Цикл "Байки из кладовой"
Лиса подняла свечу, потрогала пальцем шершавую неровную поверхность и позвала тихо:
- Эй, вы где там? Почему спрятались?
Ответа не последовало.
Только снаружи простонал навзрыд грубый нутряной бас. Почти сразу же он сменился глуховатым протяжным: уфф... уффф..уфффкк... А потом снова взлетел до разъярённого рыка.
Лисе никогда раньше не приходилось слышать ничего подобного! Волоски на коже поднялись дыбом, по лопаткам будто проскребли наждаком.
Рев повторился. Бряцнуло стекло на окне. Дрогнули половицы. Кто-то тяжёлый вплотную подошёл к избушке, шумно вздохнул, заворчал, а потом с размаху ударил по двери, проехался когтями по хлипковатым доскам.
Этот кто-то был гораздо мощнее и страшнее и лешего, и лешачихи. И женщины с медвежьим лицом тоже. На него не действовала обережная трава. Ему не нужно было приглашение, чтобы войти. Не переставая терзать дверь, он разражался то ворчанием, то взрыками и не собирался отступать от поставленной цели.
От следующего толчка подогнулись колени, и Лиса неловко плюхнулась на пол. Доски дрогнули и с треском разъехались. В образовавшуюся щель просунулись длинные загнутые когти.
Рванули, сокрушили, смяли.
Не выдержав напора, дверь разлетелась на щепки.
Ворвавшийся внутрь резкий запах прогорклого застарелого пота заставил Лису зажать рот, чтобы не стошнило.
Словно со стороны, смотрела она на косматую широкую морду, занявшую весь проём, и не могла шевельнуться.
Это был медведь. Монстр из первобытного мира. Подобного ему гиганта Лиса видела только на картинке в доисторическом атласе. А теперь он появился здесь - в заброшенной избушке лесника.
- По...мо...ги...те... - Лиса едва смогла выдавить из себя тихий звук и захрипела. На грудь будто положили плиту - ни вздохнуть, ни выдохнуть не получалось.
Крошечные, налитые злобой глаза сразу же уставились на неё.
Медведь взревел, крутанул башкой, разбрызгивая по половицам слюну. Мощная туша напряглась, рванулась вперед, и доски застонали, поддались, пропуская чудовище внутрь.
Лиса забарахталась беспомощно, попыталась отползти в печи, но оцепеневшее от шока тело подвело. Она была сейчас словно тряпичная кукла, которой кто-то поигрался и бросил.
- ... бабья доля... прощай воля... черным клином белый свет... бабья доля... прощай воля... хуже не было и нет...
Знакомый голос пропел снаружи, словно подводя итог ее несчастливой судьбе. И засмеялась, противно взвизгивая, маленькая девочка-медведица.
- Прощай воля... прощай... - голос поющей сделался тише, черная пелена заволокла глаза, скрыв от Лисы прыгнувшую вперёд тушу.
Лиса лишь почувствовала рывок, и болезненный удар об угол печки. Потом что-то оглушительно бахнуло, и она стала падать.
Наверху топало и ревело, когти скребли по доскам, и на голову сыпалась труха и кусочки щепы. Почти ничего не соображающая Лиса сидела на ворохе сгнившей соломы, крепко зажав в пальцах свечу и спичечный коробок. Кто-то - не шишиморка ли с жихонькой? - успел сунуть их ей в руки перед тем, как отправить в подпол. И теперь пришлёпывал рядом. Суетился, подталкивал, почему-то оставаясь невидимым.
- Ч-что? Ч-что вам нужно? - прошептала Лиса, облизав растрескавшиеся губы.
В ответ её снова подтолкнули. А потом боднули под руку, держащую спичечный коробок.
- Вы... х-хотите, чтобы я зажгла с-спичку? - зубы Лисы отстукивали дробь. - Ч-чтобы огонь его отпуг-гнул?
Это показалось неплохой идеей. И Лиса решила собрать большой костер - поджечь рассыпанную вокруг солому, даже не подумав, что сама погибнет в пламени.
Невидимка больно ущипнул руку со свечкой, и Лиса уставилась на неё словно видела в первый раз.
- Н-нужно поджечь с-свечу?
Мощный удар сотряс доски, в отверстие от выломанного куска половицы посунулся коготь, а потом и вся широченная лапа!
Еще немного - и медведь сможет попасть сюда! Он уже почти добрался до неё!
