— Слушай, я не понимаю, ты что, вообще не собираешься это обсуждать? — Марина с грохотом поставила тарелку на стол и выпрямилась, сложив руки на груди.
Андрей даже не поднял глаз от телефона, продолжая с отсутствующим видом листать ленту новостей.
— Обсуждать что? То, что мы третий год не можем выбраться в отпуск дальше Анапы? Или то, что Мишке нужны новые кроссовки, а на ипотеку в этом месяце еле наскребли?
Марина шумно выдохнула и опустилась на стул напротив. За окном моросил мелкий осенний дождь, навевая тоску и уныние. Десять лет брака уместились в эту вот кухню пять на шесть метров, в эти разговоры ни о чем, в эту усталость, ставшую привычной.
— Я про то, что твой начальник опять повысил эту... как её... Светлану, да? Которая в компании без году неделя. Ты говорил, что на эту должность обещали тебя.
Андрей наконец оторвался от телефона и посмотрел на жену. Сорокалетний мужчина с проступающей сединой на висках и морщинками вокруг глаз — когда-то Марина считала такие морщинки невероятно привлекательными, называла их «смешливыми». Сейчас они казались просто признаком возраста.
— Ой, Марин, только не начинай, а? Устал как собака. Света просто... эффективнее работает, вот и всё.
Он произнёс это как-то скомкано, не глядя в глаза, и снова уткнулся в телефон. Знакомый жест, повторявшийся изо дня в день. Когда-то, в начале их брака, он смотрел на нее — глаза в глаза, улыбаясь, ловя каждое слово. Теперь смотрел куда угодно, только не на нее.
— Эффективнее? — Марина невесело усмехнулась. — Что ж, возможно. Особенно когда эффективность измеряется глубиной декольте и количеством улыбок начальству.
— Господи, Марин, что за глупости? — Андрей раздражённо бросил телефон на стол. — Я просто не хочу сейчас говорить о работе, понимаешь? Весь день только об этом и говорили.
— О работе? Или о Свете? — Марина сама не понимала, откуда взялась эта подозрительность. Просто интуиция, смутное беспокойство, которое грызло её в последние месяцы. Андрей изменился — не резко, а постепенно, почти незаметно, как вода точит камень.
— Марина, ты с ума сошла? — он почти выкрикнул это, вскочив со стула. — Думаешь, мне больше нечем заняться, кроме как обсуждать новую сотрудницу?
В этот момент зазвонил его телефон. Андрей схватил его так поспешно, что чуть не уронил. Взглянув на экран, он замер на мгновение, затем торопливо сказал:
— Это Василич, по проекту. Мне нужно ответить.
Он вышел из кухни, плотно прикрыв за собой дверь. Марина осталась сидеть, глядя на недоеденный ужин. Тихий голос мужа доносился из прихожей — не разобрать слов, только интонацию. Не деловую, а какую-то... личную. Интимную даже.
«Ты параноик, — сказала себе Марина. — Обычный рабочий звонок. Ничего больше».
Она начала убирать со стола. Десять лет. Двое детей — Мишка, восьми лет, и Аленка, пяти. Обычная семья со средним достатком. Квартира в новостройке на окраине Москвы, взятая в ипотеку на двадцать лет, из которых они выплатили только треть. Работа в строительной компании — он менеджер проектов, она бухгалтер. Нормальная жизнь, как у миллионов других семей.
Андрей вернулся на кухню, сунул телефон в карман брюк.
— Мне нужно съездить в офис, — сказал он, не глядя на жену. — Василич завалил отчёт, а завтра презентация у клиента.
— Сейчас? В девять вечера? — Марина недоверчиво покачала голова. — Андрей, ты в последний раз уезжал в офис «срочно доделывать отчёт» позавчера. И позапозавчера тоже.
— Да что с тобой такое? — вспылил он. — У меня аврал на работе, понимаешь? Не могу я всё успеть в рабочие часы. Думаешь, мне нравится пахать до ночи?
— Не знаю, — тихо ответила Марина. — Раньше ты как-то укладывался в рабочий день. До появления этой... Светы.
Андрей замер на мгновение, затем схватил куртку с вешалки:
— Не дождусь, когда закончится этот проект, честное слово. Тебя послушать, так я только и делаю, что со Светой обсуждаю... сметы!
