Смутное время стало настоящим полигоном для политических авантюр и исторических мистификаций. Феномен самозванства, достигший в этот период невиданного размаха, был не случайным явлением, а результатом продуманных технологий создания "легитимных" претендентов на престол. Технологий, которые удивительным образом сочетали средневековые суеверия и уже вполне современные методы информационной войны.
Проект "Царевич Дмитрий"
Технология создания самозванца требовала тщательной подготовки. Кандидата нужно было не только найти, но и соответствующим образом обучить, снабдить убедительной легендой и обеспечить мощной политической поддержкой.
Лжедмитрий I, наиболее успешный из самозванцев, стал продуктом сотрудничества внутренней русской оппозиции и внешних сил. Источники свидетельствуют, что его образ тщательно конструировался. Беглый монах Григорий Отрепьев (если принять традиционную версию) изучал польский и латинский языки в школе ариан, приобретал светские манеры при дворе князя Острожского . Ему приписывали специфические детали - например, рассказывали о разной длине его рук и бородавке на лице, которые должны были служить "доказательством" подлинности.
Но одного человека было недостаточно. Требовалась мощная информационная поддержка. И она была обеспечена: в Венеции издавалось "Повествование о замечательном, почти чудесном завоевании отцовской империи юношей Дмитрием", которое мгновенно переводилось на европейские языки и распространялось рекордными тиражами. Автором являлся Антонио Поссевино. Великий испанский драматург Лопе де Вега даже получил заказ на пьесу "Великий князь Московский" на тему "чудесного спасения" царевича .
За этим стояли серьезные силы. Папа Римский Павел V отправлял личные послания Юрию Мнишеку и его дочери Марине, требуя оказания всемерной помощи самозванцу ради торжества католической веры в России. Непосредственным куратором операции был Антонио Поссевино, опытный дипломат и иезуит, еще со времен Ивана Грозного курировавший операции против России.
Ключевым элементом технологии стало обеспечение материальной базы. Юрий Мнишек, сандомирский воевода, навербовал для похода около 1600 рыцарей. К ним присоединились около двух тысяч запорожских казаков и несколько сотен донских. Это была внушительная сила, способная бросить вызов московскому государству.
Восприимчивая аудитория
Но никакая технология не сработала бы без готовности общества принять самозванца. Народная вера в «доброго царя» стала питательной средой для политических спекуляций.
Смерть Дмитрия в Угличе и последовавшая кончина бездетного Федора Иоанновича привели к глубочайшему династическому кризису. Борис Годунов, избранный на царство в 1598 году, с точки зрения людей того времени не был равен наследному государю, ставшему правителем "божьей волей, а не человеческим соизволением". Ему упорно ставили в вину гибель царевича Дмитрия, и Борис оказывался виноват вдвойне - как "погубитель царского корени" и как "самовластный восхититель трона".
Официальное расследование, проведенное Василием Шуйским, заключило: несчастный случай. Но народная молва упорно приписывала смерть мальчика козням Бориса Годунова, желавшего устранить претендентов на трон. Эта трещина между официальной версией и народным сознанием стала фундаментом для будущих мифов о "чудесном спасении".
Страшный голод 1601-1603 годов, вызванный тремя неурожайными годами подряд, привел к гибели сотен тысяч людей. Авраамий Палицын пишет, что в одной только Москве погибло 127 тысяч человек. Да, цифра сомнительна, но в любом случае ясно, что количество трупов поражало воображение современников. И винили в этом современники именно Бориса Годунова - царя-выскочку, царя без династии.
В народном сознании это воспринималось как "божья кара" за грехи царя-узурпатора. В таких условиях не могли не оживиться слухи о "добром царевиче", убитом или, может быть, скрывшемся от посланных Борисом палачей.
Важным фактором стало и недовольство боярства, которое использовало самозванца в борьбе за власть. Сам Годунов прекрасно знал и о настроениях народа, и о настроениях боярства. Из-за этого он все реже выходил из своего терема, что тоже не добавляло ему популярности. Как метко заметил русский историк Василий Ключевский, Борис Годунов в последние годы правления "вел себя как вор, боящийся быть пойманным".
Конвейер самозванцев
Успех Лжедмитрия I породил целую волну подражателей. После его убийства в 1606 году немедленно поползли слухи о новом "чудесном спасении". Михаил Молчанов, один из убийц Федора Годунова, бежавший из Москвы, начал распространять слухи, будто вместо "Дмитрия" был убит другой человек, а сам царь спасся.
Вскоре появился Лжедмитрий II, происхождение которого остается загадкой до сих пор. По некоторым сведениям, это мог быть крещеный еврей из Шклова или учитель из Белоруссии. Технология его "изготовления" была отработана: найдя человека, хоть отдаленно напоминавшего первого самозванца, заговорщики принялись создавать ему соответствующую репутацию.
Как писал Конрад Буссов, полководец Ян Сапега открыто заявлял: "Мы, поляки, три года тому назад посадили на московский трон государя, который должен был называться Димитрием, сыном тирана, несмотря на то, что он им не был. Теперь мы второй раз привели сюда государя и завоевали почти половину страны, и он должен и будет называться Димитрием, даже если русские от этого сойдут с ума".
Тушинский лагерь, где обосновался Лжедмитрий II, стал настоящим альтернативным государством со своей администрацией, приказами и даже патриархом. Это была уже не просто авантюра, а продуманная политическая технология по созданию параллельной власти.
Но настоящий конвейер самозванцев запустился на периферии. В Астрахани объявился "царевич Август", называвший себя сыном Ивана Грозного от Анны Колтовской . Затем там же появился "царевич Лаврентий", вымышленный сын царевича Ивана Ивановича . В южных русских городах объявилось сразу восемь "царевичей", называвших себя разными сыновьями царя Федора.
Особняком стоит фигура Илейки Муромца, выдававшего себя за Петра Федоровича - вымышленного сына царя Федора Иоанновича. В отличие от образованных Лжедмитриев, это был выходец из народной среды, что свидетельствует о том, что технология самозванства была освоена уже на самом низовом уровне.
Исторические уроки
Феномен самозванства Смутного времени показывает, насколько эффективными могут быть технологии манипуляции общественным сознанием в условиях системного кризиса. Создание "чудесно спасшегося царевича" требовало не только подходящего кандидата, но и продуманной информационной кампании, поддержки влиятельных сил и готовности общества принять миф.
Лжедмитрии и другие самозванцы стали продуктом своего времени - времени распада традиционных общественных связей, утраты доверия к власти, отчаяния народа. Но они же продемонстрировали и удивительную живучесть политических мифов, их способность влиять на ход истории.
Важно понимать, что возносила их на вершину не стихия, а вполне конкретные интересы и продуманные технологии, которые, увы, не канули в Лету вместе со Смутным временем.
Поддержать эту статью донатом можно здесь.
__________________________
Свежие видео в нашем "Премиуме":
- Иван Калита, князь-олигарх. История по-девчачьи
Самое вкусное - как он расширял владения. Он не всегда воевал - он покупал! Сразу представляю его в роли риелтора: «Углич? Прелестный городишко! Покупаю! Белоозеро? А какая рыбка! В корзину!» Князьяшки радовались звонкой монете, а потом просыпались и понимали, что они теперь вассалы Москвы. Кто-то называл это хитрой стратегией, кто-то - беспринципностью. Но что такое принципы, когда на кону - будущее империи?
- Первый русский князь, склонившийся перед Римом
Он искал милости у римского папы
А еще приглашаем в нашу группу ВК "Русичи" и ждем вас в Телеграме