О спектакле «Сны моего отца 2.0» Московского академического театра имени Вл. Маяковского. Премьера 13 сентября 2025
Есть только два способа для попадания в рай:
сочинять музыку или рассказывать волшебные истории.
Роман Михайлов
Сны у человека бывают разные: страшные, веселые, сказочные, кошмарные, разноцветные, добрые, фантастически прекрасные etc. Реальность сна зыбка и достоверна одновременно. Сон — некая свободная (и несвободная) субстанция, в которой возможно все. И рассказать человеку о самых сложных (и самых простых) вещах на свете можно через сон, через его странную и всемогущую власть.
Володя (замечательная, очень тонкая актерская работа Сергея Беляева), герой спектакля, поставленного по произведениям Романа Михайлова, живет в снах своего отца. Отец (прекрасная работа Сергея Рубеко) видит кошмарные сны других людей. Он избавляет их от кошмаров, и в этом есть нечто жертвенное. А Володя видит его сны. Сны отражают реальность, преломляя ее в странном фантастическом ракурсе, увеличивая, как в лупе, все отвратительные ее стороны, превращая их в гротескный карнавал пережитых впечатлений.
Володе важно обрести в снах покой человека, стремящегося к истине, к кусочку синего неба, за которым — царство любви и ангельский язык, недоступный на земле. Во сне он пытается нащупать истину, сделать из кошмаров сны о спасении в чистой небесной синеве. Из огромного количества диссонансов и отголосков грубой земной материи он старается вычленить те единственно чистые звуки, которые ведут в рай.
Но беспросветные сны наполнены жизнью. Той самой реальностью, с которой трудно бороться. Они представляют собой тяжелое нагромождение абсурда. И если бы все эти сны показали на сцене в виде сложной и красивой философской сказки, столичная публика получила бы очередную порцию тонкого литературно-театрального блюда, изрядно приправленного отвлеченным сюрреализмом. Но перед нами — настоящий театр, а в театре, как известно, возможно все.
Худрук театра Егор Перегудов нашел остроумное режиссерское, техническое и эстетическое постановочное решение для нашего сновиденческого перформанса. Да, это можно назвать и так: публика, находясь в едином сценическом пространстве с актерами, так же теряет устойчивость, ту самую точку опоры и в буквальном смысле движется «по фазе». Фазу движения публики образует громадный сценический круг, который, подобно настоящей карусели, крутится вместе со зрителями, открывая новые пространства и картины. Новые миры несутся друг за другом, открывая неожиданно прекрасные и поразительно странные плоскости, которые, благодаря театру и его фантастическим возможностям, практически бесконечны.
Эта игра с пространством и движением в нем создает поразительное впечатление меняющейся реальности. Помимо кругового движения, Егор Перегудову удалось создать пульсирующее чистой энергией пространство диалогов, в котором актеры находятся так близко к зрителям, что их энергия и актерское мастерство молниеносно достигают цели. Благодаря грамотно выстроенным мизансценам, ни разу не повторяющим друг друга, создается динамичное, эстетически выверенное пространство, где сон и явь находятся в постоянном нелинейном взаимодействии.
Все вместе взятое: движение мыслей и образов, движение зала вместе с актерами, постоянная смена декораций, нестандартные спецэффекты — чистый театр и чистое творчество, производят фантастический эффект. Сотворчество зрителя, драматурга, актеров и режиссера, композитора (Сергей Филиппов) и художника (Владимир Арефьев), создает настоящие чудеса. А сиреневый сценический дым, заполняющий время от времени театральное пространство, олицетворяет те самые сны, в которые мы проникаем благодаря остроумию и высокому поэтическому дару создателей спектакля. Они открывают нам не только тайну человеческого счастья, но и его источник, находящийся в высокой невидимой синеве. В том самом небе, куда не досягают земные кошмары, ни во сне, ни наяву.
Поддержать канал можно здесь.