Он выскочил за дверь, громко хлопнув ею. Марина осталась стоять посреди кухни, чувствуя, как внутри разрастается что-то холодное и тяжёлое. Подозрение? Страх? Обида?
В последнее время Андрей часто срывался на ней и детях, стал раздражительным, закрытым. Постоянно пропадал на работе, приходил домой от него пахло не знакомым ей лосьоном после бритья, а какими-то цветочными духами. А ещё эти сообщения среди ночи, на которые он отвечал, отворачиваясь от неё...
Дети уже спали. Марина прошла в гостиную, включила телевизор, но не могла сосредоточиться на фильме. Мысли крутились вокруг одного и того же. Неужели у Андрея кто-то появился? Неужели он способен на такое? После десяти лет брака, после всего, что они пережили вместе?
Около полуночи она сдалась и пошла спать. Уснуть не получалось — она ворочалась, прислушиваясь к звукам подъезда. Наконец, около двух часов ночи, хлопнула входная дверь. Андрей вернулся.
Он двигался осторожно, стараясь не шуметь, но Марина слышала каждый звук — вот он разувается, вот идёт в ванную, включает воду. Когда он наконец лёг рядом, от него пахло мятной зубной пастой и — совсем слабо — алкоголем.
— Ты не спишь? — тихо спросил он, повернувшись к ней.
— Нет, — Марина смотрела в потолок. — Как работа?
— Нормально, — он зевнул. — Закончили отчёт. Завтра презентация, так что, может, приду поздно.
— Конечно, — она повернулась на бок, спиной к нему. — Спокойной ночи.
Утром, когда Марина проснулась, Андрей уже собирался уходить.
— Мне нужно на раннее совещание, — сказал он, завязывая галстук перед зеркалом в прихожей. — Подвезу вас до метро, а сам поеду в офис.
Марина молча кивнула. Всю дорогу до метро они почти не разговаривали. Андрей высадил её и детей, чмокнул Мишку и Алёнку в макушки, Марине кивнул и уехал, оставив после себя шлейф лосьона после бритья.
Она автоматически отвела детей — Мишку в школу, Алёнку в садик — и поехала на работу. Весь день перед глазами стояло лицо мужа, когда он говорил о Свете. Что-то было в его взгляде... что-то неправильное.
Вечером, приехав домой раньше обычного — заболела голова, отпросилась, — Марина обнаружила, что забыла ключи от квартиры в другой сумке. Пришлось возвращаться к машине.
Внезапно она заметила, что телефон Андрея лежит на пассажирском сиденье. Он, должно быть, выронил его утром, когда выходил из машины, забыв в спешке и не заметив пропажи.
Марина взяла телефон, повертела в руках. У них никогда не было секретов друг от друга. Раньше они даже знали пароли друг друга — не потому, что проверяли, просто не видели в этом ничего особенного. Но в последние месяцы Андрей сменил пароль на телефоне, объяснив это «требованиями безопасности на работе».
Экран вдруг загорелся — пришло сообщение. Марина не собиралась читать, но имя буквально бросилось ей в глаза: «Света❤️». И часть текста: «Скучаю, когда увидимся?»
Сердце пропустило удар, а потом забилось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Марина замерла, не в силах отвести взгляд от экрана. «Света❤️». Сердечко. Эмодзи, которое никогда не используют в деловой переписке.
Её пальцы дрожали, когда она пыталась разблокировать телефон. Какой пароль он мог поставить? День рождения? Нет. Дата свадьбы? Тоже нет. День рождения Мишки? Бинго.
Телефон разблокировался, и Марина сразу открыла мессенджер. Переписка со Светой была в самом верху — последнее сообщение пришло только что.
«Скучаю, когда увидимся? Вчера было потрясающе 😘»
Марина начала листать вверх, читая предыдущие сообщения.
«Ты сегодня такой рассеянный. Всё в порядке?»
«Думаю о тебе. О том, как ты целуешь меня»
«Не могу дождаться нашей поездки. Три дня вместе, без оглядки»
«Люблю тебя, мой медвежонок»
И ответы Андрея — такие же нежные, такие же... влюблённые.
К сообщениям прилагались фотографии. Света оказалась именно такой, какой Марина её представляла — молодая блондинка с кукольным личиком, пухлыми губами и глубоким декольте. На одном снимке она была в офисе, за рабочим столом, с деловым видом. На других — в гостиничном номере, в соблазнительном белье. А на некоторых — с Андреем, они обнимались, целовались.
