Сегодня опять пишу, потому что внутренний голос повелевает мне сказать то, что слышу. Пишу потому, что не могу не писать. Писательство - это для меня физиологическая потребность. Писательство - это моя жизнь. Скажу вам правду, дорогой читатель, я всегда равнодушна к тому, что обо мне думают и пишут. Когда я пишу, я погружаюсь в иной мир, который не дает ни страданий, ни воспоминаний о сложных проблемах. Благодаря писательству я забываю о своей душевной боли. Писательство не дает мне глубоко страдать, хотя на то есть причины. И вот вновь открылась я вам. В 25 части есть еще одно переживание, но в другом мире. Дорогие читатели, думаю что вы не забыли, что хозяин, уйдя из дома за стадом, так и не вернулся. Сегодня второй день как его нет и нет. Либо дикие звери навредили, а может змеи-оборотни покусали. Неизвестность дает переживание всей семье, и конечно мне. Теперь мы не знаем, кого послать искать Ихана. Ишь очень боится выходить, а детей нельзя отпускать. Они все смотрят на меня молящими глазами, как будто просят меня пойти на поиски хозяина семьи. Вся семья во мне видит не женщину, а мужчину. Что мне делать? Понятно, что я в долгу у этой семьи, они меня приютили. Волей-неволей я должна выполнить их просьбу, а что будет - пусть будет. Я доверяю свою жизнь Господу Богу. Собираюсь выходить и отправиться искать Ихана. Честно сказать, я не имею никаких теплых вещей, а ведь с утра уже холодно. Ишь дала мне теплый жилет из овечьей шкуры, я оделась и пошла искать пропавшего. Хожу, и внимательно смотрю под каждый куст. Иду, не вижу ни одной живой души. Хожу так же как в первый раз - падаю и встаю. Но, не перестаю идти и молиться. Я вам уже сказала, в этой деревне слишком много грязи, в этой деревне земля твердая и каменистая, поэтому я делаю быстрые шаги. Вот, что меня удивило. В моем направлении идет красавица змея-оборотень. По крайней мере, ее так называют местные жители. Удивительно, что я сразу узнала ее, и решила напугать. Я стала на ходу сочинять новую молитву и громко ее прокрикивать.Кроме этого, как мне говорила хозяйка Ишь, они каменеют от музыки. Я стала петь, сочиняя строки песни на ходу. Услышав песню змея поменяла направление, можно сказать исчезла, я сама не поверила своим глазам. Я продолжала поиски, шла еще пол часа. Через некоторое время я увидела Ихана. Он лежал под деревом без сознания. Что делать? Нужно же звать кого-то. Я оставила его там и побежала искать дом шамана. Спасибо Богу, я нашла и дом, и самого шамана. Он встретил меня с удивлением. Я объяснила ему все происходящее, и мы направились к хозяину. Слава Богу, шаман порадовал меня, проверяя дыхание сказав, что Ихан еще жив. Мы направились домой. Но по пути я услышала плач овец. Я просила шамана нести пропавшего дальше, а сама пошла к реке, на шум. Там я искала стадо овец. Под большим деревом я их обнаружила, посчитала, все тут, но все измученные. Мне удалось каким-то образом привести стадо домой. Я поняла почему хозяин не искал в стороне реки - он очень боится змей-оборотней. Дорогой читатель, хочу открыться вам, у меня появилась новая сила, неизвестно откуда, но это действительно так. Спасибо тебе Господь, что не даешь мне, старой женщине, упасть с ног, ведь иной раз бываю я в унынии и чувствую себя плохо. Вот я оказалась дома, со стадом вместе. Меня радостно встретила младшенькая девочка - Махи. Что удивило меня, так то, что хозяин лежит без сознания до сих пор, и ему очень плохо. Все печально смотрят на него. Добрый шаман, наш друг, лечит по-своему. В этот раз я не подошла, ведь лечение от меня не зависит. Шаман дал хозяину растертый порошок, замешанный с молоком, и сказал: "К вечеру он откроет глаза" Удивительно то, что все стоят в углу комнаты, будто бояться посмотреть, как там отец. Возможно им страшно смотреть на больного главу семьи. Пусть всевышний простит их. Вечерело. Мы все поужинали, даже шаман поел с нами. Я подумала - после того, что я сделала за эти два дня для этой семьи - спасла сына и отца, то я буду иметь особое уважение в их доме, но ничего подобного не случилось, им нет разницы. Я как привыкла быть обычной, так и осталась такой. Опять в мою голову пришли мысли связанные с незнакомой женщиной. Почему в этот