— Эмма! Ужин готов? Уже девятый час!
Она сжала деревянную ложку так, что побелели костяшки. Полгода этого голоса из гостиной. Полгода одного и того же тона — требовательного, недовольного.
— Через пять минут, — ответила, не оборачиваясь.
— Опять гречка? Третий день подряд эта гречка!
Дмитрий возник в дверном проёме — растрёпанный, в том же халате, что и вчера. И позавчера. Щетина, мятая футболка, тапочки на босу ногу. Год назад он не позволял себе такого вида даже дома.
— Хочешь котлеты — купи мясо сам, — Эмма не подняла глаз от сковороды.
— На какие деньги? — он усмехнулся. — Я же не работаю. Это твоя зона ответственности.
"Зона ответственности". Эмма медленно выключила газ и повернулась.
— Моя зона ответственности? А твоя?
— Найти достойное место. Думаешь, после банка я пойду куда попало?
— А я, значит, пошла куда попало?
— Ты женщина, — он пожал плечами, — тебе проще. У мужчины репутация, статус...
Эмма смотрела на "статусного" мужчину в застиранном халате и чувствовала, как что-то холодное разливается в груди.
Утром Дмитрий неожиданно встал раньше её. Эмма нашла его в ванной — он брился.
— Собираешься куда-то? — удивилась она.
— Собеседование. Наконец-то что-то стоящее попалось.
Сердце кольнуло надеждой. Первый раз за месяцы.
— В какой компании?
— Пока не скажу, — он ополоснул бритву. — Не хочу сглазить.
Эмма весь день думала об этом собеседовании. Представляла, как он вернётся довольный, как они снова станут командой, как...
Но вечером Дмитрий встретил её привычно кислой миной.
— Как дела? — осторожно спросила она.
— Нормально. Завтра ответят.
— А что за работа?
— Менеджмент. Ничего особенного, но для начала сойдёт.
На следующий день телефон молчал. И послезавтра. Через неделю Эмма спросила:
— Они так и не перезвонили?
— Перезвонили, — буркнул Дмитрий. — Но условия изменились. Зарплата смешная стала.
— Смешная — это сколько?
— Да не важно. Ерунда полная.
Что-то в его тоне заставило Эмму насторожиться. Вечером, когда Дмитрий ушёл в магазин, она заглянула в историю его браузера. Последний переход на сайт вакансий — полторы недели назад.
В субботу зазвонил телефон Дмитрия. Он лениво потянулся с дивана.
— Алло... Да, слушаю... — голос резко изменился. — Нет, я уже говорил, что не интересует... Окончательно.
Сбросил вызов и снова уткнулся в телевизор.
— Кто звонил? — спросила Эмма.
— Назойливые. Работу впаривают какую-то.
У неё пересохло в горле.
— Какую работу?
— Ерунду. Менеджером. График ненормированный, зарплата...
— Дмитрий, — она медленно поставила чашку, — это та самая компания? Где ты был на собеседовании?
Он не ответил. Слишком долго не ответил.
— Дмитрий?
— Ну да, они. И что?
— Как "и что"? — голос задрожал. — Ты сказал, что они отказали!
— Я не говорил, что отказали...
— Ты врал! Они предложили работу, а ты отказался!
— Я не врал! — он вскочил с дивана. — Просто не стал уточнять детали!
— Детали? — Эмма засмеялась, и в этом смехе было что-то истеричное. — Ты месяц морочил мне голову!
— Слушай, а чего ты психуешь? Работа дрянная, зарплата копеечная...
— Сколько? — тихо спросила она. — Сколько они предлагали?
— Какая разница?
— Сколько, Дмитрий?
— Да ерунда полная! Тридцать с чем-то...
Эмма почувствовала, как проваливается в бездну. Тридцать с чем-то тысяч. Столько же, сколько она получала на основной работе.
— Тридцать тысяч — это ерунда? — голос стал опасно тихим.
— Для мужчины с моим опытом — да!
— А для женщины с моим опытом — самое то?
— При чём тут ты? Ты же не банковский работник!
— Полгода без работы, без зарплаты, на моей шее сидишь, а ужин требуешь, как хозяин?!
Слова вырвались сами, накопленные за эти месяцы унижения.
— Я не на шее сижу! — рявкнул он. — Я твой муж! И я не требую — я имею право!
— Право? — она шагнула к нему. — На что ты имеешь право?
