— Пожалуйста, не губите нашу планету!
Джим уставился на оживший экран дальней связи. Там появилась девушка, симпатичная, с бледно-зеленой кожей, зачесанными назад рыжими волосами и темными глазами. Сперва ему показалось, что ее щеки, лоб и шея покрыты веснушками. Приглядевшись, он понял, что это мелкие чешуйки, сливающиеся в сплошной узор. Девушка выглядела взволнованной и испуганной.
— Пожалуйста, поговорите со мной!
Заступая на дежурство два часа назад, биолог Джим Чанг совсем не ждал такого поворота событий. Он рассчитывал на спокойную ночную смену. «Рианна» заняла стационарную орбиту вокруг Глизе-Дэ. Каждые три часа среди звезд показывалась синяя точка Родины, и автоматика посылала домой краткий сигнал «Все ок».
Еще через два часа корабль поворачивался носом к Глизе-Дэ. Необъятная планета-океан вставала из-за края иллюминатора. По темно-зеленой поверхности бежали облака, пылили штормы, иногда сверкали молнии. Ни клочка суши.
Поначалу зрелище завораживало, и все три члена экипажа собирались в это время в рубке. Капитан Марк Роксэведж кивал, как архитектор, принимающий хорошо сделанную работу. Солдафон Отто фон Платен смотрел на Дэ с удивлением маленького ребенка. Джим первые несколько витков не отрывался от приборов и телескопа, фиксируя все возможные данные и наблюдения.
Еще бы, впервые за двести лет жители Родины добрались проведать родственников с планеты-соседа! Момент единения двух разделенных колоний землян! Но прошли одни местные сутки, вторые, пятые. Жители планеты-океана не отвечали. Зонды корабля улетели кружить в атмосферу, собирать материалы, и вернуться должны были только завтра.
В очередную смену капитан Роксэведж равнодушно взглянул на восход зеленого гиганта, отдал стандартные распоряжения и удалился. Платен доел ужин, велел «младшему по званию» убрать со стола, и тоже отправился спать. Вообще-то Джим, главный научный сотрудник экипажа, подчинялся напрямую капитану. Но объяснить это наглому Платену он так и не смог. Так что биолог побросал пустые тюбики и трубки в утилизатор, оттолкнулся от стола и заскользил в центральную рубку. Его ждали шесть часов спокойной работы.
В который раз он подумал, какой дурацкий у них подобрался экипаж. Земная колония на Родине двести лет копила силы для возобновления космических полетов. Чтобы построить на орбитальной верфи «Рианну» и транспортные челноки, пришлось разобрать на детали все, что осталось от «Фуси», гигантского корабля колонистов. За возможность полететь в космос любой исследователь отдал бы полжизни. Но специальная комиссия при Совете отобрала троих.
В своей кандидатуре Джим Чанг не сомневался. В тридцать с небольшим он уже был доктором биологии и геологии, прошел ускоренный курс океанологии, и, несмотря на средний рост и щуплое телосложение, выдержал все предполетные тесты. Капитан Роксэведж – хороший астронавт. Потомственный военный, пилот в десятом поколении, классический служака с короткой стрижкой и мужественными глубокими морщинами. Джим, при всей неприязни к военным, за два месяца полета оценил навыки и решительность капитана. Особенно важно иметь в рубке хорошего пилота, когда автоматика в корабле частично еще земного производства.
Но вот третий астронавт! Платен числился на борту социологом и техником. Но если в технике он действительно разбирался, то из социологии знал только историю своего славного рода. Генеалогию фон Платенов он мог легко рассказать от прилета «Фуси» еще на тысячу земных лет назад. В остальном он был ограниченным, тупоголовым военным. С капитаном Роксэведжем он быстро нашел общий язык, несмотря на какие-то древние предрассудки пилотов против пехоты. А вот с биологом не поладил сразу и считал его чем-то вроде юнги на корабле.
Так и вышло, что всю научную работу делал только Джим. Дежурить в ночные смены он вызвался добровольно. Это позволяло, во-первых, реже встречаться с Платеном, а во-вторых – спокойно обрабатывать данные наблюдений.
