Я вышла из кухни, но вдруг услышала шёпот мужа и свекрови за столом.
— Только тише, мам, — говорил Игорь. — Катя не должна узнать раньше времени.
— Конечно, сынок, — отвечала Марина Петровна. — Но долго ли мы сможем это скрывать?
Моё сердце ёкнуло. Я замерла в коридоре, прижавшись спиной к стене. Паркет под ногами предательски скрипнул, и я боялась дышать. В квартире пахло свежезаваренным кофе и яблочным пирогом, который свекровь принесла с утра, но сейчас эти уютные запахи казались чужими, почти враждебными.
— Думаешь, она догадывается? — продолжал шептать Игорь.
— Не знаю. Но вчера задавала странные вопросы про наши встречи. Спрашивала, о чём мы так долго говорим.
У меня похолодели руки. Значит, я была права, когда подозревала, что между мужем и его матерью происходит что-то странное. Последние два месяца они постоянно переговаривались, замолкали, когда я входила в комнату, обменивались многозначительными взглядами.
— Мам, а ты уверена, что это правильно? — голос Игоря звучал встревоженно. — Может, всё-таки сказать ей правду?
— Сынок, мы же договорились. Лучше пусть узнает, когда всё будет готово. Так будет меньше стресса.
Стресса? О каком стрессе речь? Я осторожно приблизилась к кухонной двери, стараясь не наступать на скрипучие половицы. За окном моросил ноябрьский дождь, капли стекали по стеклу, оставляя мутные дорожки. Свет на кухне был приглушённым — только настольная лампа над обеденным столом.
— Но если она случайно узнает от кого-то другого? — не унимался Игорь. — Представляешь, какой это будет удар?
Удар? Я почувствовала, как ноги становятся ватными. О чём они говорят? Какую тайну скрывают от меня уже два месяца?
— Никто ничего не узнает, — убеждающе сказала Марина Петровна. — Я всё организовала очень аккуратно. Документы оформлены правильно, деньги переведены...
Документы? Деньги? Во рту пересохло. Неужели они планируют что-то финансовое за моей спиной? Может быть, хотят продать нашу квартиру? Или взять кредит?
— А если она начнёт задавать вопросы про деньги? — спросил муж. — Катя же ведёт семейный бюджет, она заметит крупные траты.
— Скажешь, что это на работу потратил. Или что мне дал в долг, — быстро ответила свекровь. — Главное, продержаться ещё месяц.
Месяц. Значит, что бы они ни планировали, должно произойти через месяц. В декабре.
— Мам, я всё-таки волнуюсь, — признался Игорь. — Вдруг Катя не поймёт? Вдруг разозлится, что мы всё делали втайне?
— Поймёт, — уверенно ответила Марина Петровна. — Она же умная девочка. А когда увидит результат...
На кухне зазвонил телефон. Я подскочила от неожиданности, сердце забилось как бешеное.
— Алло? — ответила свекровь. — Да, это я... Когда?... Понятно, завтра в два... Хорошо, мы будем.
— Кто звонил? — спросил Игорь после того, как она повесила трубку.
— Из той организации. Говорят, завтра можно приехать для окончательного согласования.
— И что скажем Кате?
— Ничего. Ты завтра на работе будешь, а я скажу, что к врачу пошла. Она не узнает.
Я почувствовала, как щёки горят от обиды и злости. Они не просто что-то скрывают — они откровенно обманывают меня. Встречаются за моей спиной, что-то согласовывают в каких-то организациях, переводят деньги.
— Игорь, — тихо сказала Марина Петровна, — а ты помнишь, что она говорила в прошлом году? Про свою мечту?
— Помню. Но это же невозможно было тогда...
— А сейчас возможно. И я хочу, чтобы её мечта сбылась. Катя столько для нашей семьи сделала...
Моя мечта? Какая мечта? И что я такого сделала для их семьи? Я просто вышла замуж за Игоря и стараюсь быть хорошей женой. Хотя последние два месяца отношения у нас стали какими-то натянутыми именно из-за его постоянных секретных переговоров с матерью.
