Утро, перевернутое с ног на голову
Альдора проснулась от того, что по её лицу скользнул холодный луч осеннего солнца. Она недовольно зажмурилась и потянулась, но вместо привычного потрескивания печки услышала странный грохот со двора.
- Грим, - позвала она, сбрасывая с себя одеяло, - что это за...
Её вопрос замер на губах. За окном творилось нечто невообразимое. По двору, весело подпрыгивая на кочках, катились... нет, не просто катились - убегали! - десятки тыкв. Одна, самая крупная, умудрилась нацепить на себя простыню с веревки и теперь гордо волочила её, как королевскую мантию. Другая, поменьше, с вырезанными угольком глазками и ртом, застряла в плетне и жалобно хлюпала.
- Грим! - Альдора распахнула дверь. - Ты видишь это?
Из-за печи показался чёрный, как ночь в новолуние, кот. Он лениво облизал лапу, провёл ею за ухом и только тогда снизошёл до ответа:
- Вижу. И даже слышу. Особенно ту, что в углу - она уже третий час поёт частушки. Ужасно фальшиво, между прочим.
Альдора выскочила на крыльцо босиком и тут же вскрикнула - под ногой хрустнуло что-то круглое. Это оказалась маленькая тыковка, которая теперь смотрела на неё обиженно вырезанными глазками.
- Прости, - автоматически пробормотала Альдора, но тут же спохватилась. - Стой! Ты вообще как живая?
Тыковка в ответ только хитро подмигнула (или это показалось?) и покатилась к калитке, оставляя за собой дорожку из семечек. Присмотревшись, Альдора заметила, что семечки выложены... нет, не может быть!... сердечками.
В этот момент калитку распахнул Фрогг. Его длинный нос дрожал от возбуждения, а на алхимическом халате красовалось свежее оранжевое пятно.
- Альдора! - завопил он, размахивая руками. - Твои эксперименты! Я же предупреждал! Удобрять нужно навозом, а не зельями! Особенно такими, от которых овощи сбегают из-под носа!
- Какими ещё зельями? - возмутилась Альдора, но вдруг вспомнила, как три дня назад что-то пролила на тыквенную грядку. Зелье веселья?
Грим, тем временем, обнюхивал следы.
- Интересно, - проворчал он, - они всегда семечки сердечками оставляют или только когда влюбляются?
Лесная неразбериха
Следы вели в лес - не просто рассыпанные семечки, а цепочка аккуратных сердечек, будто кто-то специально выкладывал дорогу для влюблённых. Альдора шла, стараясь не наступать на них (а вдруг это действительно важно?), а Грим семенил рядом, ворча:
- Если хоть одна попробует меня поцеловать, я объявляю войну всем бахчевым культурам в округе. И арбузам заодно.
Лес встретил их неестественной тишиной. Ни привычного стрекотания кузнечиков, ни щебета птиц. Только шелест листьев под ногами да странное бульканье впереди.
- Ну хоть бы одна нормальная тыква попалась, - проворчал Грим. - Чтобы сварить суп...
- Грим! - Альдора схватила кота за хвост. - Смотри!
За поворотом открылась поляна, и у Альдоры отвисла челюсть. Под старым дубом собрались все сбежавшие тыквы. Они качались на ветках, перешёптывались (да-да, именно перешёптывались!), а в центре...
- Нет, - прошептала Альдора. - Этого не может быть.
На пне сидел... вернее, не сидел, а в панике прижимался к стволу Леший. Его обнимала огромная тыква, украшенная фатой из паутины и кленовых листьев. Шапка Лешего красовалась на её боку, а его знаменитую бороду заплели в косичку с бантиком.
- Отстаньте! - орал Леший, отбиваясь от ещё одной тыквы, которая пыталась пристроиться к нему на колени. - Я не хочу жениться! Я вообще холостяк! Вечный холостяк!
Тыква-невеста нежно булькнула и прижалась к нему сильнее.
- Ох, - сказал Грим. - Кажется, мы опоздали на свадьбу.
Альдора оглядела поляну. На другом пне стояло "угощение" - гнилые яблоки, нарезанные кружочками луковицы и бутылка с мутной жидкостью, на которой криво висела этикетка "Шампанское".
- Это что, свадебный банкет? - ахнула ведьмочка.
-Да, - раздался сверху скрипучий голос. На ветке сидела ворона и деловито клевала семечки. - И я тут свидетельница. Пять монет - расскажу все пикантные подробности.
Леший, заметив Альдору, завопил:
- Спасите! Они... они...
-Влюбились, - закончил Грим. - Классика жанра. Кстати, - он повернулся к вороне, - а где регистрация брака проходит? В сельсовете или в дупле?
Спасение холостяка
Альдора уже листала книгу заклинаний, когда Леший предпринял последнюю попытку образумить "невесту". Он нацарапал на коре схему фотосинтеза и тыкал в неё дрожащим пальцем:
- Видишь? Ты - растение! Я - дух леса! У нас даже обмена веществ общего нет! Мы биологически несовместимы!
Тыква растроганно булькнула и прижалась к нему ещё сильнее, чуть не сбив с пня.
- Браво, - сказал Грим. - Теперь ты ей не только жених, но и учитель ботаники. Может, про половое размножение растений расскажешь? Для полного эффекта.
В этот момент на поляну ворвался Фрогг с табличкой "Экскурсии - 5 монет. Уникальное зрелище: живые тыквы и несчастный Леший!"
- Спешите видеть! - орал он, размахивая руками. - Тыква-невеста и жених-недотепа! Фото с привидением - 3 монеты доплата!
Но тыквы, увидев его фартук, вдруг оживились. Одна, особенно ревнивая, закатила истерику - каталась по поляне, разбрасывая семечки и булькая что-то явно обидное.
- Ну всё, - сказал Грим. - Пора заканчивать этот фарс.
Он ловко подсунул "невесте" блестящую пуговицу - та приняла её за обручальное кольцо и на время успокоилась. Альдора тем временем разлила антидот - обычный квас с чесноком, который Грим предусмотрительно прихватил из дома.
Тыквы замерли, потом дружно скривились (насколько это возможно для овощей) и покатились прочь, кроме одной - той самой невесты. Она грустно булькнула и направилась к пугалу на краю поляны.
- Ну хоть кто-то будет счастлив, - философски заметил Грим, наблюдая, как тыква нежно обнимает соломенного человечка.
На обратном пути Альдора заметила, что на крыльце её избушки теперь стоит тыквенный фонарь. Он подмигнул ей, когда она проходила мимо.
- Главное, - сказала ведьмочка Гриму, - чтобы Баба Маня не узнала, что её приворотное зелье сработало на овощ.
- Ага, - зевнул кот. - А то ещё на кота испытает...
И подмигнул фонарю. Тот в ответ радостно булькнул.