Биолог как раз заканчивал описание вихревого шторма над одним из полюсов планеты, когда включилась дальняя связь и возникла девушка-русалка.
— У тебя, что, чешуя? – Выпалил Джим, уже понимая, как глупо это звучит. Особенно для первой фразы при встрече цивилизаций.
— Да, – просто ответила девушка, – Мы теперь такие. Меня зовут Парфенопа. А как зовут тебя?
— Джим Чанг, биолог, старший научный сотрудник института Нью-Токио, – Машинально произнес Джим, – Мы прилетели с соседней планеты, с колонии Глизе-Цэ. Понимаешь?
Ученый судорожно соображал, как построить разговор. Ему же выпала честь первого контакта! Насколько деградировали колонисты за время потери связи? Двести лет назад, обустроившись на плодородной Глизе-Цэ, выходцы с Земли отправили корабль на Дэ. Уже было известно, что вся поверхность планеты покрыта соленым протоокеаном, ни клочка суши, ни капли пресной воды. Поселенцы добрались до пункта назначения, развернули плавучую платформу, наладили опреснители. Но в последующие годы сообщения от них становились все реже, научные данные приходить перестали вовсе. На Глизе-Цэ пришли к выводу, что колония пришла в упадок, а то и просто выродилась. И вот только сейчас с Родины, Глизе-Цэ, пришла новая экспедиция. А что если он разговаривает с примитивной дикаркой?
— Мы помним про Глизе-Цэ и про Землю, – улыбнулась девушка, – Когда развалилась железная земля-над-водой, мы ушли жить в глубины. Но остались людьми. Мы ждали!
— Но это... Сенсация! Вы мутировали? Научились дышать в соленой воде? Поменяли метаболизм? Пар... Парфенопа, расскажи мне про вашу эволюцию!
— Зови меня просто Пат, – Девушка приблизилась к экрану, и по плавности движений Джим понял, что она действительно находится под водой, в толще океана.
У него перехватило дыхание. Это же переворот в науке. Он уже представил, какие будут глаза у профессоров с кафедры. А материал для диссертации! Перед ним явно был мутант, генетическое отклонение, но при этом сохранивший разум и даже какую-то культуру! Ему, Джиму Чангу, предстоит роль антрополога, биолога, и даже историка при изучении этого народа! С чего начать? Нужно наладить контакт с исследуемым объектом. Она, кажется, боится их?
— Пат. Зови меня Джим. Мы прилетели с миром! Мы совсем не собираемся нападать на вас! Наш корабль... Небесная лодка... Мы ученые, мы не будем нападать!
— Джим. Как хорошо, что я говорю с тобой. Я так боялась, что на связь выйдет этот ужасный капитан Роксэведж! Он спит?
Джим огляделся по сторонам. И правда, может разбудить остальных астронавтов? Хотя бы капитана?
— Наш капитан хороший парень! Погоди... А откуда ты знаешь, как его зовут?
— Джим... Теперь я верю, что ты и сам не знаешь. Ты мудрец, а не воин. Пять приливов назад, когда вы вынырнули из глубин космоса, вы сбросили вниз железные камни.
— Да, стандартные метеорологические зонды, для сбора образцов. Это такие штуки, которые...
Пат грустно улыбнулась. Несмотря на чешую и складки жабр на шее, лицо ее было совсем человеческим, и Джим легко понимал ее выражение.
— Джим. В воде и над водой, воины всегда помыкают мудрецами. Пять приливов назад ваш вождь, капитан Роксэведж, отправил послание на всех волнах эфира. У нас есть приемники на развалинах земли-над-водой, мы помним, как пользоваться ими. В послании говорилось, чтобы наш Океан покорился власти Глизе-Цэ, и признал бы правителей колонии как своих правителей.
— Пат, ты что-то путаешь. У нас на корабле даже оружия нет! Может быть, вы ошиблись...