— Ладно, мам, — вздохнул Игорь. — Будем надеяться, что всё получится. А сейчас давай заканчивать разговор. Катя может вернуться.
Я поспешно отошла от двери, прошла в ванную и включила воду, чтобы создать видимость, что была там всё это время. В зеркале отражалось бледное лицо с растерянными глазами. Кто эта женщина, от которой муж и свекровь скрывают какие-то важные планы?
Через несколько минут я вернулась на кухню. Игорь и Марина Петровна сидели за столом, мирно пили кофе. Но атмосфера была какой-то напряжённой, искусственной.
— А о чём вы тут разговаривали? — как можно небрежнее спросила я, доставая из холодильника молоко.
— Да так, о работе, — ответил муж, не поднимая глаз от чашки.
— О моей пенсии, — добавила свекровь. — Игорь советует, как лучше распорядиться накоплениями.
Ложь. И мы все трое это понимали. Но я решила пока не показывать, что знаю об их обмане.
— Понятно, — кивнула я. — А долго ещё будете советоваться?
— Не очень, — Марина Петровна встала из-за стола. — Мне пора домой. Игорь, завтра не забудь...
— Не забуду, мам.
Они снова обменялись тем самым взглядом — полным понимания и какой-то тревоги.
Когда свекровь ушла, мы с Игорем остались на кухне одни. Он мыл посуду, а я вытирала.
Обычное семейное действо, но сейчас каждый жест казался фальшивым, каждое слово — неискренним.
— Игорь, — решилась я, — у нас всё в порядке?
— Конечно, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз. — А что?
— Просто в последнее время ты какой-то... отстранённый. И с мамой постоянно о чём-то шепчетесь.
Муж замер с тарелкой в руках.
— Катя, не выдумывай. Мы обычно общаемся.
— Обычно? — я повернулась к нему. — Игорь, я же не слепая. Вы что-то скрываете от меня.
На его лице промелькнуло что-то — вина? страх? — но он быстро взял себя в руки.
— Ничего мы не скрываем. Просто мама советуется по поводу своих дел, а я помогаю.
Снова ложь. И мы оба это знали.
Ночью я лежала без сна, прокручивая в голове подслушанный разговор. Документы, деньги, какая-то организация, встреча завтра в два часа дня. И главное — моя мечта, о которой я якобы говорила в прошлом году.
Какая мечта? Я пыталась вспомнить, о чём могла рассказывать Игорю и его матери. О путешествии? О новой работе? О ребёнке? Ничего особенного не приходило в голову.
Утром Игорь ушёл на работу как обычно, поцеловал меня на прощание, сказал, что вечером может задержаться. А в половине второго позвонила Марина Петровна и сообщила, что идёт к врачу, вернётся поздно.
Я знала, что это ложь. Знала, что они встречаются в той самой организации для "окончательного согласования".
И решила выяснить правду.
В два часа дня я стояла возле подъезда дома Марины Петровны и ждала. Через десять минут она вышла, оглянулась по сторонам и быстро пошла к автобусной остановке. Я осторожно последовала за ней.
Автобус привёз нас в центр города. Свекровь вышла возле большого офисного здания, где располагались различные фирмы и агентства. Я проследила, на какой этаж она поднялась, и через несколько минут зашла в тот же лифт.
На табличке четвёртого этажа значилось: "Туристическое агентство 'Мечта'". Сердце ёкнуло. Неужели они планируют какую-то поездку без меня?
Я осторожно приблизилась к стеклянным дверям офиса и заглянула внутрь. Марина Петровна сидела за столом менеджера вместе с... Игорем. Он должен был быть на работе, но был здесь.
Они о чём-то говорили с молодой девушкой, которая показывала им какие-то буклеты. На столе лежали документы, которые свекровь внимательно изучала.
Но самое страшное открытие ждало меня, когда я смогла разглядеть один из буклетов. На обложке красовались пальмы, белый песок и надпись: "Мальдивы. Медовый месяц вашей мечты".
Мальдивы. Игорь планирует поехать на Мальдивы со своей матерью? Или... или там будет кто-то ещё?