Совсем недавно рассказывал о странной закономерности, если хотите - примете, когда в начале рабочей смены отправляют на вызов не сразу, а через час и более. В таком случае мы каждый раз попадаем в какую-то необычную передрягу, хотя у скорой помощи они есть практически всегда. Тем не менее, здесь вышло именно так, и в прошлой истории обещал рассказать об этой смене.
Начались выборы и мне казалось, что на фоне усиленного контроля в городе со стороны правоохранительных органов население, точнее, его употребляющая часть, будет умеренней в своих желаниях, а ночная смена пройдет спокойно.
Все началось как обычно за последнее время: разъехались все, кроме нашей бригады, поэтому, допив свой кофе, я сел писать предыдущую историю.
Вызов поступил в 22:20
- Десятая бригада, вызов срочный! Бригаде зайти в диспетчерскую.
«Интересно, что там?» - подумал я и, увидев на экране планшета повод, сразу все понял.
- Смотрите, там массовая драка - без сотрудников полиции даже близко не подходите. Как можно аккуратней, договорились? - сказал старший дежурный врач.
- Все поняли, - ответил я, и мы с Ириной вышли на улицу.
- Что за срочность? - спросил водитель, с которым мы увиделись лишь спустя почти полтора часа от начала смены.
- Драка, массовая.
- Ну поехали посмотрим, - ответил он, и бело-красная Газель двинулась вперед.
По пути нам встретился наряд полиции, направлявшийся по тому же адресу.
Через пару минут мы были на месте, где уже было еще несколько полицейских машин.
- Здравствуйте! Есть пострадавшие? - спросил я у старшего.
- Да, один, - ответил он, указывая на подростка.
Рядом стоял молодой человек пятнадцати лет, а на его лице была запекшаяся кровь.
- Пойдем в машину, - предложил я. - Что случилось?
- Напали целой толпой! Человек тридцать! - возбужденно ответил пострадавший.
- Прямо тридцать? Да ты герой!
- Нет, даже пятьдесят! Точно пятьдесят, не меньше! Правда, они все разбежались…
- Это ты их так распугал? - спросила Ира.
- Да нет, друзья подошли, - ответил молодой человек.
- Ну что сказать, хорошие друзья на вес золота.
К слову, в показаниях наш пациент путался регулярно, особенно в ответах на вопросы полицейских, поэтому достоверной картины мы так и не узнали.
Тем не менее, на голове у него находились две царапины и небольшая гематома, поэтому после наложения повязки пострадавший был доставлен в детскую больницу. Да и без наличия повреждений все равно был бы увезен, такие правила.
«Сдав» молодого человека дежурного травматологу, мы вернулись на станцию.
Плохо на работе
Прошло около получаса, прежде чем нам поступил очередной вызов. Повод не такой уж и редкий: «Плохо на работе», но чтобы дело закончилось не просто обмороком, а чем-то более серьезным - такое бывает далеко не каждый раз.
В этот раз мы поехали в один из круглосуточных магазинов, где, со слов вызывающего коллеги, девушке стало плохо.
Уже на месте сразу стало ясно, что пациентка не симулирует - по всем признакам ей действительно требовалась медицинская помощь. А так как из-за имеющегося оглушения собрать информацию от первоисточника было проблематично, общался я в основном с молодым человеком, вызвавшим «скорую».
Как оказалось, девушка являлась стажером и во время работы без всякой на то причины замерла. К тому времени, как ее обнаружил коллега, прошло минут пять (сотрудник магазина показал нам запись с камеры наблюдения), после чего она потеряла сознание.
На момент осмотра пациентка частично пришла в себя, поэтому, поставив предварительный диагноз абсансной эпилепсии, а вторым -неуточненное нарушение ритма сердца, мы отвезли ее в приемное отделение.
В подавляющем большинстве случаев я очень сильно стараюсь фильтровать тех, кого везу в больницу, поэтому обычно с передачей пациента врачу проблем не возникает. Однако в этот раз пришлось немного поспорить.
