Так называемая богоизбранность, о коей столько говорят и пишут в наши дни, есть не что иное, как величайший соблазн и ловушка для души человеческой. Идея сия, будто бы некий народ, некая нация, некая отдельная личность или группа личностей поставлены Провидением выше прочих, избавлены от общих законов нравственности и предназначены к особой, исключительной миссии, ведет прямым путем ко вседозволенности, а от нее — к полному оскудению человечности. И это не новое явление; оно старо как мир, но облекается каждый раз в новые одежды, дабы обмануть человека и увлечь его на путь погибели.
Вспомним ветхозаветных фарисеев, кои считали себя избранными хранителями закона, но закон сей обратили в мертвую букву, утратив дух любви и милосердия. Вспомним иных владык и полководцев, мнивших себя орудиями божьей воли, кои ради «высокой цели» проливали моря крови, теряя последний образ человеческий. И что же мы видим ныне? Ту же страшную болезнь, но прикрытую иными, модными словесами. И чтобы понять всю пагубность сего пути, мы обратимся не только к вечным истинам Евангелия, но и к удивительным открытиям науки новейшего времени и к мудрости древних восточных учений, кои, как это ни кажется странным, говорят нам об одном и том же.
I. Призрак Разделенности и Квантовая Целостность
Современная физика, а именно квантовая механика, сокрушила привычные нам представления о мире как о собрании отдельных, изолированных друг от друга частиц. Опыты показывают, что элементарные частицы, некогда мыслимые как некие шарики, существуют в состоянии неразделимой связи — запутанности. Разделенные огромными расстояниями, они продолжают составлять единое целое; изменение состояния одной мгновенно сказывается на другой. Ученые с изумлением обнаружили, что сам акт наблюдения, присутствие сознания, неотделимо влияет на поведение мельчайших частиц материи.
Что же это означает для нашего вопроса? А означает это, что сама идея тотальной отделенности, исключительности и изолированности какой-либо группы от всего человечества есть величайшая иллюзия, противоречащая не только нравственному закону, но и фундаментальному устройству мироздания. Мы не есть «атомы», бессмысленно сталкивающиеся в пустоте. Мы изначально и неразрывно связаны друг с другом на уровне, недоступном грубому зрению, но подтвержденном тончайшими опытами. Утверждать, что одна часть этой единой ткани бытия «богоизбранна», а другая — нет, столь же абсурдно, как утверждать, что электрон в одной галактике «благороднее» электрона в другой. Это есть насилие над самой природой вещей.
Человек, возомнивший себя избранным, духовно изолирует себя. Он воздвигает стены между собою и остальным миром. Но по законам того же квантового мира, изоляция ведет к декадансу, к вырождению, к потере жизненных сил. Система, не обменивающаяся энергией с окружающей средой, неминуемо движется к хаосу и тепловой смерти. Так и душа, отгородившаяся от всеобщей связи любви и сострадания, движется к нравственной смерти, ко вседозволенности, ибо она отрицает сам принцип единства.
II. Иллюзия «Я» и Мудрость Востока
Здесь нам на помощь приходит древняя мудрость Востока, в частности, учение буддизма. Буддизм, с присущей ему проницательностью, указывает на корень человеческих страданий — в ложном чувстве обособленного, неизменного, самодостаточного «Я». Всякая гордыня, всякое насилие, всякая жестокость проистекают из ошибочного отождествления себя с этим призрачным, отдельным «эго», которое нуждается в защите, возвеличении и удовлетворении своих страстей за счет других.
Учение о «не-я» (анатмавада) есть не отрицание личности, а указание на ее текучесть и взаимозависимость от бесчисленного множества причин и условий. Нет никакого твердого, отдельного «я», которое можно было бы избрать. Есть лишь бесконечный поток взаимосвязей. Следовательно, идея богоизбранности есть не что иное, как гипертрофированное, раздутое до размеров коллектива это самое ложное «эго». Это «мы» противопоставляет себя «им», дабы утвердить свою мнимую реальность и значимость. Но чем громче оно утверждается, тем более призрачным и ненастоящим становится, требуя для своего подтверждения все новых и новых доказательств — через унижение, подчинение или уничтожение другого.
Вседозволенность же и есть конечная стадия этой болезни. Если мое «я» или мое «мы» избрано Богом, то его воля и есть высший закон. Его цели оправдывают любые средства. Его благополучие есть высшее благо. В этом состоянии стирается последняя грань между человеческим и звериным, ибо теряется понимание того, что другой — такой же, как я, что его страдание — это мое страдание, что его жизнь столь же драгоценна. Человечность, то есть способность к со-чувствию, к со-страданию, к признанию в другом равного себе, умирает первой в этом порочном круге гордыни.
III. Истинная Избранность как Бремя Ответственности
Но что же есть тогда подлинная избранность? Она, без сомнения, существует, но понимаема она должна быть совершенно иначе. Быть избранным — значит нести величайшее бремя, а не получать привилегию. Это значит осознать свою связь со всем сущим и, следовательно, свою ответственность за него. Пророки Ветхого Завета, которых так любят цитировать поборники исключительности, были избраны не для торжества над другими народами, а для служения им, для донесения до них идеи Единого Бога. Они были страдальцами, гонимыми своими же соплеменниками, ибо их правда обличала гордыню сильных мира сего.
Истинно избранный народ — это тот, который первым должен осознать всеобщее братство людей. Истинно избранный человек — это тот, кто, подобно Франциску Ассизскому или Махатме Ганди, чувствует боль всего живого и отдает себя для облегчения этой боли. Его избранность — в добровольном принятии на себя креста сострадания.
Наука и философия, Запад и Восток — все они, разными путями, указывают нам на одну и ту же истину: мы едины. Мы — частицы единого целого, волны в едином океане сознания. Всякая попытка разорвать эту связь, возвыситься над другим, объявить себя исключительным, ведет к распаду — и внутреннему, личностному, и внешнему, общественному. Вседозволенность есть симптом этого распада, последний крик отчаяния того, кто, потеряв связь с целым, пытается доказать себе, что он еще существует, через насилие и власть.
Но путь к человечности лежит в обратном направлении: в признании своего невежества перед величием мироздания, в осознании того, что твоя свобода заканчивается там, где начинается страдание другого. Ибо в квантово-запутанном, взаимосвязанном мире, страдая за другого, ты страдаешь за себя. А творя добро другому, ты, в конечном итоге, врачуешь и свою собственную душу. В этом и заключается великий и строгий закон бытия, данный нам и через Откровение, и через микроскоп, и через тихую мудрость древних. Осмелимся ли мы его услышать?