Марина выронила телефон, как будто он обжёг ей руки. В горле стоял комок, перед глазами всё плыло. Это не могло быть правдой. Это какая-то ошибка, глупая шутка, розыгрыш. Её Андрей, отец её детей, не мог так поступить.
Но фотографии не лгали. Сообщения не лгали. Всё сложилось — поздние возвращения, раздражительность, запах духов, постоянные упоминания о Свете.
Она не помнила, как добралась до квартиры, как нашла запасные ключи, как открыла дверь. Помнила только, что её вырвало в туалете, а потом она долго сидела на полу ванной, обхватив колени руками, раскачиваясь вперёд-назад, как маленький ребёнок.
Звонок в дверь вывел её из оцепенения. На пороге стояла соседка, держа за руку заплаканную Алёнку.
— Марина, извини, что беспокою, — затараторила женщина. — Я забирала свою Катю из садика, а твоя Алёнушка сидит одна на лавочке, плачет. Говорит, папа должен был забрать, но не пришёл. Я и привела её, думала, может, что случилось...
Марина словно очнулась. Алёнка. Садик. Андрей должен был забрать. И не забрал. Потому что, наверное, встречался со своей Светой.
— Спасибо, Наталья Сергеевна, — Марина взяла дочь за руку. — У папы... совещание задержалось. Он предупреждал, что может не успеть, но я думала, успею сама. Спасибо вам огромное.
Уложив рыдающую Алёнку спать — девочка долго не могла успокоиться, всё спрашивала, почему папа её не забрал, — Марина увидела, что сын уже дома, на продлёнке его не оставляли.
— Мам, я сам пришёл, — сонно пробормотал мальчик, когда она заглянула к нему в комнату. — Папа звонил, сказал, что не сможет, а ты на работе. Я же уже большой, мне скоро девять.
Марина поцеловала сына в лоб, погладила по волосам — таким же тёмным, как у Андрея.
— Конечно, большой. Но в следующий раз дождись меня или папу, хорошо?
Вернувшись на кухню, она достала из шкафчика початую бутылку вина, налила себе полный бокал. Что теперь? Как жить дальше? Десять лет коту под хвост. Двое детей, которые обожают отца. Ипотека на семнадцать лет вперёд. И он, её муж, который спит с молодой коллегой.
Первой мыслью было собрать вещи, забрать детей и уехать к родителям. Но что потом? Развод, раздел имущества, битва за алименты? Клеймо разведёнки с двумя детьми? Слёзы Мишки и Алёнки, которые не понимают, почему папа больше не живёт с ними?
Марина сделала большой глоток вина. Нет, она не сдастся так просто. Не позволит какой-то молодухе разрушить её семью, украсть её мужа, отнять отца у её детей.
Но что она может сделать? Закатить скандал? Андрей всё отрицал бы, обвинил её в паранойе. Молча терпеть, надеясь, что всё как-нибудь образуется? Нет, на это у неё не хватит сил.
Внезапно в голову пришла мысль, от которой стало одновременно страшно и... интересно. Что, если ответить ему тем же? Что, если показать, каково это — когда твой супруг спит с кем-то другим?
Марина открыла в телефоне галерею, пролистала фотографии. Вот она с детьми на даче у родителей. Вот они с Андреем в отпуске два года назад — последний раз, когда они выбрались на море всей семьёй. Вот корпоратив на работе — она в тёмно-синем платье, с бокалом шампанского в руке.
Тридцать четыре года. Двое родов, лишние пять килограммов, которые никак не получается сбросить. Усталые глаза, морщинки в уголках губ. Конечно, она не могла конкурировать с двадцатипятилетней Светой с её подтянутым телом и свежим личиком.
Но ведь дело не только во внешности? Что-то привлекло Андрея в этой девушке, кроме декольте и пухлых губ. Может быть, её энергия? Интерес к нему, восхищение? То, что она видела в нём мужчину, а не только отца своих детей и добытчика?
Марина допила вино и налила ещё. Перед глазами всё плыло — то ли от алкоголя, то ли от слёз. Она вспомнила, как они с Андреем познакомились — на дне рождения общего друга. Он подошёл к ней, заговорил, пригласил на танец. Они проговорили всю ночь, а утром он проводил её до дома. Три месяца ухаживаний, букеты цветов, долгие прогулки, жаркие поцелуи в подъезде. Потом предложение руки и сердца, свадьба, рождение Мишки, переезд в новую квартиру, Алёнка...
