Дарья прочла название гостинцы и засмеялась. Название было из сказки – «Кружка и пирог».
Хозяин с пухлыми красными щеками осмотрел их и спросил:
– Не хотят ли гости не только освежиться в наших термах, – это сопровождалось дружным стоном, – но и пригласить портного?
– Он прав! – поддержал его Тхи. – Мы похожи на оборванцев.
– Термы. Это великолепно! Зови портного, только хорошего! – надменно кивнул Кьяр, стащил всю одежду с себя и со своей гатанги, бросил рюкзак и остатки одежды на руки восхищённых слуг и нагим, с Дашкой на руках, проследовал в термы.
Его примеру последовали остальные гатанги. Зрар шикнула на застывших от удивления слуг и распорядилась:
– Один номер на всех. Много диванов и подушек, – и отправилась смотреть номер.
Тхи зашёл в термы чуть позже, после разговора с хозяином. Он и Зрар неспешно выкупались, завернулись в простыни. Тхи, обнаружив, что дремлющие в бассейне гатанги даже не пошевелились в ответ на их громыхание тазиками, проскрипел:
– Надо проследить, чтобы не утонули ребятки. Подъём!! – он хитро подмигнул Зрар. – Видишь? Ну, никакой концентрации!
Вдвоём они весело смотрели, как гатанги булькали от испуга и осматривались. Кьяр выскочил первым, подхватив свою гатанги на руки и, не обращая внимания на взгляды прислуги, прошествовал в номер, на который ему показал один их мальчишек обслуги, и шепнул своей гатанги:
– Пока они там, мы здесь. Что-то я уже забыл, какая ты на вкус. И потом, помниться, ты говорила, что тебя накрывает, и что-то там про яйцеклады… – и заключил Дашку, задрожавшую от предчувствия страсти, в объятья.
Через час разморённые, завёрнутые в пушистые полотенца гатанги зашли в номер. На самом дальнем диване, так и не выпустив друг друга из объятий, спали Дашка и Кьяр.
Мерц завистливо прошептал:
– Как всегда, заняли самое удобное место!
– А ты что, меня стесняешься? – Ден смотрела на него круглыми глазами, которые наполнялись слезами.
Мерц засмеялся, сдёрнул с неё полотенце.
– А ты меня? – и мягко повалил её на пол в центре комнаты.
Пока гатанги отдыхали, Зрар поймала хозяина и грозно спросила:
– Где портной?
– Вы что, спятили?! Ночь на дворе, всё будет утром! – возмутился хозяин.
Зрар прошествовала в комнату, осмотрела её и улыбнулась. Все гатанги, содрав покрывала и побросав на пол подушки, спали в объятьях друг друга на полу. На кушетке примостился Тхи. Зрар увидела, что ей досталась роскошная кровать. Потянувшись, она растянулась на кровати и провалилась в сон. Проснулась от прикосновения служанки, которая чуть ли не истекала слюной, глядя на обнажённых, спящих гатангов.
– Госпожа… Э-э… А не замерзнут ли они?
– Они горячие! Зачем явилась? – усмехнулась Зрар.
– Портной пришёл.
Зрар дотянулась до Ронга и тронула того за плечо, тот мгновенно проснулся и потянулся к служанке.
– Доброе утро, красавица! Я слышал, что пришёл портной. Веди меня первого, – и, не смущаясь своей наготы, выскользнул из комнаты.
Проснувшаяся Роун возмущённо засопела.
– А ты как хотела после своего вопроса? – прошипел ей Тхи, который давно не спал. – Сколько можно его дёргать? Парень извёлся. Ты вообще ничего не понимаешь что ли? Да! Издергала его!
Роун завернулась в покрывало и выскочила вслед за Ронгом. Она буквально прыгнула обратно, налетев на лукаво улыбающегося гатанга, стоявшего за дверью с невысоким человеком. Ронг поманил портного за собой и шепнул Роун:
– Принеси нашу старую одежду.
Портной рассматривал принесённую изодранную одежду, потом Ронга и Роун, не поленился заглянул в комнату, покачал головой, оценивая стать гатангов.
– Нам нужна удобная одежда типа этой, – объяснил Ронг портному.
Портной опять с удовольствием осмотрел фигуры гатангов:
– А что же, никакой модной одежды, на выход?
– И модную одежду тоже, – распорядилась Зрар, вышедшая в коридор.
– Когда и где дам обмерять? Вы очень разные, – портной окинул взглядом Зрар, потом Роун.