— В послании капитан угрожал, что в ваших камнях... зондах... в них вода-без-соли. Они кружат над волнами, выискивая наши селения. Если зонды раскроются над мелководьями – мы погибнем, Джим. Уже шесть поколений люди Океана не живут в воде-без-соли. Наши дети в мелких водах погибнут, Джим.
— Пресная вода? В зондах? Чушь какая-то, – Но тут ученый вспомнил, что в запущенных атмосферных зондах действительно были большие резервуары. «С балластом для центровки», как выразился капитан, когда биолог сокрушался о потере драгоценного пространства для образцов. Неужели это правда?
— Увы, Джим, – Пат отплыла чуть дальше от камеры на экране, ее темно-золотые волосы качнулись в такт движению. Теперь Джим видел ее по пояс. Цвет ее кожи от шеи к плечам переходил из зеленого в голубой. Одета она была в легкую тогу без рукавов. Ткань свободно струилась вокруг тела.
— Капитан Роксэведж приказал нам сдаться на утро шестого прилива. После сегодняшней ночи. Пожалуйста, Джим, помоги нам! Мы мирный народ!
— Это какая-то ошибка. Зачем капитану делать это?
— Ты скажи мне, Джим. Почему почти семьдесят штормов назад наши предки приплыли в Океан? Здесь, в этих водах, ставших нам домом, есть что-то очень ценное для вас!
Джим с ужасом понял, что верит девушке. Действительно, одной из задач их экспедиции был кремний-31. Редчайший изотоп, обнаруженный еще дальней масс-спектрометрией. Единственная причина, по которой землян вообще заинтересовала Глизе-Дэ. Первые колонисты должны были наладить добычу драгоценного минерала. На двести земных (или шестьдесят шесть местных) лет связь прервалась. Выходит, у капитана секретные инструкции? Возобновить работы по добыче, а если нужно – применить шантаж?
— Это какое-то безумие! Мне бы рассказали перед стартом! – Забывшись, Джим оттолкнулся руками от пульта, и сразу отлетел к потолку. Сделав кувырок в воздухе, он вернулся к креслу, схватился за ремни, – Безумие. Я сейчас разбужу капитана Роксэведжа и спрошу у него!
— Погоди, Джим. Лучше проверь поток управления зондами с водой-без-соли. Спроси у ваших умных машин, что такое «Протокол 581». Узнай, для чего на самом деле плывут ваши зонды.
— Протокол 581... В доступе отказано... Не может быть... – Джим быстро щелкал по клавишам, – Пат, послушай меня. Скоро наша станция уйдет на другую сторону вашей планеты. Связь разорвется, понимаешь. Но через три часа... Как бы это объяснить... Короче говоря, связь прервется, но ненадолго. Как только сможешь, вызови меня. Я сейчас все узнаю и расскажу тебе.
— Хорошо, Джим. Я и все дети Океана надеемся на тебя, – Изображение исчезло. Экран дальней связи погас. В иллюминаторе медленно уплывала вниз диск планеты, из-за края показались первые лучи звезды Глизе.
Ученый отстегнул ремни, оттолкнулся от кресла и выплыл в коридор. Главный компьютер не разрешает доступ, значит нужно проверить логи запуска из стыковочного шлюза. Если у зондов действительно вместо балласта пресная вода – это будет доказательством. Тогда можно будет прижать к стене капитана, потребовать сеанс прямой связи с институтом, проинформировать Совет Родины...
У дверей шлюза «Рианны» его ждали Роксэведж и Платен. Оба были одеты в легкие рабочие скафандры без шлемов и выглядели вдвое массивнее Чанга в его футболке и штанах.
— Не спится, юнга Джим? – Ухмыльнулся Платен.
— Я... Проверить зонды...
Капитан переступил с ноги на ногу. В отличие от парившего в воздухе ученого, его и Платена удерживали на полу магнитные ботинки.
— Мы перехватили сообщение с Глизе-Дэ, Чанг. И опасались, что ты сделаешь что-нибудь глупое.
