14 сентября 1911 года: Роковой выстрел в Киевской опере
Торжества в честь 50-летия отмены крепостного права превратили Киев в имперскую сцену: парады, балы, открытие памятника Александру II. Николай II с семьёй, министры, иностранные гости — всё блистало под сентябрьским солнцем. Но за лоском скрывалась тревога: за пять лет на Петра Столыпина, автора аграрной реформы и «военно-полевых судов», покушались 11 раз.
Вечером 14 сентября в Оперном театре давали «Сказку о царе Салтане». Столыпин, в белом кителе, стоял у оркестровой ямы, беседуя с Фредериксом. Внезапно к нему подошёл молодой человек во фраке — Дмитрий Богров, сын киевского адвоката, эсер. Два выстрела в упор: первая пуля попала в руку, вторая, срикошетив от ордена Св. Владимира, раздробила печень. «Счастлив умереть за Царя», — прошептал премьер, крестясь на ложу императора. Зал взорвался криками, а Богрова, не сопротивляясь, поволокли в караульное помещение.
После выстрелов на допросе заявил: «Столыпин задушил революцию… Я мстил за народ». Через четыре дня, 18 сентября, премьер умер в клинике Маковских. Богрова казнили в Лисячьей горе, спешно закопав в безымянной могиле.
Столыпин, похороненный в Киево-Печерской лавре, оставил Россию на пороге перемен. Его реформы, от переселенческой программы до страхования рабочих, заглохли. Николай II записал в дневнике: «Божья воля». Современники спорили: одни видели в убийстве месть революционеров, другие — заговор придворных, не желавших укрепления власти премьера. Слова Столыпина «Им нужны великие потрясения — нам нужна Великая Россия» звучат как набат.
