Я категорически против того, чтобы моя дочь Алина выходила замуж, тем более за того молодого человека, которого она недавно привела к нам домой и гордо представила женихом.
— Мам, пап, знакомьтесь, это Денис, — сказала она, сияя. — Мы решили пожениться!
Я едва удержалась, чтобы не выронить кружку из рук. Мой муж Павел, конечно, сразу улыбнулся, пожал парню руку и пригласил его к столу. А я сидела с каменным лицом и думала: «Ну все, дождались...»
Проблема даже не в том, что мне не нравится конкретно этот Денис. Они с Алиной — одного поля ягоды. Что она, что он — не представляют себе, что значит самостоятельная взрослая жизнь. Никогда отдельно от родителей не жили, ни копейки в дом не приносили. А теперь эти два «комнатных ребенка», которые во всем привыкли полагаться на мам и пап, собираются создавать отдельную ячейку общества.
Я не могу представить, как это будет выглядеть. Либо их брак развалится через полгода, либо они будут жить с кем-то из родителей. И в обоих случаях у меня возникает резонный вопрос — а зачем все это?
Мой муж Павел души не чает в Алине с самого ее детства. Она его принцесса, ради которой он горы свернет и океан осушит, лишь бы дочь была счастлива.
— Ну и что, — говорил он мне после знакомства, когда мы остались вдвоем на кухне. — Молодые, глупые, но разберутся. Мы ведь тоже когда-то были такими.
— Нет, Паша, — я покачала головой. — Мы с тобой к этому времени уже жили отдельно, сами зарабатывали, сами решали свои проблемы. Алина же ничего не умеет!
Павел вздохнул и отвернулся.
Это, конечно, замечательно, что он так любит дочь. Но именно эта любовь и сделала Алину такой беспомощной. Там, где я что-то запрещала, требовала от нее самостоятельности, Павел всегда становился на сторону дочери:
— Ну что ты, Лена, — говорил он (да, меня зовут Лена). — Она же маленькая еще. Зачем на нее давить?
— Маленькая?! — я тогда буквально закипала. — Ей шестнадцать лет!
— Ну и что? Успеет еще поработать, устать, научиться.
И вот мы имеем результат: двадцатитрехлетнюю девушку, которая может себе приготовить только чай и бутерброды, ждет, когда ее запишут к врачу, и по любому поводу бежит к папе за помощью.
Сколько раз я пыталась изменить ситуацию, но каждый раз все заканчивалось одинаково: Алина бежала жаловаться отцу, и тот решал за нее все вопросы.
— Лена, — говорил он мне, — не превращай жизнь ребенка в кошмар. Научится она всему, куда денется.
— Да когда?! — злилась я. — Когда ей будет сорок?
Но, похоже, теперь уже поздно. Потому что дочь выбрала себе в женихи ровно такого же неприспособленного к жизни парня.
Когда Денис к нам пришел, я от него услышала всего пару слов. Остальное за него рассказывала его мама, которая тоже пришла «на знакомство».
— Денис у нас очень ответственный, — говорила она, с гордостью глядя на сына. — Правда, пока работу ищет, но обязательно найдет! Он у нас хороший!
Я смотрела на этого худощавого парня и видела двух одинаково инфантильных созданий, которые не знают, как сварить яйца, и ждут, что мамы придут и их накормят.
После ужина я не выдержала:
— Алина, — сказала я ей, когда гости ушли. — Ты уверена, что хочешь замуж?
— Конечно! — ответила она, даже не задумываясь. — Мы любим друг друга!
— Любовь — это замечательно, — вздохнула я. — Но ты понимаешь, что семья — это не только романтика? Это готовка, уборка, счета, решения проблем.
— Мам, — закатила глаза дочь. — Ты вечно сгущаешь краски. Мы со всем справимся.
— А кто будет справляться? — вмешался Павел. — Они сами все поймут, разберутся.
— Разберутся?! — я почти закричала. — Ты понимаешь, что они оба не приспособлены к жизни? Что будет, если у них родится ребенок, а они не смогут сами элементарное решить? Кто будет их кормить, одевать, помогать?
Павел пожал плечами:
— Ну, поможем, если что.
— А если мы будем не в состоянии помочь? — тихо спросила я. — Мы уже не так молоды. Я не хочу нянчить младенца вместо них.
Муж замолчал.
Я понимаю, что любовь — это важно. Но я не верю, что этот брак сделает Алину взрослее. Скорее, наоборот — она получит еще одного «родителя» в лице свекрови, которая и рада будет управлять ими обоими.
Я не знаю, как убедить Павла, что мы совершаем ошибку, позволяя этому браку состояться. Все вокруг твердят: «Молодые сами разберутся». А я знаю, что сами они никогда ни в чем не разбирались.
И от этой мысли мне становится страшно.
На следующий день я решила серьезно поговорить с Алиной. Мы сели на кухне, и я, взяв себя в руки, старалась говорить спокойно.
— Алин, ты понимаешь, что замужество — это не просто свадьба и красивые фото? — начала я. — Это ответственность. Ты готова к тому, что придется самой готовить, стирать, следить за бюджетом?
— Мам, ну зачем ты начинаешь? — нахмурилась она. — Я же не глупая, справлюсь.
— Справишься? — я горько усмехнулась. — Ты даже врача себе не можешь выбрать без папы.
— Вот опять! — повысила голос Алина. — Ты всегда недовольна, что бы я ни делала. Денис хороший, мы любим друг друга.
В этот момент вошел Павел.
— Что вы тут опять спорите? — спросил он, нахмурившись.
— Паша, — повернулась я к мужу. — Объясни ей, что семья — это не игра.
— Лена, — вздохнул он, — ты слишком давишь. Дай им шанс.
— А если они провалятся? — я резко повернулась к нему. — Если через полгода она вернется с ребенком на руках?
Алина вскочила.
— Значит, ты думаешь, что я не справлюсь? Что я обязательно вернусь?
— Я думаю, что вам с Денисом пока рано, — твердо сказала я. — Сначала научись жить сама, без нас.
— Не буду я жить одна! — почти крикнула она. — Мы любим друг друга и поженимся, хотите вы того или нет.
Она выбежала из кухни, хлопнув дверью.
— Вот и поговорили, — устало сказал Павел.
— Ты видишь, что она делает? — повернулась я к мужу. — Она даже слышать не хочет.
— Потому что ты давишь, Лена. Она еще больше упрямится.
— А что мне делать? — я впервые за долгое время почувствовала, что готова заплакать. — Я же мать, я хочу, чтобы у нее все было хорошо.
— Иногда надо дать детям право на ошибки, — мягко сказал Павел. — И быть рядом, если они упадут.
Я молча смотрела в окно. Мысли роились в голове. Дать ей ошибиться? А если эта ошибка сломает ей жизнь?
Вечером Алина вернулась домой вместе с Денисом. Видно было, что они оба переживают.
— Мам, — сказала она тихо, — мы решили, что поженимся весной.
— Вы уверены? — спросила я.
— Да, — твердо ответил Денис. — Я устроюсь на работу, мы снимем квартиру.
Я впервые за этот вечер увидела в его глазах хоть какую-то решимость. Может, это и правда первый шаг к их взрослой жизни?