— Ты что, совсем спятил? — мама смотрела на меня так, будто я предложил ей прыгнуть с крыши. — Какая еще квартира? Зачем?
Я сидел на ее кухне, крутил в руках документы и не знал, с чего начать. Как объяснить, что моя бывшая жена Лена довела меня до такого состояния, что я готов отдать единственное жилье, лишь бы видеться с сыном?
— Мам, она сказала: либо переписываю квартиру на тебя, либо Артема больше не увижу. Понимаешь? Совсем не увижу.
Мама отложила чашку с чаем. Лицо у нее стало серьезным.
— Расскажи все с самого начала. И не мямли.
***
А началось все три месяца назад, когда мы с Леной окончательно развелись. Казалось бы, все решили цивилизованно: она остается в квартире с Артемом, я плачу алименты и забираю сына на выходные. Обычная схема для разведенных пар.
Но Лена оказалась не такой простой, как я думал.
Первый звоночек прозвенел уже через неделю после развода. Приехал забирать Артема в пятницу, а она стоит в дверях и заявляет:
— Сегодня не получится. У него температура.
Я заглянул в квартиру — сын бегает по коридору в трусах, румяный и веселый. Никакой температуры.
— Лена, ты что творишь?
— Я мать, я лучше знаю, что для ребенка хорошо.
На следующие выходные — та же история. То у него кашель, то живот болит, то она забыла и запланировала поход к врачу.
— Слушай, — говорю ей тогда, — мы же договаривались. У меня тоже есть права на общение с сыном.
А она мне в ответ:
— Права? А обязанности у тебя есть? Алименты — это копейки. Ребенку нужна стабильность, а не твои развлечения по выходным.
Тогда я еще не понял, к чему она клонит.
***
Понял только через месяц, когда Лена прямо заявила, что хочет.
— Ты живешь в трехкомнатной квартире один, а мы с Артемом ютимся в двушке. Это несправедливо.
— Как несправедливо? Квартира моя, я ее купил еще до свадьбы.
— Но ребенок имеет право на достойные условия жизни. И если ты действительно его любишь, ты поймешь, что должен сделать.
Я не поверил своим ушам.
— Лена, ты предлагаешь мне отдать тебе квартиру?
— Я не предлагаю. Я объясняю, как должно быть.
После этого разговора она вообще перестала пускать меня к сыну. Телефон не брала, на звонки в домофон не отвечала. Один раз караулил ее у подъезда — увидела меня и развернулась обратно.
Артем звонил мне сам, плакал в трубку:
— Папа, почему ты не приезжаешь? Мама говорит, что ты нас бросил.
От этих слов у меня сердце разрывалось.
***
Через юриста попробовал официально требовать встреч с сыном. Лена пришла на заседание в суде с целой папкой справок: тут у ребенка аллергия, тут нервное расстройство, а тут вообще она утверждала, что я пью.
— Ваша честь, — говорит она сладким голосом, — я не против того, чтобы отец общался с ребенком. Но сначала он должен доказать, что способен обеспечить сыну достойную жизнь.
Судья посмотрел на справки, на меня, потом снова на справки.
— Отец должен доказать? А как именно?
Лена улыбнулась.
— У него есть большая квартира, а мы живем в стесненных условиях. Если он действительно думает о благе ребенка, он переоформит жилье на сына. Тогда я буду уверена в его серьезных намерениях.
Я понял, что меня развели как последнего лоха.
— Она что, требует мою квартиру в обмен на встречи с ребенком?
— Я требую гарантий, что отец не бросит сына через пару лет, — невозмутимо ответила Лена.
Судья отложил дело на месяц, сказал нам "разобраться полюбовно".
***
Разбираться полюбовно с Леной оказалось невозможно. Она заняла четкую позицию: квартира или сын. Третьего не дано.
— Ты можешь судиться сколько угодно, — сказала она мне при последней встрече. — Но пока ты не докажешь, что готов жертвовать ради Артема, я не доверю тебе ребенка.
— Лена, это шантаж!
— Это забота о будущем сына. А ты думаешь только о себе.
Я попробовал зайти с другой стороны, обратился к ее родителям. Лениного отца я всегда уважал, думал, он поможет образумить дочь.
