ГЛАВА 2: СТРАШНАЯ ПРАВДА
Такой брезгливости Ирина не испытывала еще никогда. Аккуратно, двумя пальцами схватив лежащую в ржавой мыльнице губку, она кинула ее в раковину и только после того, как вылила на нее изрядное количество вонючей мыльной жидкости и воды, смогла взять губку в руки. «Фу, ну и гадость!» — воскликнула она.
С большим трудом Ирина перемыла всю посуду, но когда Валентина Петровна увидела, сколько жидкости израсходовала внучка, покраснела от ярости.
«Ты думаешь, я миллионерша?» — кричала пожилая женщина. «Если так мыть, то и на месяц не хватит, а у меня пенсия, знаешь, какая? Лучше тебе не знать, а то дурно станет».
Потупив взор, Ирина выслушала тираду разъяренной старухи, которая продолжалась больше часа. Валентина Петровна все никак не могла успокоиться.
Начало тут:
«Избаловал тебя батя!» — голосила она. «Избаловал! Где же это видно, чтобы такая взрослая девка была такой безрукой? Вся в мать пошла! Вся в мать!»
На этой фразе женщина осеклась. А Ирина схватила ее за руку и, глядя прямо в глаза, спросила:
«Что вы сказали? Какая еще мать?»
Валентина Петровна попыталась выдернуть руку, но не смогла. Старая и слабая стала. Ирина оказалась сильнее бабки. Впервые за долгие годы она услышала что-то внятное про мать, которую никогда не знала. Отец всегда уклончиво отвечал дочери на вопросы, явно что-то скрывал. Но копать глубоко Ирина не решалась. Девушка совсем не хотела ругаться с отцом, от которого зависела целиком и полностью.
Но раз уж пошел такой разговор, а отношения с Константином Игоревичем все равно разладились, то почему бы не узнать правду? И эта старая корга ей в этом поможет, пусть только попробует соврать.
«Так что вы сказали?» — повторила вопрос Ирина. «Продолжайте, я вас внимательно слушаю».
Девушка настолько сильно сжала руку старушки, что та аж взвизгнула.
«Сломаешь, дура!» — воскликнула Валентина Петровна. — «Отпусти сейчас же!»
Но Ирина даже не подумала выполнить просьбу женщины, продолжив сжимать ее руку. Только спустя несколько минут, когда Валентина Петровна совершенно обессилела, девушка ослабила хватку.
«Ладно, твоя взяла», — сказала старуха. — «Расскажу тебе все как есть. Раз уж так судьба распорядилась, что отец тебя сюда приволок, а я с дуру проговорилась, значит так тому и быть. Узнаешь правду, узнаешь, только потом смотри, не пожалей об этом».
«Не пожалею», — ответила Ирина. — «Не переживайте».
«Дочь моя глупая вся в отца пошла», — грустно вздохнув, сказала Валентина Петровна. «Ох, знала бы, что она такая вырастет, гоняла бы ее, как сидорову козу. Но откуда ж мне было знать? А жизнь ей все на блюдечке с голубой каемочкой подавала. И мужика хорошего городского подцепила, и дочь родила, а нет... Все не то ей было. Поганые гены дали о себе знать. Начала к бутылке прикладываться да шляться где попало».
«Вот, отец твой и не выдержал. Я с ним согласна. Ну а в чем он не прав? Зачем тебе такая мать? Чему она могла бы тебя научить? Только дурной пример подала бы. А ты без него ни подарком выросла. Видимо, и по тебе проклятые гены ударили, и тебя, дуру, стороной не обошли, зацепили такие, хоть и старался отец отгородить тебя от всего этого. Но, как говорится, сколько волка ни корми, он все равно в лес смотрит. Так оно и есть, и вы с мамашей твоей непутевой, наглядный тому пример».
Ирина слушала Валентину Петровну и недоумевала. В голове девушки не укладывалось то, что отец мог так поступить с матерью. Еще и столько лет ей врал, прикидываясь хорошеньким. Да как он вообще смеет учить ее жизни после всего?
«Ты, девонька, отца своего не суди», — сказала Валентина Петровна. «Мать твоя — человек совершенно невыносимый, и как она только такой несносной получилась, сама не понимаю. Я воспитывала ее нормальным человеком, уму-разуму учила, да, видимо, так и не научила».
«Неудивительно», — подумала про себя Ирина, представив, в каких условиях жила с этой женщиной ее бедная мать. Как она вообще все это терпела? Любая другая на ее месте давно бы сбежала от такой матери. Это же просто уму непостижимо.
Вот Светлана в свое время и сбежала. Польстилась на городского франта, с которым познакомилась совершенно случайно, когда ездила в город по делам. Девка она была статная и видная, Константин Игоревич сразу же польстился на ее красоту. Какой же парень устоит, вот и он не устоял. Молодой тогда был да глупый, но деньги уже водились, а Светлане только то и нужно было.
