— Лидочка, ну что ты встала как столб! — Виктор ворвался на кухню, где жена развешивала над раковиной очередную партию белья. — Раиса Петровна кричит, что ей больно, а ты тут копаешься с этой стиркой!
Лидия вытерла мокрые руки о передник и посмотрела на часы. Половина девятого вечера. После восьмичасового рабочего дня она уже два часа крутилась по дому: готовила ужин, стирала, убирала.
— Витя, я через минуту закончу. Просто дай мне...
— Да какая минута! — он размахивал руками, будто дирижировал оркестром раздражения. — Мать лежит, стонет, а ты занимаешься ерундой! Бросай свои тряпки и иди к ней!
Лидия сняла передник и направилась к комнате свекрови. В узком коридоре её остановил запах валидола и нафталина — постоянные спутники Раисы Петровны.
— Лидия! Наконец-то! — голос свекрови прозвучал на удивление бодро для человека, который только что "умирал от боли". — У меня спина просто разрывается! Натри меню мазью, да как следует!
— Раиса Петровна, а что доктор говорил про...
— Доктор! — перебила та. — Эти врачи ничего не понимают! Им бы только деньги драть. Ты лучше скажи, почему суп сегодня такой жидкий? В мои годы борщ варили погуще!
Лидия молча достала тюбик мази и принялась массировать спину свекрови. Раиса Петровна продолжала ворчать:
— И вообще, что это за порядки? Витенька с работы приходит, а дома холодно и пусто! Жена должна встречать мужа, а не по углам шмотки развешивать!
— Я готовлю ужин, стираю, убираю... — тихо начала Лидия.
— Ну и что? — свекровь повернула голову и посмотрела на неё с укоризной. — Все так живут! Думаешь, мне в молодости легко было? Я и за скотиной ухаживала, и детей растила, и мужа не обижала!
Лидия закрыла глаза, досчитала до десяти и продолжила массаж.
— Хватит уже! — Раиса Петровна резко села на кровати. — Иди лучше чай поставь. И печенье то самое принеси, что Настенька вчера покупала.
Лидия вышла из комнаты и на автомате потянулась к чайнику. В кухне Виктор рылся в холодильнике.
— Лид, а где та колбаса, что на завтра была? — не поднимая головы, спросил он.
— Съели на ужин. Завтра куплю новую.
— Как съели? — он обернулся с недовольным лицом. — Я же просил оставить! У меня завтра важная встреча, хотел бутерброды взять!
— Витя, ты не говорил...
— Говорил! Просто ты никогда не слушаешь! — он хлопнул дверцей холодильника. — Вечно у тебя память как у рыбки!
Лидия поставила чайник на плиту и потянулась к верхней полке за любимой чашкой — той самой, голубой с розочками, подарок мамы на тридцатилетие. Но чашки там не было.
— Раиса Петровна! — крикнула она в сторону комнаты свекрови. — А где моя чашка? Голубенькая?
— А-а, эта? — донёсся беззаботный голос. — Разбилась она. Я чай пила, а она такая скользкая попалась!
Лидия замерла. Чашка была единственной памятью о маме, которую она каждый день держала в руках.
— Как разбилась? — голос её дрогнул.
— Да обычно! С рук выскользнула! — Раиса Петровна говорила так, будто речь шла о сломанной зубочистке. — Что ты дуешься-то! Купишь новую! Не золотая ведь была!
Виктор пожал плечами и уткнулся в телефон:
— Лид, не устраивай трагедию из-за какой-то посуды. У нас и так проблем хватает.
Лидия стояла посреди кухни, глядя на осколки в ведре. Голубые черепки с розочками смотрели на неё как укор. Двадцать лет она хранила эту чашку, а свекрови понадобилось десять минут, чтобы её разбить.
— Ну что застыла? — Виктор поднял глаза от экрана. — Чай-то будешь ставить или как? Мать ждёт!
И тогда Лидия впервые за долгие годы подумала: "А что если я просто не буду?"
Лидия механически поставила воду кипятиться и вспомнила, как всё начиналось. Двадцать пять лет назад Виктор дарил ей цветы просто так, посреди недели. Говорил: "Моя красавица устала, я сегодня сам приготовлю ужин!" И правда готовил - пусть подгоревшую яичницу, но с такой заботой...
— Лидия! Чай стынет! — крикнула из комнаты Раиса Петровна.
— Сейчас! — отозвалась она и засыпала заварку в заварник.
Раньше свекровь тоже была другой. Конечно, всегда любила покомандовать, но хотя бы благодарила. "Спасибо, доченька, что помогаешь старой", - говорила после каждого массажа. А потом... Когда именно всё изменилось? Может, когда Настя пошла в школу, и Лидия стала больше времени проводить дома? Или когда свекровь переехала к ним после смерти свёкра?
