Психологический скечт: Почему умные и красивые женщины бегут от близости?

Привет, друзья. Сегодня я хочу поговорить об одной очень знакомой многим истории. История эта — про Альбину. Умная, самодостаточная, сильная женщина около 30 лет. Она выбрала профессию медика — одну из самых альтруистичных — чтобы спасать людей. Но почему-то сама она постоянно оказывается в ситуации, от которой ей нужно спасаться бегством.

И картина везде одна и та же: властная, возможно даже жесткая начальница и, как правило, мужчина-коллега, который занимает позицию где-то в стороне. Альбина невольно вступает в эту триаду, где чувствует себя молодой, привлекательной, но… вечно конкурирующей и вечно недостаточно хорошей.

Что же здесь происходит? Давайте посмотрим с любопытством, без осуждения.

Мне видится здесь очень яркий непройденный эдиповский сценарий. Но давайте без сложных терминов. Давайте на языке чувств.

Представьте себе маленькую девочку. Она обожает своего папу, он для нее — первый и главный мужчина. И она хочет его внимания, его восхищения. Но там же есть мама. Взрослая женщина, которая обладает всей властью в этом «семейном предприятии». Она — главная для папы.

И эта маленькая девочка бессознательно делает вывод: «Я не могу конкурировать с мамой. Я не могу быть женщиной рядом с ней. Мое место — быть милой дочкой. Быть женщиной — опасно, это значит вступить в конкуренцию, на которую у меня нет прав».

И вот эта маленькая девочка, заморозив свою женственность и право на желание, вырастает в теле взрослой женщины — Альбины.

И ее бессознательное начинает разыгрывать старую пьесу на новом месте. Работа становится метафорой семьи.

Властная начальница — это архетип матери, той самой, которой нельзя бросить вызов, которую нельзя превзойти в женственности. Конкурировать с ней — страшно и стыдно. Единственный выход — спасаться бегством.

Мужчина-коллега — это всегда немного недоступный «папа». Он не может быть ее мужчиной, потому что он «принадлежит» начальнице-«маме». Соблазнить его — значит совершить то самое запретное, за что последует наказание. Поэтому он всегда остается на расстоянии, разочаровывая своей пассивностью.

И так раз за разом. Альбина бессознательно выбирает такие ситуации, где она снова и снова подтверждает свое детское решение: «Мне нет места в паре взрослых. Мое место — в одиночестве, на периферии».

Ее бегство в зал, в идеальное тело — это прекрасная метафора. Она «качает попу», но не свою идентичность. Потому что глубоко внутри живет вопрос: «А кто я? Девочка? Женщина? Кто я, если я не спасатель и не дочь?».

Это не ее вина. Это ее боль. Боль девочки, которой не показали, что можно вырасти, занять свое место рядом с мамой, не конкурируя, а будучи разной. Что можно быть любимой просто так, а не за достижения.

Что же делать нашей героине?

Первое и самое важное — увидеть эту малышку внутри. Не бороться с ней, а признать ее боль и ее стратегию выживания. Сказать ей: «Я тебя понимаю. Тебе было страшно. Теперь я — взрослая, и я нас двоих защищу».

Второе — начать замечать эти триангуляционные игры в зародыше и сознательно выбирать другие пути. Не бежать, а задавать себе вопрос: «Я сейчас конкурирую или я проявляю себя? Я хочу внимания этого мужчины или я хочу доказать что-то «маме»?».

И третье — постепенно, маленькими шажками, разрешить себе желать. Не только карьеру и мышцы, а тепло, близость, vulnerability. Потому что настоящая сила — не в том, чтобы быть независимой ото всех, а в том, чтобы иметь возможность опереться на другого, не теряя себя.

Альбина — не Снежная Королева. Она — женщина, которая когда-то заморозила свои чувства, чтобы не болеть. Но лед можно растопить теплом собственного сострадания к себе.

А вам знаком этот сценарий? Узнали в чем-то себя? Делитесь в комментариях.

[video]b17_139514_7r8ktsxq8k[/video]

Автор: Путилова Кристина Сергеевна
Психолог

Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru