отражало различную природу их государственных систем.
3.3. Военный совет в Щудуте: Выбор цели
Стефан Баторий, в свою очередь, действовал по тщательно продуманному плану. Чтобы ввести Ивана Грозного в заблуждение, он назначил сборным пунктом для армии местечко Чашники, расположенное на перекрестке дорог, ведущих и на Смоленск, и на Великие Луки.
8 июля в селе Щудут состоялся военный совет, на котором определилось главное направление удара. Были рассмотрены три варианта, каждый со своими доводами «за» и «против».
Псков. Предложение было не отвергнуто, а лишь отложено до более удобного времени, поскольку поход на Псков оставлял бы в тылу неприятельские крепости, что представляло серьезную опасность.
Смоленск. Указывалось на богатство города и возможность подчинения всей Северской области с его взятием. Но отмечалось, что путь лежал по опустошенным землям; армия уходила бы слишком далеко от Ливонии; была малая вероятность того, что царь рискнет дать генеральное сражение для защиты окраинной крепости.
Великие Луки. Удобство транспортировки артиллерии и припасов по рекам Двине и Усвяче; ликвидация угрозы Ливонии с этого направления; крепость находилась в «предсердии» Московского государства; высокая вероятность того, что Иван бросит все силы на ее защиту, что приведет к желанному генеральному сражению; плодородность окрестностей для прокорма армии.
Мнение большинства совпало с решением, которое уже давно принял сам король. Даже перешедшие на сторону Батория московские воеводы подтвердили, что с военной точки зрения значение Великих Лук важнее.
Стратегический выбор был сделан. Армия готовилась выступить в поход.
4. Поход на Великие Луки: Первые победы
После принятия стратегического решения армия Стефана Батория начала марш на восток, последовательно захватывая опорные пункты на пути к главной цели. Первую важную операцию кампании король доверил человеку, который проявил себя не только как выдающийся политик, но и как талантливый полководец — Яну Замойскому.
4.1. Взятие Велижа под командованием Замойского
Назначение Замойского командующим авангардом вызвало недовольство литовцев, усмотревших в этом ущемление своих прав, но Баторий был непоколебим. Замойский проявил и исключительную предусмотрительность в вопросах снабжения, заранее организовав доставку артиллерии, амуниции и провианта из собственных имений по рекам Неман и Двина к театру военных действий. Под его начало был отдан корпус численностью около 6000 человек, включая его личный отряд, одетый в траурный черный цвет в знак скорби по недавно умершим жене и дочери полководца.
Марш к Велижу был организован образцово. Замойский разделил походную колонну и обоз на три части, чтобы избежать задержек на узких лесных дорогах, и принял все меры предосторожности. Хронология осады Велижа была стремительной:
- 3-4 августа: Корпус Замойского прибыл к крепости. Попытка внезапного штурма не удалась. Гарнизон отклонил предложение о сдаче.
- 5 августа: Прибыла артиллерия, и осаждающие немедленно приступили к осадным работам.
- 6 августа: После начала бомбардировки солдатам удалось поджечь крепостной мост и стены. Деморализованный гарнизон капитулировал.
В ходе операции Замойский издал военные артикулы, которые, по жестоким меркам того времени, отличались примечательной гуманностью: под страхом смертной казни запрещалось грабить храмы и убивать детей, стариков и духовных лиц. Прибывший вскоре в Велиж король высоко оценил действия канцлера и был очень доволен тем, что укрепления крепости сохранились в целости.
4.2. Падение Усвята
Пока Замойский брал Велиж, основная армия во главе с королем двинулась от Суража к крепости Усвят. Войска шли в строгом походном порядке. Авангардом командовал каштелян Волминский, за ним следовали литовские отряды под началом гетманов Христофора и Николая Радзивиллов, а далее — главный корпус с королем, прикрываемый частями Яна Зборовского и Габора Бекеша.
Зборовский оставил описание похода, которое было издано под названием "Дневники второго похода Стефана Батория на Россию (1580 г.)"
15 августа литовские войска подошли к Усвяту. На требование о сдаче гарнизон ответил, что не может прочесть письмо, поскольку среди них нет никого, кто обучен грамоте не только литовской, но и московской. Однако этот показной задор быстро иссяк. На следующий день, 16 августа, после того как поляки и венгры под покровом ночи возвели шанцы в непосредственной близости от стен, осажденные сдались. Этот быстрый успех литовских отрядов вызвал у поляков чувство досады и зависти.