– Не глупи! Сможешь без примерок. У всех портных глаз-алмаз! Да и старую одежду забери, – проскрипел завёрнутый в простыню Тхи, который выглянул в коридор. – На десятерых и с запасом, и побольше разнообразия. Учти, парни все выше девчонок.
– Когда все принесёшь? – строго спросила Зра.
– Как приготовим, так сразу, – отмахнулся портной и ушёл.
Тхи утащил Зрар на открытый балкон.
– Утро чудесное! Здесь чудесные кресла и пледы. Завернемся и подремлем. Ну, ты что, тупая что ли? Смотри, как волнуется Ронг! Когда-то они должны понять друг друга. Да, пора им разобраться с чувствами!
Когда Кьяр продрал глаза и поднял голову, то получил от Ронга подушкой. Дрен сразу спокойно заснул.
Спустя час, хлопнула дверь. Дарья спросонья подскочила, в её руках зазмеился боевой кнут. Молоденький слуга в ужасе смотрел на кнут и боялся пошевелиться. Затем поднял глаза на гатанги и разинул рот, пожирая её глазами. Очнулся от метко брошенной подушки и ворчливого:
– Что надо?
– Завтрак, – слуга очнулся и выскочил из комнаты.
Дашка достала гребень и, расчёсываясь, прошептала:
– Я так голодна! Хочу стол, белую скатерть, посуду, ну и всё такое прочее.
– Ты собираешь голышом идти? – рассматривая её, спросил Кьяр.
Дашку встревожил его тон, и она решила проучить его за ревность.
– А что ты предлагаешь?
– Как что? Мы с тобой на завтрак питаться будем любовью. Сейчас самое время, тебя же не смущают условности! Демонстрируешь всем себя, позы принимаешь соблазнительные, – томно улыбнулся дрен, который рассердился, что она голой щеголяла перед прислугой.
Дашка оглянулась, все уже проснулись и с интересом ждали продолжения разговора. (Ну, подожди у меня! Представление устроил!) Она, прикрывшись блоком, кротко предложила:
– Хорошо, тогда садись в камин.
– Это зачем? – он подозревал подвох, но культура этого мира не знала анекдотов, и Кьяр попался в расставленные сети.
Дарья выпятила губки и умильно заморгала.
– А я хочу горяченького.
Хохот был таким мощным, что Ронг, который только что заснул, проснулся, ничего не понимая, но рефлекторно прикрывал собой Роун, разметавшуюся во сне.
Кьяр проворчал, потянув к себе Дашку:
– Ну как тебе это могло прийти в голову?
– Да это не моё, – оправдывалась та, – это же из анекдота.
– А ещё знаешь? – улыбнулся он, целуя её, ему самому было неловко от того, что злился на неё, тем более одежды не было.
– Они очень специфические и для моего мира.
– Ба! Не вредничай! – пробасил Бат. – У всех всё едино.
Дашка лукаво ухмыльнулась и, дав небольшие пояснения, начала рассказывать.
Когда вошли с балкона Зрар и Тхи, то застали катающихся по полу от смеха гатангов. Тхи, глядя на гатангов, обеспокоенно проговорил:
– Что это с вами? Там уже портной пришёл.
– Дашка рассказывает короткие смешные истории из своего мира, – давясь от смеха, пояснил Мерц. – Ронг у нас теперь поручик Ржевский.
В комнату постучали. Гатанги мгновенно завернулись в покрывала. Вошёл портной с помощниками и стал раскладывать принесённую одежду, бормоча:
– Хорошо, что закупил современные швейные машины. Как знал, что будущее за ними. Мы в основном кое-что переделывали готовое, а то бы не успели, даже с машинами. Смотрите, здесь много костюмов, есть что выбрать. Учтите вышивка вся машинная, но у меня есть такие мастера, что в столице таких нет! Вот разбирайте! Справа одежда для мужчин, слева для женщин. Если что, мы тут же подгоним на вас. Я захватил сок латука и ножницы. Отрежем и приклеем
Гатанги разобрали одежду, стали её примерять в маленькой гардеробной. Когда они оделись и вышли в комнату, где провели ночь, портной посмотрел на них и ахнул:
– Вы, как из моей старой книжки!
– Что за книжка? Она у тебя сохранилась? – насторожился Кьяр, который никогда и нигде он не слышал, чтобы люди рисовали гатангов. Это могло дать информацию, которой им не хватало.
Портной пожал плечами и стал поправлять одежду на Бате, которому вздумалось повертеться перед зеркалом.