Дело в том, что по данным электрокардиограммы у девушки был абсолютно нормальный ритм, а на тот момент, когда ей стало плохо, она описывала ощущение «перебоев» в груди. Не верить пациенту оснований у меня нет, а «поймать» приступ получается далеко не всегда, несмотря на то, что он может повторяться из раза в раз, как было описано в одной из недавних историй. Терапевт же оказался не согласен с такой точкой зрения, что и стало причиной разногласий. Тем не менее, пациента он принял - эпилепсию ведь никто не отменял.
Падение с высоты
Время неспешно перевалило за полночь, когда на планшете снова раздалась хорошо знакомая мелодия, оповещая о поступлении нового вызова, а голос диспетчера из селектора продублировал информацию для остальных сотрудников бригады.
«Избили (ударили по голове, кровотечение)», адрес – один из баров нашего города.
Одна из самых нелюбимых категорий вызовов. Причем для всех - никто не любит выезжать по такому поводу, но что поделать, ехать надо. Да и может уже все разрешится к нашему приезду. Правда, это случилось намного раньше.
Спускаясь со второго этажа, я услышал тревожный голос диспетчера, раздавшийся из динамиков, расположенных по всей станции:
- Десятая бригада, вызов срочный!
«Что же там так быстро изменилось?» - подумал я и заглянул в планшет, но увидел лишь надпись - «Вызов отменен». И как только я зашел в диспетчерскую, фельдшер повернулась ко мне и сказала:
- Дим, езжайте скорее, там падение с высоты, упал только что, лежит у подъезда.
Теперь и правда нужно было спешить, несмотря на то, что ехать совсем недалеко.
Через три минуты мы прибыли на место.
Водитель свернул на тротуар и поехал вдоль дома, оглядывая вместе со мной прилегающую территорию.
- Вон он! – сказал он, указывая на мужчину, лежавшего рядом с крыльцом одного из подъездов.
Через мгновенье мы с Ирой подбежали к пострадавшему. Девушка замерла, ожидая моего ответа.
- Воротник!
Мне не сразу стало понятно, есть пульс на сонной артерии или нет, поэтому я решил перевернуть мужчину и перепроверить все, даже несмотря на то, что результат был ясен заранее.
- Ну что, всё? – послышался рядом женский голос.
Я поднял глаза. На крыльце стояла женщина, тут же пояснившая:
- Это я вызвала, они там ругались, а потом хлопок под окном, смотрю, а он лежит здесь.
- Да, всё, - закончив необходимые процедуры, ответил я. – Вы знаете его?
- Нет, впервые вижу, а там ребята квартиру снимают, но мы не знакомы, здороваемся периодически, - указала женщина на открытое окно на пятом этаже.
- Понятно, ждем полицию.
- Он с подругой на крыльце ругался, она сказала ему прыгать. Из-за неё, наверное, - подытожила жительница квартиры на первом этаже.
- Да, точно, - подтвердила еще одна девушка, выходя из подъезда. - Они по ошибке мне в домофон звонили.
Следующие несколько минут до приезда наряда ППС прошли за обсуждением событий, предшествующих падению молодого человека, и главным звеном в этой цепочке событий было предложение собеседницы погибшего прыгнуть.
Спустя некоторое время на место прибыло достаточно много человек: патрульный наряд, следователь Следственного Комитета, дежурная следственно-оперативная группа.
- Судмедэксперт приедет? – спросил я у представителя Следственного Комитета, ожидая, что с его приездом мы сможем освободиться.
- Нет, не дозвонились, - ответил офицер.
Такое развитие событий означало одно – описание трупа на месте происшествия в данном случае моя обязанность. И здесь есть определенный порядок действий, который в университете нам, конечно же, рассказывали на цикле судебной медицины, но за «условной» ненадобностью и редкостью применения я его подзабыл. Поэтому пришлось ориентироваться на ходу, благо, если можно так говорить в подобной ситуации, алгоритм интуитивно понятен, да и кое-какие знания остались.
По завершению осмотра не решилась одна важная задача – не удалось установить личность погибшего: документов при себе не было, только связка ключей. Не вышло это и у полицейских, несмотря на кое-какую собранную у жильцов подъезда информацию – постоянно молодой человек там не проживал и был неизвестен свидетелям происшествия.
Решение пришло быстро – зайти с помощью ключей в квартиру, оценить, есть ли там другие пострадавшие (а ведь перед прыжком могло быть всякое), оказать, если потребуется, помощь, после чего установить личность молодого человека.
Всё это время мне не давал покоя один факт – погибший лежал совсем не так, как это бывает при падении либо же самостоятельном прыжке из окна, но об этом чуть позже, а пока мы идём наверх.
К тому времени половина подъезда уже не спала, подтверждая факт ссоры перед происшествием, а стоны, послышавшиеся из-за закрытой двери окончательно убедили нас в том, что помимо падения произошло что-то ещё: либо-ему «помогли», либо он сам сотворил нечто ужасное. Узнать правду можно было только попав внутрь квартиры. Но это оказалось не так просто.
При помощи ключей, найденных при осмотре, удалось открыть два замка, но дверь была заперта на внутренний засов. На этом этапе нам понадобилась помощь.
Сотрудники Службы спасения приехали минут через 10. Еще столько же времени понадобилось на то, чтобы вскрыть железную дверь, а затем, как в классическом представлении оперативных съемок, зайти внутрь квартиры. Вслед за сотрудниками полиции шел и я.
- Живой, - сказал полицейский, заглянувший в первую дверь, и отправился дальше.
Это оказался туалет. Внутри на унитазе спал практически голый молодой человек – под действием алкоголя он уснул в самый разгар физиологического процесса. Приведя его в чувство, я отправился дальше.
В одной из комнат, на фоне накрытого стола и тихо играющей музыки, на диване спал еще один молодой человек. Будить его пришлось чуть дольше.
- Чё, гоните что ли? – возмутился он в адрес полицейского, услышав о произошедшем.
- Давай поспокойнее! Ты сейчас уедешь у меня до выяснения, посмотрим, как заговоришь.
Надо отдать должное спокойствию полицейского, с которым он произнес эту фразу, однако, она возымела нужный эффект.
Спустя пару минут сотрудники нашли документы погибшего, а значит факт знакомства молодым людям отрицать было бесполезно. Один из молодых людей отправился вместе с дежурным следователем вниз, опознавать товарища.
Казалось бы, на этом можно было заканчивать рассказ, но чудом удалось избежать еще одной трагедии.
Первый молодой человек, тот, который спал в туалете, услышав о произошедшем, решил выглянуть из окна, чтобы… Я не знаю «чтобы что»: просто посмотреть или же убедиться в том, что это не ночной розыгрыш, но когда я увидел его возле окна и зашел вслед за ним на кухню, он перекинулся через низкий подоконник и чуть не выпал – я еле успел схватить его сзади.
- Всё, мы свободны? – спросил я у подоспевшего полицейского, передав ему «зеваку» и немного придя в себя.
- Да, ребят, спасибо.
На этом вызов для нас закончился, правда, незавершенное маленькое расследование не давало покоя. В итоге, мы пришли к выводу о том, что, не попав после ссоры возле подъезда в квартиру, молодой человек залез через чердак на крышу, а оттуда попытался пробраться в окно квартиры пятого этажа, а так как это старый панельный дом и расстояние небольшое, то этот вариант показался ему более, чем реальным. В подтверждение этой версии выступал и провод, обмотанный через его талию и завязанный узлом, как своеобразная страховка. Но это лишь моя версия, настоящую же причину трагедии установит следствие.
Ну а мы же отправились работать дальше, ночь продолжалась.