Антарктический морской лёд в зимний период 2025 года достиг третьего по величине минимума за почти полувековой период спутниковых наблюдений. Согласно предварительным данным Национального центра снежного и ледяного покрова Университета Колорадо Боулдер, максимальная площадь льда за зиму составила около 17,81 млн км², что ниже исторической нормы.
Учёные обращают внимание, что рекордно низкие уровни морского льда в Антарктиде в последние годы становятся всё более регулярными. По оценкам, лишь в 2023 году и в 2024 году фиксировались ещё меньшие зимние максимумы, однако именно в 2025-м значение остаётся значительно удалённым от среднего показателя за десятилетия.
Старший научный сотрудник Тед Скамбос (Ted Scambos) из Университета Колорадо отметил, что до 2016 года ледовые измерения носили характер «колеблющегося, но умеренного роста». Сейчас же, по его словам, «то, что кажется происходящим, — тёплые воды мирового океана проникают в те слои, что ближе к Антарктиде».
Потеря морского льда имеет комплексные последствия. Хотя таяние плавучего льда само по себе не вызывает подъём уровня моря, уменьшение ледяного покрова снижает отражательную способность поверхности — тёмная морская вода поглощает гораздо больше солнечной энергии, чем лёд. При этом лед препятствует волновому воздействию на прибрежные ледяные щиты и ослабляет действие ветров над океаном.
В то же время существует взаимосвязанный эффект: тёплые, влажные воздушные массы над морем могут перемещаться к побережью Антарктиды и вызывать увеличение выпадения снега над ледяным щитом. Скамбос указал, что такое усиление осадков «временно смягчает последствия повышения уровня моря», но добавил, что при длительном потеплении ледяной покров всё же сокращается.
Антарктическая ледяная шапка хранит такое количество льда, что при её полном таянии уровень мирового океана может серьёзно подняться в долгосрочной перспективе. Учёные подчёркивают, что быстрые изменения на Антарктиде требуют пристального внимания: тенденции, наблюдаемые сейчас, могут быть индикаторами новых вызовов для устойчивости глобальной климатической системы.