Где и когда всё пошло не так? Когда любовь и страсть сменились привычкой и рутиной? Когда они перестали видеть друг в друге мужчину и женщину, превратившись просто в функции — он добывает деньги, она занимается детьми и бытом?
Марина открыла контакты в телефоне, прокрутила список. Её взгляд упал на имя — Виктор Соколов, заместитель директора в компании, где она работала. Сорок пять лет, разведён, без детей. Высокий, подтянутый, с лёгкой сединой на висках, которая только добавляла ему шарма.
Виктор не скрывал своего интереса к ней — всегда находил повод заглянуть в бухгалтерию, делал комплименты, приглашал на обед, который она неизменно отклоняла. Раньше Марина старательно игнорировала эти знаки внимания, храня верность мужу. Но теперь...
Она занесла палец над кнопкой вызова, но тут входная дверь хлопнула. Вернулся Андрей.
Марина поспешно заблокировала телефон и отложила его в сторону. Первым порывом было броситься к мужу, вывалить на него всё, что она узнала, закатить скандал. Но что-то остановило её. Не любовь — её Марина уже не чувствовала, а... любопытство? Желание увидеть, как он будет лгать ей в глаза?
— Привет, — Андрей вошёл на кухню, на ходу развязывая галстук. — Как дети?
— Спят уже, — ровным голосом ответила Марина. — Ты забыл забрать Алёнку из садика.
Андрей замер, хлопнул себя по лбу:
— Чёрт, совсем из головы вылетело. Совещание затянулось, и я...
— Всё в порядке, — перебила его Марина. — Её привела соседка. А Мишка сам пришёл из школы.
— Прости, — Андрей опустился на стул напротив. — Голова кругом от этого проекта. Я завтра обязательно заберу их, обещаю.
— Конечно, — Марина сделала глоток вина. — Если не будет... совещания.
Что-то в её тоне заставило Андрея насторожиться. Он внимательно посмотрел на жену:
— Что случилось? Ты какая-то... странная.
— Просто устала, — она пожала плечами. — День был тяжёлый. Кстати, ты телефон не потерял? Не могу дозвониться до тебя с обеда.
Андрей похлопал себя по карманам, нахмурился:
— Да, телефон посеял. Наверное, в офисе оставил. Или в машине.
Марина молча кивнула, отпивая вино. Ложь. Такая лёгкая, такая естественная. Интересно, как давно это у него — лгать не краснея, не запинаясь?
— Будешь ужинать? — спросила она, поднимаясь.
— Нет, спасибо, мы с... коллегами перекусили после совещания, — Андрей потёр лицо руками. — Я, пожалуй, в душ и спать. Завтра рано вставать.
Он вышел из кухни, и Марина услышала, как он идёт в ванную, включает воду. Смывает с себя запах другой женщины? Стирает следы поцелуев с шеи?
Она сидела на кухне ещё долго после того, как Андрей лёг спать. Мысли крутились вокруг одного — как поступить? Что делать дальше?
Из оцепенения её вывел звонок телефона — её собственного. На экране высветилось: «Виктор Соколов». Странно, почему он звонит так поздно?
— Алло? — тихо ответила она, стараясь не разбудить домашних.
— Марина? — голос Виктора звучал обеспокоенно. — Прости за поздний звонок. Ты не могла бы проверить цифры в квартальном отчёте? Кажется, там ошибка в расчётах, а завтра нужно сдавать документы.
Рабочий вопрос. Конечно. Что ещё это могло быть?
— Сейчас? — Марина взглянула на часы — почти полночь.
— Прости ещё раз, — в голосе Виктора слышалось искреннее сожаление. — Я понимаю, что время позднее. Но это действительно срочно. Если бы ты могла заглянуть в документы...
Марина помедлила. Открыть рабочий ноутбук, проверить отчёт — двадцать минут работы, не больше. Но сейчас, после всего, что она узнала...
— Виктор, — медленно произнесла она, — возможно, нам стоит обсудить это лично. Завтра. Может быть, за обедом?
Пауза на том конце была совсем короткой:
— С удовольствием. В час в «Итальянском дворике»?
