Кинолента «Весна» была создана на основе музыкального спектакля «Звезда экрана», который с большим успехом шёл на сцене Московского мюзик-холла. Авторами сценария стали режиссёр Григорий Александров совместно с Морисом Слободским и Александром Раскиным. Работа над ним завершилась 20 июня 1941 года — буквально за два дня до начала войны.
Однако до выхода фильма на экраны прошло почти шесть лет, и за это время сценарий подвергался неоднократным изменениям. Особенно это касалось профессии Ирины Никитиной — одной из двух героинь, роль которых исполнила Любовь Орлова. Сначала Никитина в проекте была физиологом, изучающим условные рефлексы, затем её превратили в физика, специалиста по взрывчатым веществам, а позднее — в исследователя, работающего над получением солнечной энергии. Всего за время правок персонаж успел сменить профессию восемь раз.
По задумке авторов, вторая главная героиня — артистка оперетты Вера Шатрова (её также сыграла Любовь Орлова) — готовится к своему дебюту в кино. Ей предстоит исполнить роль учёной Ирины Никитиной в биографической картине, и выбор объясняется удивительным сходством: девушки похожи друг на друга словно двойняшки.
Разумеется, эта внешняя идентичность приводит к череде курьёзов — героини то и дело попадают в забавные, а порой и неловкие ситуации. Но в финале истории каждая из них обретает своё счастье и любовь.
Сами персонажи описывают всё произошедшее как символическое «пробуждение весны в душе человека». Даже суровый режиссёр Громов (роль которого исполнил Николай Черкасов) постепенно осознаёт, что его первоначальный замысел фильма о Никитиной был чересчур сухим и схематичным. Он приходит к выводу: на актёров, как и на людей вообще, нельзя смотреть свысока. Под влиянием событий меняется и сама Никитина — строгая и надменная учёная постепенно проникается общей атмосферой тепла и обновления.
К слову, образ Никитиной был списан с доктора химических наук Зинаиды Ершовой, которая являлась одним из лучших специалистов в сфере атомной промышленности.
Фильм «Весна» создавался в тяжёлое для страны время. Москва всё ещё хранила следы недавних бедствий: стояли почерневшие от пожаров дома, разрушенные вокзалы, а карточная система снабжения продолжала действовать.
Киностудия «Мосфильм» тогда ещё не была восстановлена, поэтому съёмочную группу вынужденно отправили в Прагу, где и проходила основная работа над картиной. А некоторые съемки и вовсе проводились в декорациях немецкого музыкального фильма «Девушка моей мечты».
Несмотря на общий настрой радости и обновления, мир, показанный Александровым в «Весне», хранит в себе отпечатки своего времени. Даже научные эксперименты героини Ирины Никитиной можно трактовать по-разному: с одной стороны, они кажутся фантастикой, с другой — отражают реальные научные устремления послевоенной эпохи. Не случайно её работа с солнечной энергией воспринималась как своеобразный ответ Советского Союза на американские испытания атомного оружия.
Любопытная деталь связана с образом режиссёра Громова. Николай Черкасов долго отказывался от участия в картине и согласился лишь благодаря настойчивым уговорам Любови Орловой. А когда взялся за роль, то сделал её с лёгкой пародийной интонацией: прототипом Громова во многом стал его коллега Сергей Эйзенштейн.
Не менее ярко запомнилась и героиня Фаины Раневской — экономка Маргарита Львовна, работающая у Никитиной. Даже во второстепенной роли актриса сумела создать образ, который невозможно забыть. Именно героиня Фаины Раневской, Маргарита Львовна, подарила зрителям множество фраз, которые разошлись на цитаты. Самая известная из них — «Красота — это страшная сила!». Но не только она: в фильме звучат и другие ставшие крылатыми выражения. Так, завхоз Института Солнца Бубенцов в исполнении Ростислава Плятта иронично заявляет: «Где бы ни работать, только бы не работать!» или шутливо напоминает о школьной истине: «Пифагоровы штаны на все стороны равны».
Ещё одной «королевой эпизода» в фильме стала Рина Зелёная. Изначально Александров не планировал привлекать её к съёмкам — в сценарии просто не находилось подходящей женской роли. Но актриса настолько хотела поучаствовать, что уговорила режиссёра доверить ей мужской образ — гримёра, причём изначально немого.
И всё же даже в короткой сцене Зелёная сумела добавить яркости и иронии. Её реплики «Губы такие уже не носят!» и «Сексапил номер четыре» давно разошлись на цитаты и по сей день вызывают улыбку у зрителей.
Григорий Александров в «Весне» активно использовал художественные приёмы, вдохновлённые Голливудом. И это было закономерно: действие картины разворачивается на киностудии, превращённой в своеобразную «фабрику грёз». Учёная Никитина попадает в иллюзорный мир, где царит вечная весна и где возможно всё. Герои появляются сквозь полупрозрачные занавеси, встречаются среди искусственных декораций — и за этими приёмами скрывается не только история о съёмках фильма, но и размышление о самой природе киноискусства.
«Весна» вошла в историю ещё и как один из первых советских фильмов, где активно применялись спецэффекты. По сюжету профессору Никитиной предстояло встретиться со своей точной копией, и перед операторами встала задача «раздвоить» Любовь Орлову в одном кадре — приём, с которым советское кино ещё не сталкивалось.
Сначала пробовали разные варианты. Использование зеркал сразу исключили: слишком очевидно, что отражение не может отличаться от оригинала. Эксперименты с проекционными экранами также не оправдали надежд — зрителю становилось ясно, что актриса играет рядом со своим изображением.
В итоге нашли изящное решение. Камеру частично перекрывали заслонкой: на свободной половине Орлова и Николай Черкасов разыгрывали сцену. Затем плёнку отматывали, заслонку переставляли на другую сторону, а Орлова, уже в другом костюме и гриме, снималась рядом с Михаилом Сидоркиным. Так в одном кадре появлялись две разные героини без склеек, сложного монтажа и дополнительных трюков.
Отдельной вехой стала и премьера картины. В 1947 году «Весна» участвовала в основном конкурсе Венецианского кинофестиваля. Фильм был отмечен Международной премией за оригинальность сюжета и режиссёрскую работу. Любопытная деталь: именно в его заставке впервые появился легендарный логотип «Мосфильма» со скульптурной композицией «Рабочий и колхозница».
В послевоенные годы кинематографу отводилась особая роль, и для главной советской киностудии решили создать узнаваемый символ. Была собрана комиссия из представителей искусства, в числе которых оказалась и скульптор Вера Мухина. Именно её знаменитая композиция «Рабочий и колхозница», уже хорошо известная не только в СССР, но и за его пределами, получила наибольшее количество голосов и стала эмблемой «Мосфильма».
Тогда снимали настоящую скульптуру в натуральную величину. Позже Мухина изготовила уменьшенную гипсовую модель, которую можно было снимать в павильоне — это было значительно удобнее. Сегодня же эмблема создаётся средствами компьютерной графики, а та самая миниатюрная копия бережно хранится в музее «Мосфильма» как историческая реликвия.
Также смотрите: