"После рождения ребенка у меня появились проблемы с лишним весом. До этого 53 килограмма при росте 160 см - идеально. Да и в целом от проблем с питанием я не страдала. Еда не была чем-то важным. Но сладкое я любила всегда... После родов я поправилась на 20 кг. Вес уходил очень медленно. Только моя строгая диета, назначенная мне, кормящей маме, для ребенка педиатром (буквально на рисе и воде из-за аллергии у малыша-грудничка) позволила хоть как-то сбросить 10 килограммов. Но вскоре я перестала кормить грудью, все вернулось и добавилось еще пять... Гормоны полетели, ни один показатель не был в норме. Стоило "понюхать торт" - на весах плюс 3 кг... Но сладкое мне было нужно как успокоительное, потому что было много переживаний из-за здоровья малыша. Рядом не было моей мамы, да и в целом никого из помощников. Быстро я вновь превратилась в грузную пышку с 6 размером груди... На мне не застегивался ни один бюстгалтер, не сходились на животе брюки. Я очень переживала, что муж разлюбит меня и бросит с малышом... У меня все еще лишний вес, 20 килограммов и я по-прежнему утешаю себя едой. Как мне вернуться в форму до родов?"
Это письмо пришло мне по электронной почте еще на заре моей психологической практики. Анонимный автор просила дать ей рекомендации по борьбе с перееданием. Тогда я не работала с темой нарушений пищевого поведения и не ответила ей. Ко мне не раз приходили в работу клиентки с запросом корректировки лишнего веса и пищевой зависимостью в разных формах. Мы работали с ними в интегративных техниках, краткосрочно, но мне хотелось большей глубины.
Сейчас я завершаю специализацию в Московском гештальт институте по теме нарушений пищевого поведения, впереди - сертификация в рамках исследовательской работы. Я пригласила для исследования и кейсовых случаев нескольких клиенток, и работа с их запросами помогла обнаружить очень много взаимосвязей между тем, как еда встроена в нашу жизнь, как еда - это не только еда, но и многое кроме.
Также я работала над своей историей пищевого поведения, что позволило мне изнутри понять и почувствовать как и для чего формируется пищевая зависимость. Думаю, на эту тему будет немало статей здесь, но сейчас хочу поделиться обобщенным кейсом. Он дополнен иллюстрациями и не является частью сертификационной работы. Это больше фокусировка нам том, как еда "заколдовывает" нас, будто в ней есть черная и белая магия...
Отчасти это будет ответом автору того давнего письма, ведь мне так хотелось тогда ей ответить, но знаний не хватало...
Итак, еда "Черная" и "Белая"
1. Правильное питание изначально как будто подразумевает, что есть другое, неправильное. Но правила, созданные для всех, не подходят каждому. То, что встраивается и работает на пользу одного организма токсично для другого. Поэтому я предлагаю убрать слово "правильно" и заменить его на цвет. Цвет как символ менее оценочен, но при этом разграничивает контекст. Например, так:
2. Полезное питание так же содержит оценочность. Но она очень размытая: человеку с нормальным пищеварением и вне стресса, и человеку, страдающему от гормонального дисбаланса и в стрессе будет полезно далеко не одно и то же. Поэтому цвет здесь также позволяет избежать нарочитости и директивности. Но оставляет полярность.
3. Цвет может быть не только черным или белым. Это могут быть любые цвета, которые диапазоном показывают границы, полюса того, как мы обходимся со своей едой. Между полюсами также могут быть цвета. С расширением чувствительности к себе они могут добавляться в ассоциативный ряд пищевого поведения. Но в самом начале работы в теме нарушений пищевого поведения привычнее обнаруживать монохромный спектр, чтобы из размытости, неопределенности обнаруживать границы мира отношений с едой.
4. И, конечно, наблюдения и еще раз наблюдения. Что я чувствую к черному цвету, правда ли в колонке с "черной" едой то, что мне не подходит? Или я сопротивляюсь, но соглашаюсь, что моя еда "черная"? Если в колонку с "белой" едой поместить что-то из "черной" колонки - что происходит со мной, пока я просто пишу это на бумаге? А если в жизни я, понимая, что почти вся моя еда условно "черная", буду добавлять из белой колонки что-то понемногу, один раз в неделю ложиться спать без гаджетов, один раз день обедать в комфорте, а не на бегу, что тогда может измениться?
5. Нарушения пищевого поведения - это то, что регулярно. То есть когда клиенты говорят мне, что питаются без режима, то в конце концов выясняется, что пищевой хаос - это и есть режим. Регулярность переедания или отказа от пищи - это все равно регулярность. Именно ее видно в пищевом дневнике, он в принципе для этого и нужен - чтобы наглядно обнаружить зависимость пищевого поведения от социального взаимодействия и настроения. И она по сути ничем не отличается от рутины питания, просто это другая рутина, наполненная эмоциями, это привычное нарушение: как если постоянно переходить дорогу на красный свет чтобы испытать адреналин и одновременно иллюзию контроля над реальностью, или поедать сладкие батончики при сахарном диабете чтобы просто уснуть... В работе с нарушениями пищевого поведения клиенту важно это увидеть, понять как и для чего это у него организованно и честно обрисовать как именно он питается, какая часть его еды "черная", какая "белая" и в чем истинный смысл его нарушения. Возможно, переедание позволяет клиенту заглушить душевную пустоту, а голодание - искупить вину, сладкое ассоциируется с радостью жизни, которая сейчас не ощущается и это хронический процесс, депрессивного характера... И главный вопрос, с которого пойдет движение дальше, к новому способу отношений с едой, потенциально более здоровому, - а как я хочу и могу питаться, где и как может быть организована эта встреча иначе. Работа с нарушениями пищевого поведения в терапии - это исследовательский процесс, в котором наблюдения играют очень большую роль. "Расколдовать" магию зависимости от еды можно только рассмотрев реальные причины и способы получать через "черную" еду "белые" эмоции - радость, удовольствие, ощущение безопасности.
Автор: Екатерина Тушкова
Психолог, Гештальт подход
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru