.. Помнится, жил в серванте у нас сушеный крокодил. Маленький совсем, с белку. Чучело, само собой. Бабушка привезла его то ли с Индии, то ли с Афганистана. У бабушки была тяга к далеким путешествиям и сила воли. С помощью последней она внеурочными зарабатывала деньги на свои путешествия, а также выбивала путевки в разных профкомах, время было советское. А потом родилась я и глобус сузился до районных маршрутов, но не о том.
Так вот. Больше всего меня интересовали не игольчатые зубы крохотного крокодила, не ореховые навыкат глаза, а грубый ниточный шов вдоль блестящего пуза.
Помнится, в шкафу еще жил черный мини-бюст Наполеона с бархатистой бумагой на донышке, сухие как пыль морские звезды, раковины со звенящими внутри наперстками, безумное количество полированных камней, бокалы из чешского стекла, позолоченный кофейный набор и масса других необычных предметов, которые я считала родными. Жалко, что большую часть этих предметов мать выкинула во время ремонта. Странный способ порвать с неприятным прошлым. Ведь эффективнее смотреть на предмет новыми глазами, чем хранить в памяти старую картину мира, но и не об этом.
Так вот.
Вышеупомянутый крокодильчик не успел рассмотреть мир со всех крокодильих ракурсов. Но успел принести некую пользу. Копеечку владельцу крокодильей фермы, однозначно. И рубль в копилку детских воспоминаний отдельного человека. Кончики моих пальцев еще помнят зубчатую лесенку шва на животе крокодила. Если бы не этот шов... Если бы не шов.
По стенам залы висели длинные африканские маски из красного и черного дерева. Вытянутый минимализм глубоко цвета. Чуть выше - некое мифо.панно из фольги и слоновой кости. Панно представляло собой загадочную гравировку со слоном и человеком в тюрбане.
Восточные маски располагались в окружении славянских таких, выстроганных из дерева лиц, Лиц с выпученными глазами, жутким оскалом и непременными рожками. Деревянных чертяк стремительно сняли со стены, когда родился мой младший брат. А восточные божества остались. Позже, когда я училась в университете и слегка интересовалась восточным пантеоном, осенило: не те маски мама прятала! В "восточных рядах" такая грозная мифопоэтика вырисовывалась! Прямо над детской кроваткой, ну.
А на шкафу, под самым потолком, стояла полуметровая такая Парвати. Не знаю, как бабушке в суровые запретные времена удалось статуэтку вывезти из дальних стран, однако факт. Госпожу Парвати избегали даже пауки, настолько она была совершенна. Раз в квартал бронзовую даму снимали с пьедестала, я долго протирала ее пыльные складочки и орнаменты чуть увлаженной тряпкой. Это занятие забирало у меня целый игровой день. Вот Парвати я бы непременно забрала в свой дом, если бы он у меня был.
А в самом нижнем отсеке "стенки" жили детские книги, коих было непозволительно много, но их мне всегда не хватало. И в соседнем отделении - военный планшет моего прадеда. И крохотный театральный бинокль цвета слоновой кости. И очень старые фотоальбомы. Потрепанные, без хронологии и заботливых рук, которые бы в них убрались, все подписали и разложили аккуратно по кармашкам. Размытые пейзажи и памятники архитектуры, трудовой коллектив на отдыхе, комсомолки, скалолазки, крестьяне, дети на стульях, скромные овчарки. Лица, глаза, лица, глаза. Картинки, на которые можно не смотреть. Достаточно было запаха, жизненного тепла под пальцами. Картон, фотобумага, цветные треугольнички вставок, мягкие детские локоны в конвертах, открытки с короткими посланиями на обратной стороне, бирки отелей, рекламные проспекты на неизвестных языках, снова уставшие лица в косынках и рабочей одежде, групповые снимки на фоне производственных интерьеров, частный сектор большого города.
Время пахнет полувыветренными специями и канцелярским клеем. Хлебом и деревом. Кожей. Рыхлое время. Время-невод. Закрутит и не отпустит, никогда. Словно нет его, времени. И мне пять, и я пытаюсь запомнить подушечками пальцев шов на животе крохотного крокодила.
(Нити Пандоры. 31.05.2011)
Прошу прощение за этот фрагмент личных архивов. Я пытаюсь напомнить себе о том, что раньше умела писать, запоминать жизнь и вообще, ловить ее сразу всеми сенсорами. Ощущение перекрестка, на котором я встала в начале зимы, никуда не делось. Единственное, на перекресток я водрузила беговую дорожку. Чтобы не стоять без пользы и пассивно прокачивать мышцы)))