Платен внезапно нырнул вперед и сильно толкнул Джима в грудь. Даже если бы ученый ожидал удара, уклониться от него в невесомости не было никаких шансов. Он отлетел к дальнему углу, сильно ударился спиной. Платен, звеня подошвами, быстро подошел, схватил за плечи, прижал в стене.
— У, диверсант очкастый!
— Тише, Отто, тише, – Капитан Роксэведж примирительно поднял руку, – Это просто недоразумение. Астронавт Чанг запутался. Правда, сынок? Сейчас спокойно пойдем в рубку и поговорим. Помоги Чангу, Отто, будь добр.
Ухмыляясь, Платен подхватил Джима под локоть, и понес вдоль отсека. Наверное, со стороны смотрелось комично – идет амбал в скафандре, и тащит за собой ученого, как гигантский воздушный шарик. Джим попытался выдернуть руку, смирился с неудачей, и только шипел, задевая потолок ушибленным плечом.
Все трое вышли в рубку. Планета почти полностью скрылась. Автоматика затемнила иллюминаторы, отсекая яркий свет звезды. Капитан сел в кресло управления, где совсем недавно сидел Джим. Отто фон Платен усадил ученого к пульту навигации, пристегнул ремнями. Сам навис над креслом.
— Капитан, что происходит? Я что, арестован? – Джим нервно дернулся в ремнях, – Какое вы вообще имеете право...
— Чанг. Сынок. Мы на одной стороне. Отто, вернись к шлюзу. Скоро подойдут зонды, нужно проследить за стыковкой. Мы с Чангом мирно побеседуем. Когда придешь, опять будем лучшими друзьями.
Платен хмыкнул, хлопнул ладонью по спинке кресла Джима, и, оторвав ботинки от пола, выскользнул из рубки.
— Я все тебе объясню, сынок, – Капитан Роксэведж наклонился ближе к Джиму. Его мужественное лицо светилось уверенностью.
— Капитан. Про пресную воду – это правда? – Джим указал рукой на выключенный экран.
— Это только часть правды, Джим. Ты разговаривал с этой чешуйчатой, и она запудрила тебе мозги? Нечего стыдиться сынок, бывает с лучшими из нас. Они уже даже не люди. Ты эти жабры видел? Мутанты, выродки.
— Но они разумные существа! Никакой кремний не стоит!..
— Послушай меня, сынок. Послушай внимательно. Кремний тут вообще ни причем. Двести лет вы, ученые, считали, что колония на Глизе-Дэ деградировала и пришла в упадок. Но мы в армии все немного параноики. Были готовы к тому, что это военная хитрость. Ты не задал себе вопрос, откуда русалка вообще взяла терминал дальней связи? Откуда так много знает про протоколы управления? Тебе ничего не показалось странным?
— Язык... Язык! Она же говорила со мной на стандартном! За двести лет речь бы неминуемо изменилась, тем более при таких социальных сдвигах!
— Ну и это тоже. Они нас водили за нос, Джимми. Те, кого отправили на Глизе-Дэ, перестали быть людьми и предали человечество. Но не утратили ни технологий, ни знаний. У них есть дальняя связь и космические корабли. Они готовятся вернуться и превратить Родину в подобие своего мира. Пресная вода в зондах, сынок – это наш последний шанс на предотвращение войны. Если мы не покажем этим земноводным, что тоже чего-то стоим, уже завтра их корабли будут бомбить Нью-Токио.
— Вы серьезно, капитан? Или это шутка? – Джим поежился в кресле.
— Год назад мы засекли запуск как минимум дюжины бэттлшипов. Вот почему так спешно была запущена наша миссия. Мы и так почти опоздали. Вчера была уничтожена буровая установка на орбитальной платформе имени Черчилля.
— Уничтожена?
— Да, сынок. Сорок человек экипажа погибли. Вся пресная вода на борту просто превратилась в кислоту и растворила их изнутри. Эти земноводные не растеряли технологии, но обскакали нас. Зонды над их городами – не шантаж. Это последний шанс на сдерживание.