— Витя, — осторожно начала она, наливая чай, — а помнишь, как мы раньше по выходным вместе на дачу ездили?
— Ну помню. И что? — он не отрывался от телефона.
— А теперь ты туда с друзьями ездишь, а я с мамой твоей остаюсь...
— Лида, ну перестань! — он наконец посмотрул на неё. — Мать больная, за ней присмотр нужен. А с друзьями я по делам езжу, рыбу ловим. Это же не развлечения!
— А мне когда отдыхать?
— Да что ты как маленькая! — Виктор поднялся и потянулся к буфету за печеньем. — Все женщины устают, ничего особенного. Вот моя коллега Светка - у неё трое детей и тёща на руках, но не ноет же!
Лидия взяла поднос с чаем и направилась к свекрови. В коридоре её перехватил муж:
— И вообще, Лид, не пора ли тебе серьёзнее к семейным обязанностям относиться? Мать стареет, ей внимания больше требуется. А ты всё работу свою на первое место ставишь.
— Витя, на мою зарплату мы лекарства маме покупаем...
— Ну и что? Деньги это не главное! — он махнул рукой. — Главное - душевное тепло! Вот когда я женился, думал, что жена будет домашний очаг хранить, а не по офисам мотаться!
Лидия вошла в комнату к свекрови и поставила поднос на прикроватную тумбочку.
— Долго ж ты! — проворчала Раиса Петровна. — Чай наверняка остыл уже! И печенье не то принесла - я просила овсяное!
— Раиса Петровна, овсяного нет. Есть только это.
— Как нет? Настя же покупала! Или ты уже всё съела? — свекровь прищурилась. — В мои годы невестки старших уважали!
Лидия села на край кровати:
— А скажите, Раиса Петровна, вы довольны тем, как я забочусь о семье?
— Довольна? — переспросила та, хрустя печеньем. — Ну, в общем нормально стараешься. Правда, готовить могла бы лучше. И убираться почаще. А то пыль на полках - хоть пальцем пиши!
Лидия кивнула и вышла. У двери столкнулась с Витей:
— Слушай, завтра к нам Серёга с женой придут на ужин. Приготовь что-нибудь вкусненькое. А то стыдно перед людьми - жена не умеет готовить!
— Я завтра до семи работаю...
— Ну и что? Управишься! — он похлопал её по плечу. — Ты же хозяйка у нас!
Лидия посмотрела на осколки в ведре и тихо спросила:
— А я? Когда про меня кто-нибудь подумает?
— Про тебя? — Виктор нахмурился, будто она спросила что-то неприличное. — Лида, ну что за детские разговоры! Ты же взрослая женщина, мать семейства!
На следующий день Лидия едва успела переступить порог, как услышала крики из комнаты свекрови:
— Витенька! Витенька! Мне плохо! Сердце колет!
Виктор выскочил из кухни с бутербродом в руке:
— Лид, быстро к матери! Она весь день мучается, а я на работе не могу же сидеть!
Лидия сбросила сумку и ринулась к Раисе Петровне. Та лежала на кровати, театрально прижав руку к груди:
— Доченька, мне так плохо! Давление скачет, в висках стучит! Я думала, не доживу до вечера!
— Раиса Петровна, может, врача вызвать?
— Нет! — резко отрезала свекровь. — Эти врачи только хуже делают! Мне нужен уход, понимаешь? Постоянный присмотр!
Виктор заглянул в комнату:
— Слушай, Лид, а не пора ли тебе отпуск взять? За свой счёт. Матери плохо, а ты на работе пропадаешь.
— Витя, у меня проект сдавать через неделю...
— Какой проект! — он замахал руками. — Семья важнее! Или для тебя мать ничего не значит?
Зазвонил телефон. Настя.
— Мам, привет! Как дела? — голос дочери звучал бодро.
— Настенька, у бабушки сердце разыгралось...
— Ой, мамочка! — сразу же включилась дочь в привычную семейную драму. — Ты же знаешь, бабушка у нас такая чувствительная! Ей нужно внимание! А папа работает...
— Настя, я тоже работаю...
— Мам, ну не сравнивай! У папы ответственная должность! А ты... ну, в офисе сидишь. Бабушка же старенькая, ей каждая минута дорога!
Лидия положила трубку и пошла готовить ужин. Виктор пристроился рядом:
— Кстати, завтра Серёга с Ленкой придут. Ты помнишь, да? Приготовь там что-нибудь эдакое! Как в ресторане! А то стыдно - друзья придут, а у нас скудно на столе!
— Витя, я же говорила - завтра работаю до семи...
