Найти в Дзене
Без границ

4 самые откровенные сцены советского кино: что цензура все-таки пропустила

Всегда удивлялась: как в стране, где слово "секс" было почти табу, режиссеры умудрялись создавать откровенные сцены, которые проходили цензуру? Оказывается, все дело в контексте и художественном обосновании. Советские мастера кино были настоящими виртуозами — они говорили о телесности и страсти языком высокого искусства. Недавно пересматривала классику советского кинематографа и поняла: некоторые сцены были смелее, чем многие современные фильмы. Причем снимались они не ради эпатажа, а как неотъемлемая часть художественного замысла. Хочу рассказать вам о четырех самых откровенных сценах, которые прошли советскую цензуру и до сих пор остаются в памяти зрителей. Этот фильм Василия Пичула буквально взорвал сознание советских зрителей. Наталья Негода в роли Веры стала первой актрисой, которая показала на экране откровенную сцену любви без всяких метафор и недосказанности. Помню, как мама рассказывала, что в 1988-м весь Союз обсуждал только одно — ту самую сцену из "Маленькой Веры". Очереди
Оглавление

"В СССР секса нет!" — помните эту фразу из ток-шоу конца 80-х? А вот советские режиссеры с этим не соглашались. И умудрялись снимать такие сцены, что даже сегодня смотреть не стыдно.

Всегда удивлялась: как в стране, где слово "секс" было почти табу, режиссеры умудрялись создавать откровенные сцены, которые проходили цензуру? Оказывается, все дело в контексте и художественном обосновании. Советские мастера кино были настоящими виртуозами — они говорили о телесности и страсти языком высокого искусства.

Недавно пересматривала классику советского кинематографа и поняла: некоторые сцены были смелее, чем многие современные фильмы. Причем снимались они не ради эпатажа, а как неотъемлемая часть художественного замысла.

Хочу рассказать вам о четырех самых откровенных сценах, которые прошли советскую цензуру и до сих пор остаются в памяти зрителей.

"Маленькая Вера" (1988) — секс-революция на советском экране

Этот фильм Василия Пичула буквально взорвал сознание советских зрителей. Наталья Негода в роли Веры стала первой актрисой, которая показала на экране откровенную сцену любви без всяких метафор и недосказанности.

Помню, как мама рассказывала, что в 1988-м весь Союз обсуждал только одно — ту самую сцену из "Маленькой Веры". Очереди в кинотеатры были как на премьеру голливудского блокбастера. Люди шли не столько на фильм, сколько на эту сцену — первый откровенный секс в советском кино.

Но гениальность Пичула была в том, что он не снимал эротику ради эротики. Вся сцена пропитана безысходностью и убогостью советского быта — тесная комната, скрипучая кровать, за стенкой спят родители. Режиссер показал: в СССР секс был, но какой это был секс... Без романтики, без красоты, на фоне всеобщей душевной нищеты.

Цензура пропустила эту сцену именно потому, что она не возбуждала, а депрессировала. Показывала не красоту телесной любви, а уродство жизни, где даже самые интимные моменты происходят в атмосфере безнадежности.

"Зимняя вишня" (1985) — северная нагота Елены Сафоновой

-2

До "Маленькой Веры" самой обсуждаемой эротической сценой советского кино был кадр из "Зимней вишни", где Елена Сафонова полностью обнаженная подходит к окну домика на озере.

Эта сцена поразила всех своей естественностью. Никакой вульгарности, никакого эпатажа — просто женщина после ночи любви смотрит на северный пейзаж. Красота человеческого тела сливается с красотой природы. Многие позднее пытались повторить этот эффект, но так органично, как у Масленникова, не получалось ни у кого.

Интересно, что сам режиссер изначально планировал более целомудренную сцену. Но Сафонова настояла на полной наготе — актриса считала, что только так можно передать ощущение полного единения героини с природой и собственными чувствами.

Цензоры пропустили кадр, потому что он был снят "по-советски" — без пошлости, с тонким пониманием женской психологии. Героиня не демонстрировала тело, а просто существовала в гармонии с миром.

"Андрей Рублев" (1966) — языческое буйство от Тарковского

-3

Самая масштабная откровенная сцена советского кино снята гениальным Андреем Тарковским. В новелле о языческом празднике Ивана Купалы десятки людей раздеваются донага, танцуют, предаются древним ритуалам.

Тарковский был единственным советским режиссером, который мог себе такое позволить. Его авторитет и репутация мыслителя были настолько высоки, что даже самые строгие цензоры не решались кромсать его работы.

Но и здесь все было подчинено высокой художественной задаче. Режиссер противопоставлял христианскую аскезу древнему языческому началу. Показывал, как в человеке борются духовное и плотское, возвышенное и животное. Нагота в этой сцене — не эротика, а философия.

Правда, широкий зритель увидел "Рублева" только в конце 80-х. Цензура картину формально не запретила, но и в прокат не пустила — слишком сложной и неоднозначной она показалась партийным идеологам.

"Табор уходит в небо" (1976) — страстная Светлана Тома

-4

Лидер советского проката 1976 года подарил зрителям не только великолепную музыку и яркие характеры, но и одну из самых чувственных сцен в истории нашего кино.

Светлана Тома в роли цыганки Рады после купания на глазах возлюбленного и зрителей обнажается по пояс "чтобы просушить одежду". Формальный повод был, а сцена получилась откровенно эротической.

Эмиль Лотяну удалось обойти цензуру благодаря цыганской экзотике и мелодраматическому контексту. Мол, такие уж они, цыгане — страстные, непосредственные, не скованные условностями. К тому же действие происходило в дореволюционные времена, а к царской России цензоры относились более снисходительно.

Интересно, что Тома потом призналась: сцена была очень тяжелой психологически. Привыкшая к закрытому образу жизни актриса долго не могла решиться на съемку. Лотяну пришлось уговаривать ее несколько дней.

Почему это стало возможным?

Все эти сцены объединяет одно — они не были сняты ради эпатажа. Каждая служила художественному замыслу, раскрывала характеры, усиливала эмоциональное воздействие фильма.

Советские режиссеры научились говорить о телесности языком высокого искусства. Они использовали наготу не как приманку, а как средство художественной выразительности. И цензоры, при всей своей суровости, это понимали.

Еще один секрет — контекст. Откровенные сцены всегда были оправданы сюжетно и психологически. В "Маленькой Вере" — показом убогости советского быта, в "Зимней вишне" — единением с природой, в "Рублеве" — противопоставлением язычества и христианства.

Что изменилось?

Сегодня на экранах намного больше откровенных сцен, но почему-то они запоминаются меньше? Возможно, потому что современные режиссеры часто забывают главное правило советского кинематографа — эротика должна служить искусству, а не наоборот.

Те легендарные сцены до сих пор обсуждают не потому, что они были откровенными, а потому что они были художественно оправданными. За каждой стояла большая человеческая история, философский смысл, психологическая правда.

Может быть, в этом и есть главный урок советского кино — даже самые смелые сцены должны быть не самоцелью, а средством для создания настоящего искусства?

А какая сцена из советского кино запомнилась вам больше всего? Поделитесь в комментариях — интересно узнать, что произвело наибольшее впечатление на зрителей разных поколений.

#советскоекино #классикакинематографа #кинокритика #история