Джим не мог вымолвить ни слова. Новости обрушились на него, как искусственная гравитация в десять «же». Это было похоже на обычную армейскую паранойю. Но нападение на станцию? Неизвестные технологии? Сорок человек погибло?
— Та русалка, с которой ты разговаривал, скорее всего, их агент влияния, специалист по вербовке. В следующий раз просто зови меня, сынок. Марк Роксэведж своих в беде не бросает. А еще лучше, вот как мы сделаем. Иди в свою каюту, и отдохни как следует. Мы с Отто тут сами справимся. И с земноводными потолкуем.
Ученый понял, что разговор окончен. В своей каюте он долго ворочался в спальном мешке. Кому верить? Капитану? Говорят, на Земле военные были уважаемой и влиятельной кастой. Чем это кончилось – всем известно. Точнее, неизвестно. Потому что корабль колонистов стартовал с Земли, уже охваченной огнем термоядерной войны. Две тысячи человек, которым повезло добраться до последнего на планете космодрома. В основном – представители самых богатых и влиятельных семей, отдавшие все свои состояния за пропуск на борт. Корабль, названный «Фуси», покинул обреченную Землю. Сигналов с прародины с тех пор не приходило.
На Глизе-Цэ беглецы-колонисты основали новое общество. Каким-то чудом уже триста лет они жили без войн и разделения на нации. Хватало борьбы с внешней средой. Выборный Совет колонии, состоящий из ученых, инженеров и политиков, принимал решения на основе всеобщего голосования. Но армейская элита, потомки земной аристократии, продолжали присваивать друг другу звучные чины и титулы, хранили старые традиции и мечтали вернуть былой статус. В первые годы было несколько попыток военных переворотов. Через сто лет самых отчаянных отправили покорять соседнюю планету, и армия окончательно утратила шансы прийти к власти на Родине. Но теперь, перед лицом внешней угрозы... Если обитатели Глизе-Дэ действительно так агрессивны и не уступают нам в технологиях, колонии нужна будет армия для самозащиты!
Несколько часов спустя включился монитор на стене каюты. Джим лениво повернул голову, ожидая увидеть капитана. Но вместо него на экране появилась Парфенопа.
— Ты!..
— Джим! Наконец-то я до тебя докричалась!
— Парфенопа. Скажи мне, кто ты на самом деле? – Джим привстал на локтях в кровати, – Ты взломала нашу систему связи, говоришь на нашем языке, знаешь протоколы зондов. Ты специальный агент?
— Я не знаю, что значит это слово, Джим. Да, я учила ваш язык, читала архивы. Как бы иначе я говорила с тобой? У меня высокий ранг в наших водах. Но я не врала тебе, Джим. Ты же не спрашивал, кто я такая. Я всегда говорила тебе правду! И пожалуйста, зови меня Пат. Мы же друзья?
Джим глубоко вздохнул.
— Вы путешествуете в космосе? У вас есть технологии? То, что сказал капитан – правда? Вы враги?
Рыжие волосы Пат зашевелись и встали дыбом. Джим только сейчас понял, что это не прическа, а жесткий гребень – красные перепонки между длинными зелеными шипами. Плавник раскрылся на две стороны, как высокий воротник. Пат гордо вскинула голову.
— Послушай меня, Джим, – голос ее стал ниже, глуше, – Нам, людям Океана, не за что любить вас. Вы собрали весь мусор, который был в вашем мире, всех преступников и отбросов. Добавили весь испорченный генетический материал, что нашли в ваших банках эмбрионов. Отправили в плавание без расчета маршрута, прямо через поля жесткого излучения. Мы нырнули в этот мир уже другими, Джим. Сотни умерших, тысячи нежизнеспособных. Поколения клонирования, селекции, направленной мутации – вот как мы выжили в мире без пресной воды. Сами, без вашей помощи. За что нам любить вас?
— Вы уничтожили базу на Черчилля! Вы первые начали войну!
Пат взглянула куда-то вверх, в сторону от камеры. Гребень на ее голове сложился назад, вновь став похожим на волосы.
— Мы ничего не уничтожали, Джим. Не знаю, что рассказали тебе твои воины, но это все ложь. Мы не нападали на вас.