раз не дала она совет, подсказку, и не было ее голоса в моей голове? Я стала переживать. Неужели я теряю свою последнюю надежду? Я не хочу остаться в этом мире, и скорее всего, помереть здесь. Ведь шаман назвал меня старой женщиной. Я боюсь смерти в этом мире. Эта загадочная женщина мне очень-очень нужна, я почему-то уверена: она с того же мира, откуда и я. В моих глазах внезапно появились слезы. Шаман заметил это, и сказал: "Я в таком же положении, держись и не плачь, дочь моя" Возник еще один вопрос: откуда он знает о чем я думаю? Больно от того, что некому утереть мои слезы. Лучше мне выйти на улицу и плакать там. Выходя на улицу я заметила, как хорошо светит луна, и приятный теплый осенний ветерок. Я смотрела на небо, на сверкающие звезды, но слезы мои льются. Эти слезы от тоски - ничего не могу поделать. Тоска по моему настоящему миру. Там я ищу себя, ищу своих родных, ищу тот уголок, где меня родила моя мать. Ведь каждый человек рождается от матери, я бы назвала ее богиней-матерью. Я сегодня как дерево без корней. Плачу, льются слезы, а ветер куда-то их несет, и немного сушит мое лицо от слез. "О ветер, ты мой ласковый ветер, никогда не боялась я тебя. В тебе есть нечто особенное, ты умеешь говорить, ты умеешь ласково шептать. Неси мои слезы, неси мои слезы в мой мир, найди для них пристанище. Они часть меня. Скажи ветер, куда идти мне? Покажи мне путь, я твой странник!" - говорила я ветру, и не заметила я, как далеко я ушла. И вдруг, в полумраке заметила я человека. Спросила я у него: "Кто ты?" А в ответ я услышала: "Не переживай дочь моя, я с тобой" - это был наш добрый шаман. Он искал меня. Я очень радовалась, что есть человек, который переживает за меня. Которому не безразлична боль моей души, и хочет помочь. Шаман лечит не только человеческое тело, он лечит человеческую душу. Не скрываю, я рассказала шаману, что увлеклась теплым ветром, говорила с ним, и не заметила как далеко я ушла от дома. Сегодня, послушав меня, он назвал меня необычной женщиной. Шли мы с шаманом вместе, и потихоньку подойдя к каменному богу мы заметили 4 сверкающих глаза, которые пристально смотрели на нас. Шаман крепко держал мою руку и тихо произнес: "Не бойся, это волки. Я с тобой" Но волки от нас на расстоянии четырех шагов. Отпустила я руку шамана, и потихоньку подошла к волкам. Я иду вперед, а волки пятяться назад. Стала молиться: "О, небесный старец! Помоги мне, я в опасности! Пусть уйдут, оставят в покое, ведь когда-то был волк моим другом!" - эту просьбу я повторила несколько раз, смотрела в глаза волков, и смотрю - шаман так и стоит в одном месте. Волки смотрят на меня, а я смотря на них делаю шаг за шагом вперед. Они испугались и ушли. Шаман сделал меня подарок словом: "Ты можешь укротить диких зверей. Как понять мне тебя, доченька" Я просила не рассказывать никому про этот вечер. Мы шли то медленными, то быстрыми шагами в сторону дома. Когда пошли к дверям и открыли их, я заметила, что лампа вот-вот потухнет, значит в ней кончается масло. Надо наверное мне тоже лечь, хотя время еще раннее для сна. Шаман лег рядом с хозяином. Это для меня был особый вечер. Вечер, который можно назвать откровением, но сон для меня редкий гость.
Сегодня опять пишу, потому что внутренний голос повелевает мне сказать то, что слышу. Пишу потому, что не могу не писать. Писательство - это для меня физиологическая потребность. Писательство - это моя жизнь. Скажу вам правду, дорогой читатель, я всегда равнодушна к тому, что обо мне думают и пишут. Когда я пишу, я погружаюсь в иной мир, который не дает ни страданий, ни воспоминаний о сложных проблемах. Благодаря писательству я забываю о своей душевной боли. Писательство не дает мне глубоко страдать, хотя на то есть причины. И вот вновь открылась я вам. В 25 части есть еще одно переживание, но в другом мире. Дорогие читатели, думаю что вы не забыли, что хозяин, уйдя из дома за стадом, так и не вернулся. Сегодня второй день как его нет и нет. Либо дикие звери навредили, а может змеи-оборотни покусали. Неизвестность дает переживание всей семье, и конечно мне. Теперь мы не знаем, кого послать искать Ихана. Ишь очень боится выходить, а детей нельзя отпускать. Они все смотрят на меня молящи