– Это – книжка моего прапрадеда. Это он сказал своему сыну, моему прадеду, что люди должны носить красивую одежду, чтобы она была прекрасной и ладной, как песня. Что такую одежду он видел на гатангах. Он стал первым портным в нашем роду, хоть и писал песни, много рисовал. Могу поискать, – Кьяр кивнул, и Мерц положил в руку портного крупный ограненный изумруд. Портной оторопел. – О! Это очень много! Это же из Данли! Одежда стоит много дешевле. Это двойной месяц работы моей мастерской.
– Мы хотели бы посмотреть на рисунки твоего прапрадеда, если можно.
– Конечно! Я принесу! – он кивнул помощниками, и удалился, зажав оплату в кулаке.
Кьяр осмотрел свой силт, его что-то беспокоило в одежде.
– Ну-ка, пройдитесь! – попросил он.
– По-моему, хорошо! – Бат ухмыльнулся, прогуливаясь взад-вперёд. – Меня только местные штаны со шнуровкой смущают, а так неплохо.
Гатанги осматривались, не понимая, что тревожит дрена. Одежда была очень удобной, деловой, тёмных тонов со скупой отделкой. Вся вышивка была в тон одежде и изысканно закрывала швы. Именно поэтому зазвучали фигуры гатангов. Дверь хлопнула, Мерц с хищной грацией повернулся на звук.
– Молодец, Кьяр! Я тоже заметил. Нужны яркие пятна, и ещё куртки или кофты свободного покроя, – проскрипел Тхи, – а то вы уж слишком выделяетесь. Да! Нужны куртки.
Он вышел и через полчаса вернулся с портным, который опять нёс кипу одежду. Портной раздал необычного покроя лёгкие куртки с кушаками.
– Запаримся! – простонала Фани, вертя в руках золотистую куртку.
– Что ты, госпожа? Это же шёлк из Данли! – обиженно взвыл портной.
Гатанги натянули куртки. Тхи удовлетворённо хмыкнул. Да, гатанги были высокими и широкоплечими, но исчезла хищная грация и мощь. Теперь они не выделялись среди людей, этого региона, среди которых также было немало и очень высоких, и широкоплечих.
– Вот, это тебе ещё и за куртки, – положив в руку портного два крупных рубина, пробормотал Тхи.
Кьяр взял из рук портного книжку. Это были плотно сшитые пергаментные листки. Он открыл книжку, и они тюкнулись лбами с Мерцем. Мерц листал, а Кьяр хмурился. Тхи отобрал у него книжку и вручил портному.
– Спасибо! Твой прапрадед был чудесным художником и поэтом. Очень красивые рисунки и песни.
Портной поклонится и ушёл. Гатанги ждали, что скажут Мерц и Кьяр.
– Что молчите?! – не выдержала Дарья. – Что там такое?
– Знак одного Дома Лоанга. Рисунки, каких-то гатангов, животных и цветов, – выдавил Мерц. – На гатангах праздничная одежда. Красивая.
– Ну и что?
– Этого Дома давно нет. Очень давно, – проворчал дрен. – Я никогда не слышал, что кто-то из этого Дома бывал в Европе.
– Именно, – Мерц покачал головой. – Как это сюда попало? Последний представитель этого Дома умер лет пятьсот назад. Ещё там много стихов, очень разных. Некоторые загадочные, – и он повторил вслух прочитанное. –
«Кровавый след рассыплется слезой,
И чёрный свет, как эхо, отзовётся.
Не жди дождей, идущих за грозой,
Пустынный смерч, как змей, взовьётся».
– Жуть какая-то радиационная! – Дашка поёжилась.
– Радиационная говоришь? – Тхи остро на неё взглянул. – Да нет, здесь что-то другое, ну а что ещё? – он дёрнул за рукав Мерца.
– Ага, а для советника радиация не пустой звук. Что-то они в Совете знают, – мысленно отметила Дашка.
Кьяр сжал зубы, то, что он услышал из мыслей Дарьи, было не так важно, по сравнению с тем, во что не хотел верить. Кто-то из Лоанга тайно от всех что-то очень давно делал в Европе.
– Больше ничего интересного нет, только рисунки. Какие-то кристаллы, разные цветы, много рисунков американских животных, даже тегато. Откуда он узнал о них? Они ведь здесь никогда не водились, это только у нас, – пробурчал Мерц.
– Тегато это кто? – спросил любопытный Тэд.
Мерц фыркнул.