— Ты лжешь! Капитану пришло сообщение по дальней связи!
— Посмотри сам.
В углу экрана появилась дополнительная картинка. Центральный канал Родины. Новости спорта, прогноз погоды. Ни экстренных сообщений, ни объявлений о мобилизации.
— Вот ваши собственные новости. Все течет, как прежде. Мы не хотим войны, Джим.
— Откуда я знаю? Что тебе стоит подделать сигнал новостей? Как тебе вообще можно верить?
Пат выставила руки, ладонями вперед.
— Джим, послушай меня...
— У тебя перепонки между пальцами, – Джим отстегнулся из спального мешка, протянул руку и выдернул провод из монитора.
Ловкая русалка! Как она играет словами! «Ты не спрашивал, я тебе и не врала!». Капитан Роксэведж хотя бы говорит честно! Или нет? Что если кадры, показанные Парфенопой, настоящие?
Нужно попросить капитана о сеансе дальней связи, решил Джим. Поговорить с профессорами в родном институте. Они подтвердят начало войны. Если капитан откажется – значит, он врет про нападение на станцию, и тогда... Тогда нужно будет что–то придумать.
Но прежде, чем Джим успел выйти, дверь открылась снаружи. В помещение вплыл Отто фон Платен. В каюте сразу стало тесно.
— Джимми! Братишка! Дай я тебя обниму!
Ученый с изумлением понял, что от астронавта пахнет спиртом. Кое-как высвободившись из его объятий, Джим отплыл в другой угол помещения.
— Отто. Ты что, пил?
— Есть повод! Так что я вскрыл свой запас! Я эту фляжку на борт знаешь, как пронес? Будешь? Нет? Ну как хочешь.
Язык у Платене заметно заплетался. Неужели он так опьянел от пары глотков из маленькой фляжки?
— Я тебе расскажу, что у меня за повод. Мне прислали весточку с родины. Моя девушка, Эльза, согласилось стать моей женой! Я тебе показывал ее карточку?
И Платен сунул под нос Джиму свой планшет, на котором была открыта фотография невесты. Избранница бравого вояки походила на снеговик – круглая копна светлых волос, широкие округлые плечи, пышный бюст под ярким сарафаном. Джим на фотографию даже не взглянул.
— Так что когда вернемся, будет у меня свадьба! И очень кстати, что начнется война. Мирное время – тухляк для служаки. На войне я вмиг повышение получу. А мне теперь семью кормить надо. Знаешь, сколько у нас будет детишек? Не меньше трех. Я уже решил.
Платен выронил планшет, тот остался крутиться в воздухе. Пересек каюту и снова сгреб Джима в охапку.
— Ну Чанг, ну морда ты ученая, ну не дуйся на меня. Ты ж нормальный парень. Ну хочешь, я тебе секрет открою? Большую военную тайну, как другу?
Он перешел на громкий, нарочитый шепот.
— Есть офицеры... Все нормальные ребята, как я... Как только будет дело, мы объявим чрезвычайное положение. Народ на нашей стороне. Защита родины, все такое. Выгоним этот ваш совет из нытиков и слюнтяев. Объявим призыв в армию. Наведем порядок во всей колонии. Чанг! Да ты послушай! Если бы этих водяных не было, их стоило придумать!
— Отто, ты не в себе. Что значит «придумать»?
— А то и значит. Берем заряды с кислотой. Минируем источники воды на Черчилле. Ба-бах! Вся платформа стала грязной лужей. А кто виноват? Это сделали злые водяные с Глизе-Дэ! Нет, ты не думай. Мы это только обсуждали. Платформу они раздолбали, не мы. Так что все по-честному. Эх, будет Отто фон Платен генералом, на радость предкам...
— Отто! Это же заговор! Вас же арестуют!
— Если только мы не арестуем их первыми! Хватит этой вашей болтовни, очкарики! Воевать нельзя, атомные бомбы нельзя! Не хотите кормить свою армию? А вот пришли страшные водяные, взяли вас за жабры – к кому вы побежите? К нам, к пехоте! Вот только не опоздайте!
