В российском медиапространстве разгорелись жаркие дебаты после заявления депутата Госдумы Нины Останиной о необходимости запрета песен культовой рок-группы «Сектор Газа» на музыкальных площадках. Инициатива, обоснованная «несоответствием духовно-нравственным ценностям», встретила неожиданно резкий отпор не только со стороны поклонников группы, но и коллег политика, и даже представителей власти.
🎤 Суть предложения и мгновенная реакция
Председатель комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина в интервью изданию "Абзац" заявила, что лично займется вопросом запрета творчества группы "Сектор Газа" на музыкальных площадках и в соцсетях. Она выразила удивление, что Роскомнадзор до сих пор не отреагировал на контент группы, который, по ее мнению, противоречит "общественному запросу на произведения духовно-нравственного содержания».
Однако уже через несколько часов после публикации интервью депутат была вынуждена дать пояснения, утверждая, что ее слова были неправильно интерпретированы. Останина уточнила, что выступает не за полный запрет группы, а лишь против песен, содержащих ненормативную лексику, и за их маркировку 18+ .
"Композиции исполняет симфонический оркестр, музыка звучит в Кремле... хочется даже извиниться перед поклонниками "Сектора Газа" за такую фривольную интерпретацию моего высказывания", — заявила парламентарий .
🤘 Ответ группы и поклонников
Концертный директор "Сектора Газа" Александр Кузьмичев отреагировал на инициативу с "непониманием и одновременно со скепсисом". Он предположил, что депутат "абсолютно не знакома с творчеством группы, особенно с его лирической частью».
Кузьмичев напомнил, что такие хиты как "Пора домой", "Туман" и "Лирика" являются признанными произведениями, которые исполняются "как пацанами во дворах, так и большими государственными оркестрами». Он также подчеркнул, что группа является "давно признанной легендой отечественной рок-музыки", а ее песни слушают "все слои населения — от простых работяг до селебрити и, кстати, депутатов».
Родственники покойного лидера группы Юрия Клинских (Юры Хоя) также выступили против запрета. Дочь музыканта Ирина Клинских призвала фанатов показать "гражданке депутату", что негодование можно выразить абсолютно цензурно.
👥 Политики и музыканты вступают в дискуссию
Заместитель председателя комитета по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Виталий Милонов неожиданно вступился за группу, заявив, что готов быть ее «самым яростным защитником» несмотря на то, что творчество коллектива ему «совсем не близко».
Милонов отметил, что "в свое время песни этой группы звучали из каждой подворотни и в каждом селе Советского Союза", а творчество Юрия Хоя было «саморазрушительным протестом против того тягучего беспросветного болота, в которое втянули нашу страну коммунисты во главе с Горбачевым и КПСС».
Лидер группы "Руки Вверх!" Сергей Жуков выразил уверенность, что запрет не достигнет своей цели:
"Взять и отобрать у миллионов слушателей их любимую музыку в любом случае не получится. Люди в любом случае будут слушать».
📌 Исторический контекст
Группа "Сектор Газа" была создана в Воронеже в конце 1987 года Юрием Клинских (более известным как Юра Хой). Название коллектива происходит от индустриальной части Левобережного района Воронежа, где находился рок-клуб, в котором музыканты постоянно играли.
После смерти Клинских в 2000 году группа прекратила существование, но в 2020 году был анонсирован проект "Сектор Газа: Послесловие", а через два года группа воссоединилась. В 2024 году на сцене Государственного Кремлевского дворца состоялся большой концерт симфонического оркестра, полностью посвященный хитам группы.
Сложно отрицать всенародную популярность «Сектора Газа» — их хиты стали настоящим звуковым фоном целой эпохи. Даже я, не будучи поклонницей группы, слышала их легендарные «Демобилизация», «30 лет» и «Туман», они в давние времена звучали повсюду: от гаражей и дворов до эфиров радиостанций и современных сериалов.
Именно поэтому я считаю, что запретами и маркировкой 18+ ничего не решить — это лишь придаст музыке ореол запретного плода и оттолкнет от власти тех, для кого творчество Юры Хоя стало частью личной истории. Гораздо продуктивнее было бы не запрещать, а понять, почему спустя десятилетия эта музыка продолжает находить такой живой отклик.