— Лида! — он повысил голос. — Ну сколько можно! Неужели так трудно один раз постараться? Серёга мне по работе помогает, понимаешь? Это важно!
На следующий день Лидия прибежала с работы и услышала из коридора голос Раисы Петровны. Свекровь разговаривала с соседкой Валентиной Степановной:
— Представляешь, Валя, совсем заелась моя невестка! Думает, раз работает, то дома можно ничего не делать! А я её воспитываю потихоньку. То спину поболит, то сердечко прихватит — она сразу как шёлковая становится!
— Да ты что, Раиса! — смеялась соседка. — И не стыдно тебе?
— А чего стыдно? Пусть знает своё место! В семье должна быть иерархия! Я — старшая, значит, мне и почёт! Лидка моя совсем распоясалась — то ей работа важнее, то усталая она! Надо её в рамки поставить, а то окончательно на шею сядет!
Лидия застыла за дверью, чувствуя, как внутри всё переворачивается.
— Мам! — раздался голос Виктора из кухни. — Где ты ходишь? Гости уже едут, а стол не накрыт!
Она вошла на кухню. Виктор стоял у плиты и помешивал что-то в кастрюле:
— Я попробовал твой суп — несолёный совсем! Как людей таким угощать? И мяса мало! Серёга любит поплотнее поесть!
— Витя, — тихо сказала Лидия, — а ты помнишь, какой сегодня день?
— Какой день? — он удивлённо посмотрел на неё. — Четверг, что ли? А что?
— Сегодня мой день рождения.
— А... — он почесал затылок. — Точно! Поздравляю! Ну ничего, завтра отметим как следует! А сегодня гости важнее!
Лидия села на стул и посмотрела на мужа, который продолжал колдовать над плитой, будто она ничего не сказала.
Через час на пороге появились Серёга с женой Леной. Громкие, весёлые, они ввалились в прихожую с букетом цветов и бутылкой коньяка.
— Витёк! — Серёга хлопнул хозяина по спине. — Как дела, браток? А это твоя красавица-жена? Лидия Александровна, с днём рождения!
Виктор покраснел:
— Да не, Серёга, день рождения у неё завтра... Или послезавтра... Короче, не сегодня!
— Сегодня, — тихо сказала Лидия.
— Ах, вот оно что! — Лена протянула ей букет. — Поздравляем! А мы и не знали!
Виктор неловко кашлянул:
— Ну, садитесь за стол! Лид, неси угощения!
Лидия принесла салаты, нарезку, горячее. Гости расхваливали стол, а она молча подливала, доносила, убирала тарелки. Виктор рассказывал анекдоты, Серёга смеялся, Лена хвалила интерьер.
— Витя! — раздался крик из комнаты свекрови. — Витенька! Мне плохо!
— Лид, сходи к матери, — не отрываясь от разговора, бросил муж.
Лидия вошла к Раисе Петровне. Та сидела на кровати в халате:
— Лидочка, у меня голова кружится! Наверное, давление поднялось! И живот болит! Принеси мне тех таблеток, что в шкафчике!
— Раиса Петровна, может, полежите? Гости скоро уйдут...
— Какие гости! — возмутилась свекровь. — Мне плохо, а вы тут веселитесь! В мои годы больных не бросали! Иди принеси лекарство, да быстро!
Лидия вернулась к столу с таблетками. Виктор недовольно посмотрел на неё:
— Чего так долго? Серёга историю рассказывает!
— Витя! — снова крик. — Лидия! Мне воды принесите! И подушку поправьте!
— Господи! — Виктор стукнул кулаком по столу. — Лида, сделай что-нибудь! Не порть людям вечер!
Лидия отнесла свекрови воду, поправила подушку, включила телевизор потише.
— И ещё, — добавила Раиса Петровна, — принеси мне чаю с малиновым вареньем! И печенья! А то я сегодня ничего не ела!
Когда Лидия вернулась к столу с подносом для свекрови, Лена участливо спросила:
— Лидочка, а вы не сильно устаёте? Работа плюс дом, свекровь больная...
— Да ладно! — отмахнулся Виктор. — Лида привычная! Она у нас трудяга! И вообще, женщина должна уметь всё совмещать!
— Это точно! — поддержал Серёга. — Моя Ленка тоже и дома успевает, и на работе! Правда, у неё мама здоровая...
— А у меня мать инвалид фактически! — Виктор налил себе коньяка. — Лиде приходится тяжело, но мы же семья! Должны друг другу помогать!
— Витя! — новый вопль из комнаты. — Телевизор не показывает! Лидия! Иди посмотри!