— Договорились, — Марина улыбнулась, хотя собеседник не мог этого видеть. — Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Марина, — в его голосе явно слышалась улыбка. — И спасибо.
Она положила трубку, чувствуя, как внутри разгорается что-то новое — не любовь, не влечение даже, а... предвкушение? Азарт? Какая-то тёмная, незнакомая эмоция, которой она никогда раньше не испытывала.
Утром, собирая детей в школу и сад, Марина действовала как автомат — каша, бутерброды, собрать портфель, проверить сменную обувь. Андрей уже ушёл — «раннее совещание», как обычно. Перед уходом поцеловал её в щёку — машинально, без чувства, как целуют тётушку при встрече.
На работу она приехала раньше обычного. Открыла отчёт, о котором говорил Виктор, — действительно, была ошибка в расчётах. Исправила, отправила ему на почту. Затем достала из сумки косметичку.
Обычно Марина красилась минимально — тушь, немного тонального крема, бледно-розовая помада. Сегодня она решила сделать макияж ярче — подвела глаза, нанесла румяна, накрасила губы алой помадой, которую купила год назад и ни разу не использовала.
— Марин, ты сегодня прямо цветёшь! — воскликнула Ольга, коллега из соседнего отдела, заглянув к ней. — Что-то случилось? Юбилей какой-то?
— Нет, — Марина улыбнулась. — Просто решила... измениться.
В час она спустилась в кафе на первом этаже бизнес-центра. Виктор уже ждал её за столиком у окна. При виде Марины он поднялся — высокий, статный, в безупречно сидящем костюме.
— Ты прекрасно выглядишь, — сказал он, помогая ей сесть. — Что-то новенькое?
— Просто макияж, — Марина пожала плечами, хотя внутри разлилось приятное тепло от комплимента.
Они обсудили отчёт — ошибка была несущественной, но могла вызвать вопросы у налоговой. Потом разговор как-то сам собой перешёл на другие темы — работа, коллеги, планы компании на будущее.
Виктор был внимательным собеседником — слушал, не перебивая, задавал вопросы, улыбался шуткам. Когда он смотрел на неё, в его глазах читался неподдельный интерес — не только к её словам, но к ней самой, как к женщине.
— Знаешь, — сказал он, когда они допивали кофе, — мы работаем вместе уже три года, но я, кажется, только сегодня по-настоящему с тобой познакомился.
Марина улыбнулась:
— Возможно, потому что раньше я не позволяла себе... быть собой? — это прозвучало неуклюже, но Виктор, казалось, понял.
— Именно, — он кивнул. — Ты всегда такая серьёзная, сосредоточенная. А сегодня ты другая — более открытая, живая.
— Может быть, это потому, что я решила кое-что изменить в своей жизни, — Марина сама не верила, что говорит это. Словно кто-то другой использовал её голос, её губы.
Виктор внимательно посмотрел на неё:
— Звучит интригующе. И что же ты решила изменить?
Марина помедлила, затем подалась вперёд:
— Всё. Абсолютно всё...
В следующие две недели Марина словно превратилась в другого человека. Она записалась в салон красоты, где ей сделали новую стрижку и окрасили волосы в более светлый оттенок. Потратила половину отложенных на отпуск денег на новый гардероб — платья, блузки, туфли на высоком каблуке.
На работе коллеги не узнавали её — всегда сдержанная, серьёзная Марина вдруг начала улыбаться, шутить, принимать участие в офисных посиделках. А главное — она больше не скрывала своего общения с Виктором.
Они обедали вместе каждый день, часто оставались после работы обсудить «рабочие вопросы». Марина не скрывала, что проводит с ним время, не таилась, не пряталась — наоборот, словно хотела, чтобы все знали, чтобы слухи дошли до Андрея.
Дома она была почти прежней — заботливой матерью, хорошей хозяйкой. Готовила ужины, проверяла уроки у Мишки, читала сказки Алёнке. Только с мужем держалась отстранённо, холодно. Не устраивала скандалов, не упрекала — просто закрылась, перестала делиться, спрашивать, интересоваться.
Андрей заметил перемены — не мог не заметить. Новая причёска, новая одежда, новое поведение. Он бросал на жену озадаченные взгляды, несколько раз пытался заговорить, спросить, что происходит. Но Марина отвечала односложно, уклончиво.
— Просто решила немного обновить имидж, — говорила она. — Тебе разве не нравится?