Речь астронавта становилась все более спутанной и перешла в пьяное бормотание. Джим начал примеряться, как лучше ухватить уснувшего Платена, чтобы отнести в медотсек. Исследовательский корабль за неполные сутки превратился в сумасшедший дом. Война между двумя планетами, которая то ли началась, то ли нет. Очередной заговор военных. Жители соленого океана, которые боятся пресной воды. А техник не в себе.
Джим не мог, не хотел даже думать о словах солдата. Пьяный бред! Триста лет жизни колонии доказали, что человечество может обойтись без войн. Общество Родины было далеко от утопии, но все конфликты решались без взаимного уничтожения!
В медотсеке биолог пристегнул спящего Платена ремнями к столу. Нашел медицинскую трубку, загнул конец, зацепил ему за нижнюю губу. Подключил другой конец трубки к компрессору. По крайней мере, если вояку стошнит, этот импровизированный слюноотсос не даст ему задохнуться. И все же, как его так развезло с одной фляжки?
Биолог уже вылетал из отсека, когда включился монитор обозрения на стене.
— Здравствуй, Джим, – Парфенопа улыбалась.
Джим в который раз понял, как же она прекрасна. Нечеловеческой, волшебной красотой. Камера показывала ее по пояс. Сейчас на Пат не было никакой одежды, и Джим завороженно смотрел на ее покатые плечи, грудь и живот, покрытые узорами зелено-голубых чешуек. Вдоль предплечий, от локтя до тонких запястий, дрожали маленькие оранжевые плавники. Девушка подняла голову, и гребень ее волос поднялся, раскрылся яркой короной. Джим видел на экране морскую царицу, владычицу Океана.
— Слушай меня Джим. Время игр окончилось. Мне было забавно разговаривать с тобой. Но я вижу, что даже мудрецы вашего народа закованы в лед предрассудков. Вы, люди воды-без-соли, безнадежны.
Джим подплыл ближе к экрану, коснулся холодной поверхности. Они парили, она в воде, он – в невесомости, разделенные тысячей миль, но каким-то чудом вместе. Как же она прекрасна в гневе! Это было невозможно, но Джим услышал запах океана, соленые брызги волн. Он сделал глубокий вдох. Что за аромат? Неужели это ее запах? Как сладко пахнут эти нежные чешуйки над жабрами на шее!
— Ты хочешь знать, что будет дальше, Джим? Я расскажу тебе.
Голос Парфенопы звучал для него приятнее любого оркестра. Никогда, ни на концертах музыкантов на Родине, ни в архивных записях с Земли, ему не доводилось слышать такой глубины тембра, перелива нот, глубины и легкости мелодии. Джим слышал только голос, не понимая смысла слов. Зачем смысл, когда есть музыка?
— Мы ответили вашему вождю, что согласны покориться. Он отозвал зонды с водой-без-соли. Но железные камни летали в водах Океана пять полных приливов. За это время мы наполнили их своей водой и паром. Когда зонды заплыли обратно в недра космической лодки, они уже были полны особой воды. Да, Джим. Я вижу, ты уже вдохнул пар нашей планеты. Твоя воля тает, как пена под солнцем. Ты слышишь только мой голос. Сделаешь все, как я скажу.
«С радостью!», хотел закричать он, но не смог. Горло перехватило от восторга. Застонал от счастья, вдыхая ее соленый аромат.
— Сейчас ты снова выпустишь зонды. Отдашь приказ на сброс воды-без-соли в пустоте. Она замерзнет в безвредный лед.
«Я все сделаю!», кивал он. Джим не помнил, как плыл по коридору, как добрался до панели управления. Лицо Пат было на всех экранах корабля.
— Прикажи кораблю нырнуть ниже. Наши плавучие суда поднимутся к нему. Отвори двери. Мы наполним ваш корабль солью нашего Океана. До краев. Потом ты дашь команду возвращаться на Глизе-Цэ. А сам сядешь в зонд и спустишься ко мне. Здесь, в соленых водах Океана, мы наконец-то будем вместе, Джим. Ты будешь моей игрушкой.