— На нормальную жену, которая не пилит мозги! На дом, где меня не допрашивают, как преступника!
— А я имею право на мужа, который не врёт и не паразитирует!
— Паразитирую? — лицо Дмитрия побагровело. — Знаешь что, если тебе так не нравится — скажи прямо! Найду того, кто не будет устраивать допросы!
— Кого найдёшь? — Эмма смотрела на него с неожиданным спокойствием. — Кто ещё согласится содержать взрослого мужика, который боится честно работать?
— Я не боюсь!
— Тогда почему отказался?
— Потому что... потому что...
— Потому что удобнее жить за мой счёт?
Дмитрий сник, опустился на диван.
— Эм, ну не надо так... Я же не специально...
— Специально, — сказала она тихо. — Месяц назад ты соврал про собеседование. Соврал про отказ. Соврал про условия. Всё специально.
Эмма прошла в спальню и достала его дорожную сумку. Начала складывать рубашки — аккуратно, без спешки.
— Что ты делаешь? — Дмитрий возник в дверях.
— Помогаю тебе собираться.
— Куда собираться? — голос дрожал.
— Не знаю. Не моя проблема.
Эмма методично складывала его вещи. Дмитрий рванулся к ней, выхватил рубашку из рук.
— Эмма, остановись! Ты не можешь меня просто выгнать!
— Могу. И выгоняю.
— Но я же... я исправлюсь! Позвоню им завтра же!
— Поздно.
— Не поздно! — он схватил её за плечи. — Слушай, я понимаю, что был неправ...
Эмма мягко освободилась.
— Дмитрий, ты не был неправ. Ты был расчётливым. Нашёл дурочку, которая будет пахать за двоих, пока ты выбираешь "достойные предложения".
— Я не так думал...
— А как? — она повернулась к нему. — Как ты думал, когда соврал про собеседование? Когда отказался от работы? Когда каждый вечер критиковал меня за то, что я недостаточно хорошо вас с диваном обслуживаю?
— Я не критиковал...
— "Опять гречка", "где мой свитер", "почему так поздно"... Это не критика?
Дмитрий молчал. Эмма застегнула сумку.
— Знаешь, что самое обидное? — сказала она тихо. — Не то, что ты врал. Не то, что отказывался от работы. А то, что ты считал меня настолько глупой, что не пойму.
— Эм, я не считал...
— Считал. Иначе зачем было морочить голову с несуществующими собеседованиями?
Она вынесла сумку в прихожую.
— Час на сборы остального.
— А куда я пойду? — в голосе появилось что-то детское, жалобное.
— К маме. К друзьям. Снимешь комнату на те "копейки", от которых отказался.
— У меня нет денег на съёмное жильё!
— Будут, как только устроишься на работу.
— Но мне нужно время, чтобы...
— Время у тебя было. Полгода.
Дмитрий сел на табурет в прихожей, опустил голову.
— Эм, ну нельзя же так... Мы семь лет вместе...
— Последние полгода я жила не с мужем, а с нахлебником.
— Я изменюсь! Честное слово!
Эмма посмотрела на него — растрёпанного, в затёртом халате, с заплаканными глазами. Попыталась вспомнить того мужчину, в которого влюбилась семь лет назад.
— Не изменишься, — сказала мягко. — Потому что не видишь проблемы. Ты до сих пор считаешь, что я неблагодарная истеричка, а ты жертва обстоятельств.
— Это неправда...
— Правда. Иначе ты бы не отказался от работы. Не врал полгода. Не требовал, чтобы я обслуживала твой комфорт.
Она открыла входную дверь.
— Время пошло.
Через час Эмма сидела на кухне за пустым столом. В квартире стояла необычная тишина — никто не возмущался едой, не требовал внимания, не критиковал её усталый вид.
На столе лежала визитка слесаря. Завтра утром поменяет замки.
Эмма откинулась на спинку стула и впервые за полгода почувствовала, что может дышать полной грудью. Страшно? Да. Одиноко? Тоже да.
Но честно.
Она достала телефон и набрала номер подруги:
— Галя? Это я... Да, всё в порядке. Можно к тебе на пару дней приехать? Дмитрий съехал... Нет, не он меня бросил — я его выгнала... Долгая история. Расскажу при встрече.
За окном начинало светать. Новый день. Её день.
Если понравилось, поставьте лайк, напишите коммент и подпишитесь!