– Да это ящеры, похожие на нхангов, но крупнее, без перьев и водятся только в болотах и манграх. Сейчас они остались в основном в Патанге и Данли, а в Лоанге только в заповедниках.
Тхи ушёл, а через несколько минут вернулся:
– Завтракать! Скоро поезд, а то следующий через трое суток.
Гатанги сели в не очень удобные вагончики, которые тянули восемь ривхов. Поезд рванулся вперёд.
Тхи посмотрел на гатангов и толкнул Зрар:
– Ты погляди, они опять спят, и это по такой дороге!
"Валькирия", посмотрев на гатангов, решила их защитить.
– Они очень выкладываются, да и по ночам гормоны гуляют. Они ещё очень молоды, пусть хоть в дороге отдохнут.
– Когда же заниматься? Ведь впереди не люди, – Тхи сморщился. – Ты же поняла, это всё затеял кто-то из гатангов! Да! Это – гатанг!
Зрар понимающе кивнула, но её подопечные так устали.
– Пусть поспят! Тхи, меня мучают дурные предчувствия. У них ведь были не только физические нагрузки. Я видела, как они переживали смерть сетиль, но сейчас, что-то иное их гнетёт. Дашка обычно всех расспрашивает, но сегодня молчит.
– А знаешь, это хорошо, что у них не было воспитателя из Лоанга! С их-то характерами никто не выдержит! Да, никто.
– Мастер, мне кажется, они находят воспитателя себе сами. Сначала Лонг, теперь ты.
– Эхе-хе-хе! Порадовала, – вздохнул, засыпая Тхи.
Шесть часов езды, которые до предела измучили Тхи и Зрар, с краткими остановками затем длительная остановка. Меняли ривхов. Пассажиры вылезали, охая и потягиваясь, и только гатанги выйдя стали прыгать и приседать. Они были свежи, но хмуры.
Через следующие шесть часов тряски, по дороге, вымощенной булыжником, потому что здесь поезда двигались без рельсов, они оказались у причальной башни.
Гостиница оказалась полупустая, и гатанги расположились с немыслимым комфортом. Они отказались от ужина и разбрелись по комнатам. Тхи сокрушённо вздохнул. Однако в комнатах гатанги, расположившись на роскошных креслах, мрачно обдумывали узнанное. В комнате Ден больше не могла терпеть молчания и попросила:
– Мерц, говори вслух! Я же вижу, что тебе плохо! Что произошло?
Гатанг взглянул на неё, и Ден показалось, что в комнате потемнело.
– Мы получили по заслугам. Прав мастер Тхи! Мы высокомерно думали, что это люди оплошали. Что с них взять, мало живут, торопятся, отсюда и ошибки. Мы типа герои, им поможем. А это кто-то из нас! Понимаешь?!
Ден обдало теплом от его «из нас». Она уже смирилась, что рядом с мужественностью Мерца, она всегда только женщина. Может поэтому она чувствовала его боль ещё острее, чем раньше.
– Ты не прав! Помнишь, тот урод говорил, что ждал двести лет. Да и книжонке не менее пяти сотен лет, тогда ещё пользовались пергаментом в Европе. Расскажи хоть немного о Лоанге! Невозможно смотреть, как ты мучаешься.
Мерц угрюмо кивнул.
– Понимаешь, в Лоанге стараются держаться на очень высоком моральном уровне, и не любят выносить сор из избы, как говорит Дарья. Это в Данли клановые распри, а в Патанге – регресс. Молодёжь Лоанга воспитывается в духе высокой ответственности за содеянное! Теперь я думаю, что так было не всегда. Именно поэтому информация о старых Домах моему поколению почти не доступна. Старики многое скрывают, почему я не знаю. Возможно, какой-то из Домов принимал участие в войне, затеянной Таггаром. Зачем, я не понимаю?! Дом, что в книге, которую нам показали, давно исчез, но здесь был ещё кто-то. Был! И это наш современник. Вспомни, тот потомок Таггара узнал гатангов, да и тот мерзавец-киборг Влад грозился…
– Помнишь, в Ростоке исчезла информация о Старых Домах? Может это как-то связано? Я же понимаю, что ты и Кьяр теперь будете искать ответы на вопросы. Жаль, что я мало узнала о Лоанге, – Ден вздохнула. – Я хочу помогать. Пойми! Ты не один! К тому же меня волнует то, что ты слишком меня оберегаешь.
– Это того стоит! Не волнуйся, малыш, я расскажу… Когда-нибудь, – Мерц, усмехнулся, он всё время рядом с ней чувствовал себя героем.