Хотела девка от матери сбежать, и ей это удалось, только семейная жизнь совсем не медом оказалась. Целиком и полностью мужчина был сосредоточен на своей карьере, делал все для того, чтобы подняться, жены же постоянно требовал за домом следить да супружеские обязанности выполнять. Не на это рассчитывала Светлана, связавшись с городским парнем.
Наивная была, верила в то, что сможет какую-никакую работу найти да карьеру построить, но все оказалось совсем не так, как она себе представляла. Беременность не была для женщины неожиданностью, рано или поздно это все равно бы случилось. Только вот стать матерью она была совершенно не готова. Сразу же после родов свалилась в депрессию, а когда доченьке исполнился год, пошла в разнос.
Как ни пытался Константин Игоревич привести жену в чувство, все было бесполезно. Надоело ему это. «Забирайте свою дочь обратно в свое село», — сказал он Валентине Петровне. «Пусть там пьет и гуляет. Мне это все надоело. У меня на руках ребенок маленький, а я по кабакам бегаю, Светку разыскиваю».
Только и матери Светлана была абсолютно не нужна. Наглая и безрукая девка для ее образа жизни — настоящее наказание. Приняла, пустила дочь в дом. Что ей оставалось делать? Родная мать все-таки, а какая мать свое дитя бросит?
Но Светлана надолго в родительском доме не задержалась, с мужиками в селе сошлась. Сначала с одним, потом с другим. Надоело это все и Валентине Петровне. Ох, как же она хорошо понимала Константина Игоревича. К последнему своему хахалю Вовке жить переехала, на том Валентина Петровна и успокоилась.
«Пусть живут», — сказала она. «Нравится им вместе в грязи валяться, пусть валяются, не будем им мешать».
С Константином Игоревичем договорились, что Ирине про мать ни слова не скажут. «Когда вырастет, спросит», — задумчиво сказала женщина.
«Скажу, что она нас бросила и свою жизнь устроила», — ответил мужчина. «Не нужна ребенку такая мать, тем более девочке. Какой пример она сможет подать Иринке? Чему она ее научит? Пить да по мужикам шляться? Этого я допустить не могу».
Продолжать слушать рассказ бабки Ирина не захотела. Девушке было противно от всего этого. Конечно, она догадывалась о том, что с ее матерью связана какая-то тайна, но даже предположить не могла, что все окажется так.
«А где сейчас моя мать?» — спросила Ирина. «Я хочу ее увидеть и поговорить с ней, и вы не вправе запретить мне это сделать».
«И правда, чего...» — подумала про себя Валентина Петровна. Пускай сама решает, как ей быть дальше, раз уж обстоятельства сложились подобным образом. Может быть, найдут общий язык, кто их знает.
«Вовкин дом на самой окраине стоит», — сказала женщина. «Последний возле колодца. Я могу проводить».
«Спасибо, не надо», — ответила Ирина. «Я сама найду».
«Воды натаскай», — попросила Валентина Петровна. Тон женщины не стал мягче, но ее слова прозвучали именно как просьба, а не приказ.
«Хорошо, так и быть», — ответила Ирина. «Черт бы с ней, с этой старой коргой!» — пронеслось у нее в голове.
Притащив пять ведер воды, Ирина отправилась обратно к колодцу. Несколько раз постучав в дверь небольшого деревенского дома, девушка начала кричать.
«Эй, хозяева, есть кто-нибудь?» — громко сказала она, подойдя к окну.
«Вот разорались-то!» — послышался недовольный мужской голос. «Сейчас открою! Принесла же тебя нелегкая».
Дверь Ирине открыл заспанный опухший мужик. Весь его вид кричал о том, что он уже несколько дней не выходил из запоя. Сам он был недовольным и очень злым.
«Тебе чего надо?» — спросил незнакомец, даже не поздоровавшись.
«Мне бы Светлану увидеть», — ответила Ирина, которая не собиралась церемониться с убогим алкашом.
«Светлану ей бы увидеть», — язвительно пробормотал он. «А ты вообще кто такая будешь? Чего это вдруг тебе понадобилось Светлану увидеть?»
«Я ее дочь», — ответила Ирина.
И в этот самый момент увидела в сенях женщину, которая еле переставляла ноги. Она была такая же опухшая, как и ее сожитель. Ирина никогда не видела свою мать, но сразу же поняла, что это она.
«Кого там принесла нелегкая?» — недовольно спросила женщина. «А разорались-то как? Вся округа на уши сейчас встанет. Могли бы и потише базарить».
«Батюшки мои!» — подумала про себя Ирина. «Это же надо так опуститься!»
Девушка была шокирована. Даже в самом страшном сне ей бы не могла привидеться такая мать. Но, к сожалению, это была жестокая реальность, от которой Ирине было некуда деться.
Сможет ли Ирина найти общий язык с матерью-алкоголичкой? И что произойдет, когда отец узнает о том, что его тайна раскрылась? Встреча с матерью станет для девушки спасением или окончательно разрушит ее жизнь?
Продолжение следует... Самые неожиданные повороты впереди!