Лидия поднялась из-за стола. В коридоре её догнал муж:
— Лид, ты что, издеваешься? Люди пришли, а ты туда-сюда бегаешь! Скажи матери, пусть потерпит!
— Витя, она больная...
— Больная, больная! — он махнул рукой. — У неё ипохондрия! А ты ей поддакиваешь! Иди к гостям, развлекай людей!
Лидия настроила телевизор свекрови и вернулась к столу. Гости допивали кофе:
— Лидочка, — Лена встала, — спасибо за чудесный вечер! Всё было очень вкусно!
— Ещё увидимся! — добавил Серёга. — И с днём рождения ещё раз!
Когда гости ушли, Виктор потянулся:
— Хорошо посидели! Лид, убери со стола, а я телевизор посмотрю. Устал от людей!
Лидия молча собирала тарелки. Виктор включил телевизор и растянулся на диване:
— Кстати, завтра мать к врачу надо свозить. Ты же свободна завтра? Я никак не могу, совещание важное.
— Витя, — Лидия поставила стопку тарелок на стол, — а кто-нибудь помнит, какой сегодня день?
— А? — он не отрывался от экрана. — Да какая разница! Каждый день одинаковый! Лучше скажи, ужин завтра что будешь готовить? А то сегодня мясо жестковатое было!
— Витя, сегодня мой день рождения.
— А, ну да... — он зевнул. — Поздравляю! Завтра отметим как следует! А сегодня мать важнее твоих капризов! Она же больная!
Лидия посмотрела на мужа, который уже забыл о её существовании, утыкнувшись в телевизор. Потом посмотрела в сторону комнаты свекрови, откуда доносилось бормотание. И тут она поняла — больше не может.
Она тихо прошла в спальню и достала из шкафа дорожную сумку. Стала аккуратно складывать самые необходимые вещи. Руки дрожали, но решение было твёрдым.
— Лид! — крикнул Виктор из гостиной. — А чай будешь ставить?
Лидия не ответила. Она взяла листок бумаги и написала: "Нужно подумать о жизни. Не ищите." Положила записку на комод, выключила телефон и тихо вышла из дома.
На улице она остановилась и впервые за много лет почувствовала — дышать стало легче.
Александра Ивановна открыла дверь, даже не удивившись ночному визиту дочери:
— Проходи, Лидочка. Чай ещё горячий.
— Мам, я... — Лидия не знала, с чего начать.
— Потом расскажешь, — мягко перебила мама. — Садись. Устала небось?
Лидия села за знакомый стол, и вдруг поняла — когда она в последний раз просто сидела, а кто-то заботился о ней? Мама поставила перед ней чашку чая и тарелку с пирожками:
— Ешь, доченька. Сегодня напекла, думала — вдруг заедешь.
— Откуда ты знала?
— Материнское сердце чувствует, — Александра Ивановна погладила дочь по руке. — А теперь рассказывай.
Лидия заплакала. Впервые за годы — не от обиды, не от усталости, а от того, что кто-то о ней заботится, не требуя ничего взамен.
Утром позвонил Виктор:
— Лида! Где ты пропадаешь? Мать плохо себя чувствует, завтрак никто не готовил!
— Я у мамы, — спокойно ответила Лидия.
— У мамы? А дома кто хозяйничать будет? Возвращайся немедленно!
— Нет.
— Как это нет? — голос Виктора взвился. — Ты что, окончательно рехнулась?
Лидия положила трубку. Через час Виктор приехал сам — красный, взъерошенный, возмущённый:
— Что за театр ты устроила? Мать места себе не находит, я на работу опоздал! Собирайся живо!
— Я не устраиваю театр, — Лидия говорила тихо, но твёрдо. — Я просто больше не могу жить в доме, где меня не замечают.
— Как не замечают? — Виктор замахал руками. — Ты же моя жена! У тебя есть обязанности!
— А у меня есть права? — спросила Лидия. — Право на день рождения? На усталость? На чашку чая, которую мне никто не разобьёт?
— Лида, хватит! — он повысил голос. — Все так живут! Семья — это жертвы!
— Твои жертвы где, Витя? — Лидия встала. — Ты жертвуешь рыбалкой? Телевизором? Встречами с друзьями?
Виктор растерянно молчал.
— Я тридцать лет жертвовала собой, — продолжила Лидия. — Теперь хочу пожить для себя.
— И что ты хочешь? — огрызнулся он.
— Хочу, чтобы ко мне относились как к человеку. Не как к прислуге.
— А если я не согласен?
Лидия посмотрела на мужа долгим взглядом:
— Тогда живи без меня. Теперь вы узнаете, каково это — обходиться без того, кого не замечаешь.
Виктор хлопнул дверью. А Лидия села пить чай с мамой и впервые за много лет улыбнулась.