После захвата Велижа и Усвята путь был расчищен. Вся армия Стефана Батория сосредоточилась у своей главной цели кампании.
5. Осада Великих Лук: Кровавый триумф
Прибытие всей армии Батория к стенам Великих Лук создало атмосферу ожидания решающего сражения. Мощь собранных сил внушала уверенность, но и задача предстояла сложнейшая. Крепость была не только сильна сама по себе, но и защищалась многочисленным и решительным гарнизоном.
5.1. Сбор сил у стен крепости
Укрепления Великих Лук, построенные из дерева, имели новаторскую защиту. Учтя опыт осады Полоцка, где деревянные стены были сожжены раскаленными ядрами, защитники обложили их сверху донизу толстым слоем дерна. При подходе армии Батория гарнизон, по своему обыкновению, сжег примыкавший к крепости богатый посад, лишив противника укрытий и материалов.
Армия Батория, по оценкам, едва ли превышала 35 000 человек. Ей противостоял гарнизон численностью в 6000–7000 человек под командованием воевод князя Федора Ивановича Лыкова-Оболенского (взят в плен) и Ивана Большого Васильевича Воейкова (убит).
5.2. Провал последней дипломатической миссии
28 августа в лагерь Батория прибыло московское посольство во главе с князем Иваном Сицким. Прием был оказан демонстративно холодный: когда послы вошли в шатер, король не встал и не снял шапки при упоминании имени царя.
Переговоры сразу зашли в тупик. Послы ультимативно требовали, чтобы король отвел войска и вел переговоры в Вильне, на что получили категорический отказ. 2 сентября состоялась новая встреча, на которой позиции сторон окончательно прояснились:
- Предложения Москвы: Уступить уже захваченный Полоцк, а также Курляндию и города, бывшие во владении герцога Магнуса.
- Требования Батория: Северская земля, Псков, Новгород, Смоленск, вся Ливония и полное покрытие военных издержек.
Более того, после провала переговоров литовские сенаторы стали уговаривать короля согласиться на предложения Москвы, опасаясь, что защита новых далеких завоеваний, таких как Великие Луки, всей тяжестью ляжет на Литву. В этот критический момент Баторий пригласил на совет Замойского. Канцлер уверенно заявил, что, полагаясь на удачу короля и храбрость солдат, он питает самые лучшие надежды на взятие крепости и не следует упускать удобного случая. Выслушав его, Баторий решил продолжать осаду, окончательно убедившись в безрезультатности переговоров, которые он использовал лишь для того, чтобы задержать послов в своем лагере в качестве невольных свидетелей своего неминуемого военного триумфа.
5.3. Штурм и падение крепости
Осада развивалась стремительно и драматично:
- 30 августа – 1 сентября: Начались осадные работы. Русские совершили успешную вылазку. Артиллерия начала обстрел, но раскаленные ядра оказались бессильны против покрытых дерном стен.
- 2-3 сентября: Попытки поджечь стены проваливались одна за другой. Русские проявляли невероятное мужество, спускаясь со стен на веревках под огнем, чтобы потушить начинающиеся возгорания. Венгерские саперы начали вести подкоп для закладки мины.
- 4 сентября: Новые попытки поджога были безуспешны. По приказу короля была взорвана мина, но взрыв не принес решающего успеха, образовав лишь небольшую брешь.
- Ночь с 4 на 5 сентября: Наступил решающий момент. После очередной попытки поджога сильный порыв ветра раздул пламя. Огонь охватил стену и быстро перекинулся на городские постройки. Пожар принял огромные размеры.
На рассвете 5 сентября, видя, что всякое сопротивление бессмысленно, измученный гарнизон объявил о своей сдаче.
5.4. Резня и взрыв
Падение крепости обернулось трагедией. Солдаты, раздосадованные потерями и перспективой того, что пленные русские воины снова возьмутся за оружие, громко роптали, требуя мести.
Как только воеводы сдались, в крепость первыми бросились не солдаты, а жаждавшие добычи маркитанты и обозные служители. Увидев это и опасаясь остаться без трофеев, регулярные солдаты нарушили приказ. Венгры, а за ними и поляки поспешили в крепость и, несмотря на попытки офицеров их остановить, устроили «страшную резню, убивая всех без разбора — мужчин, женщин, детей».
В разгар этого хаоса огонь, продолжавший бушевать в городе, достиг пороховых погребов. Произошел ужасающий взрыв, унесший жизни около двухсот грабителей и уничтоживший большую часть захваченных трофеев. Обозревая место побоища, усеянное телами, король, по словам очевидцев, «едва мог удержаться от слез».
