Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Бытовые Байки

Извините, я случайно вызвал дух Пушкина

📘 Канал "Бытовые Байки" представляет: Что делать, если перед дедлайном вы случайно вызвали дух великого русского поэта, а он решил превратить ваш квартальный отчет в стихотворение? И это только начало литературного хаоса в офисе... Валерий Михайлович Скрепкин сидел в пустом офисе и смотрел на экран компьютера так, будто тот лично украл у него всю творческую энергию. Половина двенадцатого ночи. До сдачи квартального отчета – несколько часов. В документе – одно жалкое предложение: "Анализ показателей за третий квартал показывает показатели". Гениально. Просто чертовски гениально. — Ну что ж ты, голова садовая, — пробормотал он, потирая виски. — Пять лет в маркетинге, а пишешь, как первоклассник после лоботомии. Валерий встал и начал бродить между рядами пустых столов. Его коллеги давно разошлись по домам к женам, детям и котам. А он остался наедине с дедлайном, который приближался со скоростью товарняка. В углу офиса, на полке с забытыми папками и засохшим кактусом, лежала старая книга.
Оглавление
Извините, я случайно вызвал дух Пушкина - Рассказ
Извините, я случайно вызвал дух Пушкина - Рассказ

📘 Канал "Бытовые Байки" представляет: Что делать, если перед дедлайном вы случайно вызвали дух великого русского поэта, а он решил превратить ваш квартальный отчет в стихотворение? И это только начало литературного хаоса в офисе...

Неудачный призыв

Валерий Михайлович Скрепкин сидел в пустом офисе и смотрел на экран компьютера так, будто тот лично украл у него всю творческую энергию. Половина двенадцатого ночи. До сдачи квартального отчета – несколько часов. В документе – одно жалкое предложение: "Анализ показателей за третий квартал показывает показатели".

Гениально. Просто чертовски гениально.

— Ну что ж ты, голова садовая, — пробормотал он, потирая виски. — Пять лет в маркетинге, а пишешь, как первоклассник после лоботомии.

Валерий встал и начал бродить между рядами пустых столов. Его коллеги давно разошлись по домам к женам, детям и котам. А он остался наедине с дедлайном, который приближался со скоростью товарняка.

В углу офиса, на полке с забытыми папками и засохшим кактусом, лежала старая книга. Кто-то из сотрудников принес ее еще в прошлом году и забыл. "Практические заклинания для повседневной жизни" – гласила потертая обложка.

— Ага, — хмыкнул Валерий. — Вот чего мне не хватало. Магии.

Он взял книгу, больше от безысходности, чем от веры в чудеса. Полистал страницы, покрытые странными символами и латинскими фразами. На одной из страниц его взгляд зацепился за заголовок: "Призыв духа для творческого вдохновения".

— Ну что, попробуем, — проговорил он вслух. — Хуже все равно не будет.

Валерий зажег настольную лампу, поставил ее посреди стола и начал бормотать непонятные слова из книги. Чувствовал себя полным идиотом, но продолжал. А что еще оставалось?

Внезапно лампа замигала. Потом погасла совсем. А через секунду в офисе появился... мужчина.

Не возник, не материализовался – именно появился, как будто всегда здесь стоял. Среднего роста, в темном сюртуке, с кудрявыми волосами и живыми карими глазами. Он огляделся вокруг с явным недоумением.

— Черт возьми, — произнес незнакомец голосом, который показался Валерию смутно знакомым. — А где же моя Михайловская? И что это за адские машины?

Валерий разинул рот. Потом закрыл. Потом снова открыл.

— Вы... вы кто?

— Александр Сергеевич Пушкин, — ответил тот с легким поклоном. — А вы, судя по всему, тот самый отчаянный смертный, который дерзнул потревожить мой покой. Хотя должен признать – заклинание произнесено весьма коряво.

Валерий сел в кресло. Тяжело.

— Это розыгрыш, да? Кто-то из коллег подослал актера?

— Милый мой, — Пушкин подошел к окну и взглянул на ночной город. — Если бы я был актером, то уж точно не согласился бы играть самого себя. Кстати, что это за светящиеся кареты носятся внизу без лошадей?

— Машины, — пробормотал Валерий. — Автомобили.

— А-а-а, — протянул поэт. — Значит, прогресс все-таки дошел до того, о чем мечтали. И в каком же мы году?

— В две тысячи двадцать пятом.

— Батюшки! — Александр Сергеевич присвистнул. — Да я уже двести лет как покойник! Ну и дела. А вы меня зачем призвали? Небось, стихи сочинять не умеете?

Валерий указал на экран компьютера:

— Отчет написать не могу. До утра нужно сдать, а в голове – пустота.

Пушкин подошел к монитору и прищурился:

— И что же это за диковинный свиток? А, понятно – что-то вроде печатного станка. Ну что ж, коли уж я здесь, так помогу. Не пропадать же таланту! Хотя... — он покосился на единственное предложение в документе, — с талантом у вас, батенька, туговато.

Литературный хаос

Пушкин взялся за дело с энтузиазмом человека, который двести лет не держал в руках перо. Правда, вместо пера пришлось осваивать клавиатуру, что поначалу вызвало у классика легкое недоумение.

— Удивительная штука, — бормотал он, тыча пальцами по клавишам. — Пишешь, а чернила не кончаются.

