Она заходила в эту кофейню каждое утро ровно в восемь. Заказывала одно и то же: латте с миндальным молоком, без сахара. И всегда садилась за один и тот же столик у окна.
Я работал бариста и уже через месяц начал подкладывать в её стаканчик маленькие записки. Сначала безобидные: «Отличный выбор!», потом чуть смелее: «У вас самая добрая улыбка ». Она никогда не реагировала. Просто пила кофе, читала книгу и уходила.
Я решил, что она меня просто не замечает. В конце концов, я ведь был для нее всего лишь частью утреннего ритуала. Человеком, который подает кофе.
В пятницу я положил свою последнюю записку. «Желаю вам сказочных выходных». В понедельнике я ее не увидел. Не пришла она и во вторник. Не появилась и через неделю.
Я уже думал, что спугнул её своими глупыми посланиями. Как же я ошибался.
Сегодня кофейню заливал унылый осенний дождь. Дверь открылась, и с порога на меня посмотрели те самые знакомые глаза.
— Мне, пожалуйста, латте с миндальным молоком. Без сахара. И… — она замялась, а потом поставила на стойку маленькую стеклянную банку, доверху наполненную свернутыми бумажками. — Это вам.
Я онемел.
— Я… я попала в больницу. Эти записки были единственным, что заставляло меня держаться и ждать того дня, когда я смогу вернуться и сказать вам спасибо. Вы не представляете, как ваши слова были важны для меня тогда. Каждый день.
Я развернул одну из бумажек. Это был мой почерк. А на обороте — её ответ.
Она ответила на каждую. На каждую.
Мы просто смотрели друг на друга, а за окном лил дождь. И мир вдруг перестал быть прежним.