Но тесть только развел руками:
— Андрей, я понимаю твое положение. Но Лена права в одном: ребенку нужна стабильность. А если ты действительно его любишь...
Даже он был на ее стороне.
Тогда я понял: Лена организовала против меня целую кампанию. Всем рассказала, какой я эгоист, что думаю только о своем комфорте, а на сына мне наплевать.
***
Мама выслушала мой рассказ молча. Потом налила себе еще чаю и долго смотрела в окно.
— И ты решил сдаться?
— Мам, я уже три месяца не видел Артема нормально. Он плачет, когда звонит, спрашивает, почему я не приезжаю. Лена говорит ему, что я его не люблю.
— А если переписшешь квартиру на меня, она правда разрешит тебе видеться с внуком?
— Она обещала.
Мама посмотрела на меня с жалостью.
— Сынок, ты понимаешь, что обещания этой женщины ничего не стоят?
— Понимаю. Но у меня нет выбора.
— Выбор есть всегда. Просто ты выбираешь легкий путь.
Я уже открыл рот, чтобы возразить, когда зазвонил телефон. Лена.
— Ну что, передумал? — в ее голосе слышалась усмешка. — Документы готовы?
— Готовы.
— Отлично. Тогда завтра встречаемся у нотариуса. А после этого можешь забрать Артема на выходные.
Я посмотрел на маму. Она качала головой.
— Хорошо, — сказал я в трубку.
— И, Андрей, — добавила Лена перед тем, как повесить трубку, — это правильное решение. Ты наконец повзрослел.
***
На следующий день мы с мамой поехали к нотариусу. Лена уже ждала нас в приемной, нарядная и довольная.
— Здравствуйте, Вера Петровна, — сладко поздоровалась она с мамой. — Как дела?
Мама ответила сухо:
— Нормально.
Процедура переоформления заняла полчаса. Я подписывал документы и думал о том, как Артем обрадуется, когда увидит меня сегодня вечером.
— Готово, — сказал нотариус. — Квартира теперь принадлежит Вере Петровне Соколовой.
Лена улыбалась во весь рот.
— Ну вот, это было не так сложно. Андрей, теперь я знаю, что ты действительно любишь сына.
Мы вышли на улицу. Я уже представлял, как заеду за Артемом, как мы проведем выходные, сходим в кино, поиграем в футбол.
— Лена, когда можно забрать Артема?
Она остановилась и посмотрела на меня с удивлением.
— Забрать? А кто тебе сказал, что можно забрать?
У меня внутри все похолодело.
— Как это кто? Ты же сама говорила...
— Я говорила, что это правильное решение. И это действительно так. Но это не значит, что я разрешу тебе видеться с Артемом.
Я не поверил своим ушам.
— Лена, мы же договаривались!
— Мы ни о чем не договаривались. Ты просто сделал то, что должен был сделать давно. А насчет встреч с сыном... Знаешь, я подумала и решила, что пока рано.
Мама схватила меня за руку, почувствовав, что я сейчас взорвусь.
— Рано? — прохрипел я. — После того, как я отдал тебе квартиру?
— Андрей, не кричи на улице. Люди смотрят.
— А мне плевать на людей! Ты меня обманула!
Лена пожала плечами.
— Я никого не обманывала. Ты сам решил переписать квартиру на маму. Это твое право. А мое право — решать, когда и как Артем будет общаться с отцом.
Она повернулась и пошла к машине.
— И знаешь что, — крикнула она, не оборачиваясь, — теперь я точно уверена, что ты готов на все ради сына. Может быть, через годик-другой мы еще поговорим о ваших встречах.
Машина с Леной скрылась за поворотом.
Я стоял на тротуаре и понимал, что меня развели по полной программе. Квартиры больше нет, а сына как не было, так и нет.
Мама молчала рядом. Потом тихо сказала:
— Пойдем домой, сынок. Поговорим.
Но когда мы сели в машину, зазвонил мой телефон. Незнакомый номер.
— Андрей Соколов?
— Да.
— Говорит Игорь Петров, частный детектив. У меня есть информация о вашей бывшей жене, которая вас очень заинтересует.
Конец 1 части. Продолжение читайте сегодня в 19:00, чтобы не пропустить, нажмите кнопку ПОДПИСАТЬСЯ.