Ден обняла своего гатанга, и неожиданно для себя самой, заснула у него на коленях. Мерц поцеловал её и отнёс свой парадокс в кровать, а потом и сам провалился в сон без сновидений.
В соседней комнате Роун смотрела на Ронга и не узнавала его. Где весёлый, жизнерадостный и любвеобильный проказник? Ронг сидел на кресле и смотрел в стену. Она подошла к нему, чтобы узнать почему он дуется, и ахнула, его лицо было залито слезами ярости.
– Понимаешь, мы дepьмo, как и все! Понимаешь?! Нет, не думай, что я о ханаши, или о тебе. Шхас!! Я ведь так гордился, что служу Равновесию! Чуть не героем себя считал, а тут такая жуть. Вот почему они на нас охотятся, потому что боятся, что мы узнаем, кто они! Понимаешь? Это наши!
– Значит, ваши говоришь? Ах ты, негодник! А кто я? Не ваша? – Ронг поднял на неё измученные глаза, но Роун продолжила. – Не знаю, как ты, но я серьёзно хочу от тебя детей. Думай, когда ты это сделаешь.
– Ты что?! – Ронг, не веря своим ушам, смотрел на неё.
– Хочу гордиться тем, что у меня есть твой ребёнок. Да, именно гордиться! Ты лучший из всех, кого я встречала в своей жизни. Лучший!
Ронг буквально засиял, нежно обнял её и шепнул:
– Роун, ты… – он бормотал, уткнувшись ей в живот. – Ты необыкновенная, Роун.
– И хочу детей от тебя, – она нежно поцеловала его.
– Не всё сразу! Роун, ты измотана, надо дождаться удобного случая. Я не могу подвергать тебя опасности. Небеса! Ты моя! Загадка, волшебница! Ты моя!
– Я вижу только тебя отцом моих детей! Всегда, только тебя, – Роун забралась к нему на колени и стала покрывать поцелуями его лицо и шею.
– Моя! – Ронг наслаждался.
Кьяр не мог заснуть. Он знал, что его гатанги не спит, но не был готов к разговору, который она, несомненно, ждала. Наконец, он решился на разговор и повернулся к ней и обнаружил, что Дарья, обняв подушку, спит. Кьяр поцеловал её в лоб и улыбнулся, потому что та во сне пробормотала:
– И не надо!
Он отнял у неё подушку и обнял. Дарья, не просыпаясь, почмокала губами и прижалась к нему. Кьяр, благодаря судьбу за свою гатанги, заснул.
Стаки и Тэд спали, правда Тэд во сне услышал, что происходит у Роун и Ронга и улыбнулся во сне, он был рад за них.
Утром Фани повернула к себе Бата и, покраснев, прошептала:
– Говори. Я приму всё! – она была готова ко всему. Потому что кто-то из гатангов разрушал жизнь людей, а Бат, когда-то был человеком. – Только прямо!
Бат злился от того, что потерял целую ночь, потому что уснул, как только коснулся подушки. Он взглянул ей в глаза, полные тревоги, и пожал плечами, не понимая из-за чего та волнуется. Всё было так просто.
– А что говорить?! Найдём гадов и задавим!
– Это что, всё? – у неё задрожал голос. – Это ведь гатанг!
Бат кивнул. Фани с восторгом посмотрела на его могучий торс, понимая, что точно задавит, и прижалась к его груди. Бат решительно навёрстывал упущенное.
– Небеса! Ты лучший! – шептала она, постанывая от его страсти.
– Ты уверена, что мы гатанги? – тихо спросил Стаки Тэд.
– А ты, что сомневаешься?
– Ну, все так переживают. Я, честно говоря, не понимаю из-за чего переживать? Бат прав. Надо найти гада и всё!
– А Кьяр?
– Он и Дашка ещё спят, – Тэд вздохнул. – Стаки, детка! Давно хочу спросить, ты не хочешь ребёнка?
Стаки не успела ответить, так как ввалившийся к ним Тхи рявкнул:
– С ума сойти, и вы валяетесь! Вы что, на дирижабль хотите опоздать?! – и унёсся, оставив их с открытым вопросом. Гатанги торопливо собирались, услышав его голос. – Подъем! Опаздываем!
В дирижабле, направляющемся в Сото, гатанги заняли два самых больших отсека. Тхи сообщил гатангам, что лететь две недели, и он, наконец, ими серьёзно займётся. В голосе Воспитателя чувствовалась угроза. Это успокоило сетиль, потому что был тот, кто поможет им разобраться.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: