Из фильмов, впечатливших меня за последнее время, «Дракула» 2025 года, без сомнения, один из самых достойных, хотя фильм ругают за вторичность, излишний романтизм, «пустоту сценария» и «нестрашность» – увы, современного зрителя сложно чем-то поразить. Но иногда важно посмотреть на творение не глазами критика или «искушенного зрителя», а позволить автору погрузить нас в эту атмосферу и подарить себе возможность понять, прожить те эмоции, через которые проходят герои. Или нет – тут выбор за зрителем.
Подбор актеров (ни одной «примелькавшейся физиономии»), качественная игра, атмосфера… и тень неизбывной печали – то явственная, то едва ощутимая, особенно в глазах помолодевшего «Дракулы» – это сочетание делает фильм незабываемым, он как будто остается с вами еще на некоторое время. Погас экран, а печаль, меланхолия – не мрачная, а та, которую всегда хочется чуть продлить, всё еще продолжает бродить в душе, погружая в странную задумчивость о чем-то едва уловимом. Это то, что всегда отличает талантливые фильмы от «проходных» - вот это послевкусие.
Внешность главной героини оставляет несколько сумбурное впечатление – яркая красота на грани вульгарности, но не соскальзывающая в нее. В первой сцене фильма она - воплощение свободы, чувственности и ощущения неизбежности грядущей печали. Создать такой образ – это всегда особое умение, за него авторам фильма, конечно, отдельная благодарность.
Ка́леб Лэ́ндри Джонс – молодой Дракула, отметившийся в «Людях Икс», «Три билборда на границе Эббинга, Миссури», «Догмен» (честно, не смотрела ни один из них) в этой экранизации органичен настолько, что просто не отвести глаз, он словно растворен в мрачном Средневековье, неотделимая его часть. Мне как будто даже немного не хватило его присутствия на экране, возможно, стоило добавить сцен с ним и главной героиней – на уровне движений, взглядов, жестов, случайных встреч.
Люк Бессон – по-прежнему знак качества, и этот фильм, на мой взгляд – один из самых удачных. Смотреть, погружаться в атмосферу Средневековья, затем «перепрыгивать» в бурлящую жизнь Европы конца XIX, вновь возвращаться в Средневековье, печалиться, надеется, восставать из печали – будут прожиты все грани зрительских эмоций, и это прекрасно.