Смерть пришла за Алексеем внезапно, оставив после себя не просто горе, а еще и юридическую проблему, хотя он заблаговременно все предусмотрел и аккуратно расписал в завещании. Квартира – младшему сыну и его матери, второй жене Ольге. Сбережения поделить между двумя старшими детьми, там прилично, машину – маме, она брату передаст. Даже бабушкины иконы отписал. Он всех учел, всех попытался примирить, никого не обидев. Казалось, точка поставлена.
Но есть вещи, которые нет возможности расписать. Например, зарплата. Невыплаченные за последний месяц деньги, премия, которую он вот-вот должен был получить.
Весть о смерти сына дошла до отца, Николая Петровича, не через звонок соболезнующего родственника, а через звонок алчного знакомого:
- Слышал, твой-то крякнулся, квартира хорошая осталась. Наследники-то есть?
Николай Петрович смолчал и бросил трубку: не из-за горя, а из-за обиды. Ссора с Алексеем длилась годами с тех пор, как тот, молодой и наглый, заявил, что не намерен жить по указке отца. Старик не простил, и теперь сама смерть сына стала для него не трагедией, а последним актом неповиновения.
- Умер, чтоб мне досадить, – бурчал он, листая старые фотографии.
Когда ему позвонили, что сын ему что-то оставил, тот надулся:
- Мне от его щедрот ничего не надо, денег бы только.
Но к нотариусу сходил заявление написал, дома что-то почитал, и фраза «неполученная заработная плата» впилась в сознание, как крючок. Зарплата — это не подарок, а труд, значит, часть этого труда принадлежит ему, отцу! Логика, в его собственной голове, была железной.
Он дважды послал в адрес предприятия телеграммы: «Прошу выплатить причитающуюся мне от неполученную зарплату моего сына, немедленно».
Ответ от работодателя Алексея был вполне официальный: «Указанные суммы в полном объеме выплачены супруге умершего, Ольге Алексеевне, на основании ее заявления».
- Ах, она какаааая, - возмутился Николай Петрович.
Это было объявлением войны, Николай Петрович подал иск в суд:
– Миллионы она себе присвоила! – кричал он, стуча костяшками пальцев по лакированной скамье. – Мои миллионы! Я требую свою долю, половину, по закону.
Ольга, еще не старая женщина лет сорока, смотрела на него с отвращением.
– Ваша честь, он не видел своего сына много лет, не звонил, не интересовался ни сыном, ни внуком, да и детьми от первого брака сына вообще не интересовался даже не знает, наверное, как их зовут. Иногда отправлял сообщения с требованием денег. Алексей даже сменил номер телефона, чтобы избежать этих унизительных разговоров о деньгах, они не общались, не жили вместе. Какая может быть доля? Какие деньги?
Судья изучала документы: документы о выплатах, заявление Ольги, две телеграммы Николая Петровича.
Алчность старика упиралась в холодные цифры: не миллионы, всего 212 тысячи рублей (премия и зарплата).
– Суд установил, – голос судьи резал воздух, как скальпель, – что неполученные суммы заработной платы умершего составляют 212 000 рублей. В соответствии со статьей 1183 ГК РФ, право на получение этих сумм имеют члены его семьи, а также его нетрудоспособные иждивенцы, проживавшие совместно с ним. Поскольку совместного проживания с отцом не установлено, а заявление от других членов семьи не поступало…
Николай Петрович замер, ловя каждое слово, уже предвкушая победу.
– …суд постановляет: взыскать с ответчика, Ольги Алексеевны, в пользу истца, Николая Петровича, половину от указанной суммы, а именно 106 000 рублей. Вторая половина остается у истицы.
…Иные члены семьи Ф.И.О.8, а именно его мать Ф.И.О.9, супруга Ткаченко В.В., дочь Ф.И.О.10, сын Ф.И.О.11 правом на получение доли неполученных им при жизни по какой-либо причине в ООО «…» сумм заработной платы и приравненных к ней платежей, не имеют, поскольку с заявлением к работодателю о получении таких сумм в своих интересах, не обращались.
Николай Петрович выдохнул с торжеством: он выиграл, доказал, заставил уважать себя.
Он не увидел, как Ольга, сжав губы, сдержала слезы. Не от суммы – от бесконечной низости происходящего. Он не подумал о своих внуках, для которых эти деньги могли бы быть помощью, не вспомнил лицо сына.
Сто шесть тысяч, цена памяти о сыне.
А другие наследники – дети от первого брака, мать Алексея – не получили ничего из этих денег. И не потому, что им не досталось, а потому, что они даже не подумали бороться за них, они горевали, вспоминали, да и считали, что Ольге эти деньги нужнее: похороны нынче стоят дорого.
Но Николай Петрович этим не удовлетворился, он ознакомился с делом, да и написал апелляционную жалобу:
- Неверно суд решил, там нет документов о начисление, какие-то жалкие подтверждения принесли. Точно там не 212 тысяч, а миллион должны, все Ольге этой досталось. Прошу запросить документы и увеличить сумму.
Но жалоба осталась без удовлетворения.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 08.02.2024 N 88-544/2024