Через полчаса экран преобразился:

"В те дни, когда осенний квартал,
Своими цифрами сиял,
Наш отдел маркетинга трудился,
И план продаж осуществился..."

— Александр Сергеевич, — деликатно прервал Валерий. — Это замечательно, но отчет должен быть в прозе. И без рифм.

— Без рифм? — поэт выглядел оскорбленным. — Да как же так? Любая мысль без рифмы – что балет без музыки!

В этот момент в офисе появилась еще одна фигура. Высокий, бородатый мужчина в просторной рубахе.

— Лев Николаевич! — обрадовался Пушкин. — А я уж думал, скучно мне одному будет.

— Толстой, — представился новоприбывший Валерию. — Что же вы, молодой человек, такую кутерьму устроили? Я как раз размышлял о смысле бытия, а тут – раз, и в каком-то учреждении.

— Помогаем отчет писать, — пояснил Александр Сергеевич.

Толстой взглянул на экран и покачал головой:

— Нет, нет, это все неправильно. Нельзя о цифрах писать, не раскрыв душевных переживаний сотрудников. Вот смотрите...

Он сел за клавиатуру и начал печатать:

"Менеджер Иванов проснулся тем утром с тяжелым чувством. Ему предстояло продавать товар, в полезности которого он не был до конца уверен. Но разве не все мы продаем что-то, в чем сомневаемся? Разве сама жизнь не есть торговля иллюзиями?.."

— Лев Николаевич, — взмолился Валерий. — У меня квартальный отчет, а не роман!

Но было поздно. В офисе материализовался еще один гость – невысокий мужчина с умными глазами и короткой бородкой.

— Антон Павлович Чехов, — представился он. — Что-то я не сразу понял, куда попал. Здесь все такое... стерильное.

— Помогаем молодому человеку отчет составить, — пояснил Пушкин.

Чехов прочитал то, что написал Толстой, и тихо рассмеялся:

— Лев Николаевич, вы опять за свое. А ведь все гораздо проще.

Он взял клавиатуру и напечатал:

"В третьем квартале случилось то, что и должно было случиться в третьем квартале. Цифры выросли ровно настолько, чтобы начальство не волновалось, но и не слишком радовалось. Сотрудники работали с тем особенным усердием, которое появляется только перед премией..."

— Господа, — простонал Валерий. — У меня через два часа презентация перед директором! Ему нужны конкретные показатели, анализ, выводы!

— А-а-а, — протянул Пушкин. — Так вы про скучные цифири! Ну что ж, попробуем.

Следующий час превратился в сущий кошмар. Пушкин настаивал на том, что любая таблица должна рифмоваться. Толстой требовал указать в отчете, счастливы ли клиенты, покупая продукцию компании. Чехов предлагал описать все в виде короткого анекдота про трех менеджеров.

— Может, позовем еще кого-нибудь? — предложил Александр Сергеевич. — Державина, например. Он оды писал – как раз для начальства.

— Нет! — закричал Валерий. — Хватит! Все, я сам напишу!

Он сел за компьютер и начал бешено печатать обычный, скучный, но правильный отчет про показатели продаж, конверсию и прогнозы на следующий квартал.

Писатели стояли за спиной и комментировали:

— Как сухо, — вздыхал Пушкин.

— Без души, — качал головой Толстой.

— Зато честно, — заметил Чехов.

К пяти утра отчет был готов. Обычный, правильный, полный цифр и графиков отчет, которого ждал директор.

— Ну что ж, — сказал Пушкин. — Пора нам и честь знать. Спасибо за приключение, молодой человек. Давненько я так не веселился.

— И мне пора, — добавил Толстой. — У меня там незаконченная мысль о смысле жизни висит.

— До свидания, — кивнул Чехов. — И помните: в любом отчете должно быть немного человечности. Хотя бы чуть-чуть.

Классики растворились в воздухе так же внезапно, как и появились.

Валерий остался один с готовым отчетом. Он перечитал его еще раз, потом взглянул на старую книгу заклинаний и усмехнулся.

В восемь утра он вошел в кабинет директора с папкой в руках и твердой уверенностью, что это была самая странная ночь в его жизни.

— Скрепкин, — сказал директор, пролистав отчет. — Отличная работа. Особенно понравился раздел про душевные переживания клиентов. Очень необычно для квартального отчета.

Валерий вздрогнул и заглянул в папку. На последней странице, которую он точно не писал, стояло:

"P.S. Помните, что за любой цифрой стоит человек. А любой человек достоин истории. Даже если эта история – всего лишь покупка в магазине.
С уважением и признательностью,
А.П. Чехов"

🏠Иногда самая лучшая помощь приходит оттуда, откуда совсем не ждешь. Даже если для этого приходится нарушать границы между мирами.

Если история понравилась — лайк и подписка станут лучшей наградой! Ну а если хочется подкинуть пару монеток на новые рассказы (кнопка поддержки внизу справа) — автор будет благодарен как дракон, получивший золотую монетку в свою коллекцию! 😉

Еще интересное

Баба-Яга устроилась консьержкой: что изменилось в нашем подъезде за месяц

Эффект Анжелики

В Телеграм короткие истории, которые не публикуются в Дзен. Присоединяйтесь.