Эта мысль немного встряхнула Лису. Она вытащила спичку, чиркнула о коробок одну, вторую, третью... Тонкие палочки переламывались так и не вспыхнув. И всё-таки Лиса смогла справиться с ними и зажгла свечу.
Она уже собиралась бросить спичку на солому, но кто-то опередил, дунул сбоку, погасив огонек.
Запахло медом и травами. От свечи поднималось ровное пламя, как будто бы горел маленький факел.
А цепкие лапки снова схватили Лису, развернули к стене, подтолкнули поближе, и она увидела как тень от пламени удлинилась, вытянулась узкой лентой, поползла...
«Постень выведеть» - внезапно вспомнился Лисе недавний разговор шишиморки с жихонькой.
«За хвост его крепче ухватить! Он и перенесеть!»
За хвост? Где у этой ленты может быть хвост? И как за него схватиться??
Постень изогнулся, свернулся кольцом и снова растянулся во всю стену.
А сверху с неистовым ревом все пыталась прорваться в подпол медвежья туша. Огромные клыки клацнули над головой у Лисы, и она заорала, ткнулась пальцами в стену, ощутила что-то тонкое и крепкое, схватилась за него изо всех сил.
Кто-то задул свечу. Повалил дым, дохнуло жаром. Лису опять подтолкнули, и она бросила что-то... Кажется, потухшую свечу?
Послышался вой...
Лису резко рвануло куда-то. И почтит сразу что-то мягкое навалилось со всех сторон, сдавило, не позволяя шевельнуться...
...Солнечный свет ярким озерцом расплылся по полу, из-за двери раздавались голоса и приглушенный смех.
Лиса барахталась в пушистой бабкиной перине как в люльке, еще не понимая - где находится.
Один из голосов показался таким знакомым, таким родным, и она выкрикнула в отчаянной надежде:
- Ма? Мама! Мамочка!!
И сразу же замерла, свернувшись калачиком, - будто бы спряталась в домик, отгородилась от страшной реальности. И так, сжавшись, ждала - кто ей ответит.
Пойти посмотреть было боязно. Лиса боялась ошибиться, боялась, что это всего лишь еще один морок, обманка, которую наслали те, другие.
Голоса стихли. Скрипнула дверь.
- Проснулась, соня? - мама подошла неслышно, нежно взлохматила волосы Лисы и вздохнула счастливо. - Хорошо спится в деревне. Здесь вообще - хорошо!
- Мам... это... ты?... Мам!! - Лиса вырвалась из плена перины, обхватила мать, уткнулась в пушистый свитер и замерла, боясь спугнуть этот счастливый миг.
Неужели... неужели она дома?! Неужели, у неё получилось вырваться?!
- Ты чего такая, Лисенок? - мать озабоченно пощупала лоб Лисы - Не заболела?
- Не, мам! Всё хоро... - с наигранной бодростью начала Лиса и осеклась, зацепившись взглядом за картину. - Ч-что это? Откуда взялось??
- Картина. За ночь написала, представляешь? Ты дрыхла, а я работала. Такое вдохновение снизошло после быличек баб Симы, что не могла остановиться, пока не завершу. Словно моей рукой кто-то водил! - мать подошла и поправила чуть покосившийся на сторону подрамник с холстом. - Не идеально, конечно, но общий посыл удался. Правда же, впечатляет? Эта женщина такая харизматичная! Словно живая!
- Словно живая... - повторила Лиса, вглядываясь в стоявшую в пол-оборота фигуру. На женщине с медвежьим лицом были тоже платье и тот же платок, что и тогда, в том доме. И коса была точно такая же. И лицо. Словно мать рисовала ее не по рассказу, а с натуры!
- А вторая? - непроизвольно вырвалось у Лисы. - Там же еще девчонка... была...
- Про девчонку впервые слышу... - приподняла брови мать и улыбнулась. - Без меня с баб Симой что-то обсуждали? Или просто приснилось?
- Приснилось... наверное...
- Кошмар? - понимающе кивнула мать. - Немудрено после всех страшилок. Ты пошепчи как бабушка давно научила, и все забудется.
- Куда ночь, туда и сон... куда ночь, туда и сон... куда ночь, туда и сон... - послушно пробормотала Лиса, зажмурившись. А когда открыла глаза - встретилась взглядом с медвеженщиной с картины. И на секунду показалось, что та тоже смежила веки, словно подмигнула ей.
- Планирую еще медведя написать. Этакий мощный образчик хозяина леса. Повелителя над всем зверьем. И лешего с лешихой до кучи. Так захотелось вдохнуть жизнь в услышанные былички. Думаю, может получиться интересный сюжетный цикл!
- Зачем? Не надо! - Лиса вскочила с кровати, и об пол что-то глухо стукнуло.
- Свеча? Откуда? - мать подхватила небольшой желтоватый кусок с темными крапушками травы внутри, понюхала оплавленный почерневший карай. - Будто полынь? И немножко душицы? Откуда это у тебя?
Лиса смотрела на остатки от свечи и вспоминала, как та полыхнула ярким маленьким факелом, как приятно запахло медом и травой. Как кто-то невидимый задул пламя и, когда повалил густой едкий дым, подтолкнул Лису под руку, побуждая бросить свечу в разверзшуюся над головой пасть...
Это всё... было? Правда - было??
И поход за малиной. И преображение девчонок. И дом женщины с медвежьим лицом, и противная Буянка. И лешак с лешачихой. И жуткий монстр-медведь...
Лиса посмотрела на руку и вздрогнула, заметив, как истрепался её любимый плетеный браслетик. Он сейчас в точности походил на тот, который удалось забрать у лешачихи.
- Так откуда свеча? - снова спросила мама. - Что, баба Сима такие катает? Нужно будет непременно купить несколько домой.
- Что ты собралась у меня купить? - в дверь заглянула бабка и улыбнулась Лисе. - Проснулась, спящая красавица! Там до тебя девчата пришли. Наши деревенские свиристелки Валька с Галькой. И Нинка с Наташкой с ними. За малиной тебя зовут. В лес.
- Какая малина в августе? - удивилась мама.
- Поздняя бывает. Нынешний год на малину дюже урожайный. Так что передать-то девчонкам? - бабка внимательно оглядела Лису. - Ты прямо с лица спавшая. Бесцветная прямо! Все от долгого сна! Или... привиделось чего нехорошее? На новом месте сны-вещуны бывают. На-ка вот безделицу, чтобы не сбылось.
Баба Сима протянула Лисе самодельную куклу-тряпицу с узелком вместо головы и чуть похрустывающим тельцем. Лиса немедленно прижала подарок к лицу, глубоко вдохнула знакомый, такой успокаивающий аромат.
- Там мята набита. И зверобоя немного. Несколько колючек чертогона. Чернобыльника щепоть. Все для хорошего настроения. - бабка подмигнула Лисе. - Так что с малиной-то? Пойдёшь или как?
- Я лучше вашей каши поем! - попыталась улыбнуться Лиса. Ей не хотелось ни видеть девчонок, ни разговаривать с ними, ни, тем более, куда-то вместе идти.
- То правильно! - одобрила бабка. - Моя каша особенная. Овсяное толокно на сливочках. Съешь ее - и все напасти позабудешь! А в лес еще успеется. Захочешь если - сама тебя свожу на знакомство. Ягоды не обещаю. Малинник не близко-то. А грибов наберем, засушим. Моя домовушка очень грибы уважает.
- Обязательно нарисую вашу домовушку! - рассмеялась мама. - Может, попозирует мне? Она у вас не дикарка? Хоть иногда показывается людям?
- А ты у дочи спроси. Алиса расскажет, - баба Сима подмигнула Лисе и заторопила. - К столу, к столу, девчата! Каша совсем остынет. И чай перестоится. Он у меня крепкий, вкусный. Со смородиновым листом.
- У вас все вкусное. Только очень калорийное. - похвалила мама и поманила Лису за собой. - Лисенок, не тормози. Пошли завтракать.
- Так на пользу, на пользу вкусное-то! Чтобы жизнь в радость была! Деревенские калории не считают.
Алиса погладила куколку, расправила складочки на небрежно скученной тряпице и, решившись, позвала шепотом: «Мята! Ты... здесь?»
Никто не отозвался, конечно. Лишь повеяло душистым ветерком. И на короткий миг ладошку Лисы будто сжали тоненькие прохладные пальцы.
- Алиска! Да идешь? - позвала из комнаты баба Сима. - Толокно уж совсем остыло! Может, подогреть?
- Мне и холодная сойдёт! - с улыбкой отозвалась Лиса и пошла есть свою кашу.
Конец