— Нравится, но...
— Вот и хорошо, — обрывала она разговор.
Однажды вечером, когда Марина собиралась уходить — якобы на встречу выпускников, — Андрей преградил ей путь в прихожей:
— Может, хватит уже этого цирка? — процедил он. — Думаешь, я не понимаю, что происходит?
— А что происходит? — Марина вскинула бровь, внутренне замирая. Неужели кто-то рассказал ему о её встречах с Виктором? Или он сам догадался?
— Ты мстишь мне, — Андрей скрестил руки на груди. — За то, что я много работаю, мало бываю дома. Хочешь внимания, устраиваешь этот спектакль с новой одеждой, причёской, поздними возвращениями.
Марина рассмеялась — от облегчения и от абсурдности ситуации:
— Серьёзно? Ты думаешь, это всё для тебя? Чтобы привлечь твоё внимание?
— А для чего же ещё? — он развёл руками. — Мы десять лет женаты, я знаю тебя. Ты не из тех, кто меняется просто так, без причины.
— Ты прав, — Марина кивнула, поправляя длинные серьги — новые, купленные вчера специально под это платье. — Я не меняюсь без причины. Но причина не в том, что мне не хватает твоего внимания.
— А в чём тогда?
Она помедлила, глядя на мужа — растерянного, сбитого с толку. Часть её хотела выпалить правду, бросить ему в лицо всё, что она знает о его встречах со Светой. Но другая часть — новая, незнакомая — наслаждалась моментом, его замешательством.
— Когда-нибудь узнаешь, — она улыбнулась и вышла из квартиры, оставив Андрея в недоумении...
С Виктором всё развивалось стремительно. После нескольких встреч в кафе они стали встречаться в его квартире — просторной трёхкомнатной в центре города. Марина не планировала заходить так далеко, но в тот вечер, когда он впервые поцеловал её, что-то сломалось внутри.
Она не любила Виктора — нет, это было что-то другое. Влечение? Месть? Желание почувствовать себя желанной, нужной?
Как бы то ни было, роман закрутился. Марина словно пыталась наверстать всё, что упустила за годы брака — страсть, спонтанность, риск. Виктор не требовал от неё обещаний, не спрашивал о будущем — просто наслаждался моментом, и ей это подходило.
В одну из таких встреч, лёжа в постели Виктора, Марина вдруг разрыдалась.
— Эй, что случилось? — он обнял её, гладя по волосам. — Я сделал что-то не так?
— Нет, — она покачала головой, вытирая слёзы. — Просто... я не такая. Не такой человек. Никогда не думала, что буду... изменять мужу.
Виктор помолчал, затем осторожно спросил:
— Ты жалеешь?
— Не знаю, — честно ответила Марина. — Часть меня ужасается тому, что я делаю. А часть... часть наслаждается. Словно это не я, а кто-то другой живёт моей жизнью.
— Если тебе нужно время подумать...
— Нет, — она решительно покачала головой. — Я продолжу. Мне нужно дойти до конца.
— До конца чего? — нахмурился Виктор.
Марина не ответила. Она сама не знала — до конца чего? Брака? Отношений с Андреем? Или собственной трансформации из примерной жены в женщину, которая живёт для себя?
Её двойная жизнь продолжалась почти месяц. Днём — работа и встречи с Виктором, вечером — дом, дети, холодная вежливость с мужем. Андрей тоже изменился — стал более внимательным, меньше задерживался на работе, чаще играл с детьми. Словно почувствовал, что может потерять семью.
Но в тот вечер, вернувшись с работы — на этот раз действительно с работы, без заезда к Виктору, — Марина услышала странные звуки из спальни. Дети были у бабушки — Андрей отвёз их утром, должен был забрать вечером.
Сердце пропустило удар. Неужели он привёл Свету в их дом? В их спальню?
Осторожно, стараясь не шуметь, Марина подошла к двери и прислушалась. Приглушённые голоса, смех, скрип кровати...
Закипая от гнева, она резко распахнула дверь.
И замерла на пороге.
В их супружеской постели был Андрей, но не один. И рядом с ним лежала вовсе не Света, о которой она думала...
- Ты? В моей постели с моим мужем?...
**Конец 1 части. Продолжение читайте завтра в 20:00, чтобы не пропустить, нажмите кнопку ПОДПИСАТЬСЯ.**