Несмотря на жестокость и трагическую развязку, взятие Великих Лук стало важнейшим стратегическим успехом, который Баторию необходимо было закрепить.
6. Закрепление успеха и завершение кампании
Даже после столь крупной победы армия Стефана Батория столкнулась с серьезными внутренними проблемами и новыми угрозами со стороны противника. Триумф под Великими Луками требовал немедленного развития, но дисциплина в войсках начала давать сбои.
6.1. Проблемы в лагере победителей и победа под Торопцом
Сразу после взятия крепости в лагере начались инциденты неповиновения. Солдаты «черной пехоты» Яна Замойского отказались выступать на новую позицию, требуя выплаты жалованья. Еще большую проблему представляли литовские добровольцы, которые стали массово дезертировать и разъезжаться по домам.
Одновременно активизировались русские войска. Их внезапные нападения на фуражиров, в ходе которых были полностью истреблены венгерский и польский отряды, застали армию Батория врасплох и сильно разгневали короля. В ответ была организована крупная экспедиция под командованием брацлавского воеводы Януша Збаражского к Торопцу. У одного из лесных мостов передовой отряд венгра Киралия применил тактическую хитрость: его солдаты атаковали русскую засаду с громкими криками, чтобы создать впечатление подхода превосходящих сил и сломить сопротивление противника. Хитрость удалась. Вскоре у Торопца отряд Збаражского атаковал и нанес полное поражение русскому войску, захватив в плен воевод Дмитрия Черемисинова и Григория Нащокина — того самого, что недавно вел переговоры с Баторием и был связан с заговорщиком Осциком.
6.2. Взятие Невеля, Озерища и Заволочья
Параллельно с восстановлением Великих Лук Баторий направил отряды для захвата оставшихся крепостей в регионе.
- Невель: Осада этой крепости, которую вел Николай Дорогостайский, поначалу шла безуспешно. Лишь после прибытия подкреплений и венгерских саперов удалось переломить ситуацию. 29 сентября венгры подожгли стену, и гарнизон, у которого к тому времени почти закончился порох, сдался.
- Озерище: Эта сильная, недавно построенная крепость оказалась в полной изоляции после падения соседних городов. Понимая безнадежность своего положения, гарнизон сдался добровольно.
- Заволочье: Взятие этой крепости, расположенной на острове посреди озера, стало самым сложным предприятием завершающей фазы кампании. Осаду в тяжелейших осенних условиях вел Ян Замойский. Первый штурм с использованием наплавного моста провалился с большими потерями. В лагере началась эпидемия лихорадки. Однако Замойский проявил непреклонную решимость. Перед решающим штурмом он обратился к солдатам с трогательной речью, превознося их мужество и обещая славу павшим. По свидетельству очевидцев, многие плакали и прощались друг с другом, готовясь к смерти. Тщательно подготовив второй, массированный штурм с нескольких сторон, он был готов отдать приказ об атаке. В этот самый момент, 23 октября, гарнизон, видя неотвратимость своего падения, неожиданно сдался.
6.3. Действия на флангах
Военные действия шли и на других театрах войны, создавая полную картину кампании:
- На правом фланге оршанский староста Филон Кмита предпринял дерзкий рейд к Смоленску. После первоначального успеха и победы в ночном бою против превосходящих сил, его отряд слишком углубился на вражескую территорию. На обратном пути он был атакован и едва не уничтожен, а его отступление превратилось в беспорядочное бегство. Лишь своевременное прибытие подкрепления спасло остатки отряда Кмиты от полного истребления.
- Казацкий гетман Оришовский совершил поход в Северскую область, где опустошил окрестности, сжег город Стародуб и с большой добычей вернулся назад.
Заключение: Итоги кампании 1580 года
Военная кампания 1580 года завершилась полным успехом для Стефана Батория. Ее главным итогом стало приобретение Великих Лук — важнейшего стратегического пункта, ставшего плацдармом для дальнейшего наступления вглубь Московского государства. Взятие целого ряда крепостей — Велижа, Усвята, Невеля, Озерища и Заволочья — полностью обезопасило фланг армии и лишило Ивана Грозного опорных баз в этом регионе.
Успехи 1580 года окончательно закрепили за Стефаном Баторием стратегическую инициативу в войне и укрепили в короле веру в победоносное завершение всего предприятия. Путь на Псков, одну из ключевых целей войны, был открыт.