Джим набрал нужную команду автопилоту. Как все просто! Никаких больше сомнений. Верить нужно ей, прекрасной Владычице!
— Пусть корабль вернется в ваш страшный мир земли-над-водою. Воды Океана омоют ваши города, и вся Глизе-Цэ станет подобием нашего мира. Наконец-то наступит мир. Без ядовитой воды-без-соли.
Джим очнулся от удара по щеке. Он парил в воздухе у пола рубки. Рядом, тяжело дыша, хватался за скобу на стене капитан Роксэведж.
— Что, сынок, и тебя токсином достали? Да, обыграли нас земноводные. Про отраву в зондах – ловко придумали. Ничего, еще побарахтаемся.
Роксэведж оттолкнулся и полетел в сторону кресла. Чуть не промахнулся, уцепился за спинку, неловко сел, пристегнулся. Джим понял, что ноги капитана безвольно болтаются, действует он только руками. Капитан был одет в пижаму, ни рубашки, ни скафандра. Правая штанина была бурой от крови.
— Что они тебе приказали, сынок? Спуститься до термосферы? Врешь, не возьмешь!
Капитан закусил губу, достал из-за пояса маленькую отвертку и сильно ткнул ею себе в бедро. На штанине расплылась еще одна клякса. Роксэведж выругался.
— Накрывает газом, в глазах темнеет, – Потряс он головой, – Но меня так просто не возьмешь. Пусть его, спускаемся. Но когда твари подойдут к люкам, я выплесну прямо им в жабры всю воду из опреснителя. А протокол самоликвидации я уже запустил.
Капитан потряс чип-ключом, висевшим у него на шее.
— Рванем красиво, может быть еще кого из жаб зацепим. Не дрейфь, сынок, не за зря подохнем!
Джим тяжело застонал. Перед глазами плясали разноцветные пятна, обволакивающий, как патока, голос морской королевы еще звучал в ушах. Он помнил, что хотел что-то спросить у капитана, о чем-то сообщить на Родину... Но сил не было даже пошевелиться.
— А самое главное, сынок, – капитан разжал руку, окровавленная отвертка закружилась в воздухе, – на план это никак не повлияет. Этот дурак Платен разболтал о провокации? Крыса сухопутная, первый от газа поехал. Так вот. Расскажу всю правду. Есть группа военных. Не только потомственных, но еще и умных. Нам не нужна война. Эти сопляки с их бомбой на Черчилля просто пришлись кстати. Сейчас все свалим на злобных жаб с Глизе-Дэ. Сообщение на Родину уже отправил. Когда придет телеметрия, что «Рианна» уничтожена, это подольет масла в огонь. Совет объявит военное положение. Нужные люди придут к власти. Мы вернем нормальную структуру, с армией, главнокомандующим, призывом и учениями. Эх, жаль, сам не увижу.
— Но капитан... А как же жители Дэ?
— Все рассчитано, сынок. На мобилизацию и перелет до Родины у них уйдет наш год. За это время развернем ПВО, перенастроим заводы на выпуск файтеров и круизеров. Все уже разработано, поверь мне. Даже среди гражданских есть вменяемые. Знают, за кем сила. Когда лягушки прилетят – мы их сожжем. А Родиной будет править военный совет, а не сборище политиканов.
— Капитан, их же нужно изучать, а не убивать! Это же уникальная мутация, экосистема, выстроенная в соленой воде, это же сенсация!
Капитан не ответил. «Рианну» тряхнуло при смене траектории. Межпланетный корабль спускался в верхние слои атмосферы, на самую низкую для себя орбиту.
— Ну вот и все, сынок. Кнопку я отжал. Как только откроют внешний шлюз – выброс воды и самоликвидация. Прощай, Джим, на том свете свидимся.
Джим закрыл глаза.
Автор: Сергей Балашов
Источник: https://litclubbs.ru/articles/68578-sireny-glize-de.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: