Евгений Викторович, мужчина сорока двух лет с дипломом инженера-строителя и зарождающейся панической атакой где-то в районе солнечного сплетения, впервые задумался о том, что, возможно, всему виной звезды. Мысль посетила его не в момент острого приступа, а после, когда он, потный и дрожащий, сидел на кухне и пытался выпить пустырник. Руки не слушались, а в голове стучало: «Инфаркт? Инсульт? Опухоль?». Врачи, к которым он обстоятельно ходил две недели (кардиолог, невролог, эндокринолог), разводили руками: «Здоров как бык, Евгений Викторович. Это ВСД. Нервы. Стресс на работе». Терапевт, женщина с усталыми глазами, добавила: «Отдохните. Валерьянки попейте. Попробуйте проще смотреть на вещи.. А может, вам в отпуск съездить пора?».
Слово «нервы» показалось ему унизительно простым и нефункциональным, о вегето-сосудистой дистонии он и подавно понятия не имел. Его рациональный инженерный ум, привыкший к чертежам, схемам и точным расчетам, искал систему, грандиозную и всеобъемлющую причинно-следственную связь. И он нашел. Вернее, нашел его друг Сергей, фанат эзотерики, заявив за кружкой крафтового пива: «Жень, да твоя проблема ясна как божий день! У тебя просто Меркурий в десятом доме ретроградный! Он блокирует коммуникацию и карьеру, отсюда и стресс! Его срочно нужно гармонизировать и прорабатывать!».
Так начался великий, затратный и абсолютно безуспешный космический квест Евгения Викторовича.
Первой была Алевтина Львовна, дама бальзаковских лет с голосом, похожим на скрип ржавых качелей, и лысым котом-сфинксом по имени Гермес. Сеанс проходил по видеосвязи. Алевтина Львовна, щурясь на натальную карту, которую Евгений с трудом нарисовал в онлайн-сервисе, мрачно изрекла: «Луна в Скорпионе в Шестом доме. Скорпион - психология, шестой дом - обитель служения и болезней.. у вас глубокая подсознательная тревога, связанная с работой, гигиеной и… кишечником. Вы боитесь отравиться жизнью». Гермес в этот момент прошел перед камерой и зевнул, показав все свои зубы, что Евгений истолковал как дурной знак.
Алевтина Львовна прописала ему лунную диету (есть только белые продукты: рис, курицу, творог, цветную капусту и пить 2.5 литра воды в день) и посоветовала носить с собой кусочек лунного камня для «стабилизации жидкостных сред». Евгений добросовестно неделю питался отварной куриной грудкой без соли и бегал по ювелирным магазинам в поисках адуляра. Паническая атака настигла его в метро, когда он, сжимая в кармане камень за 3000 рублей, понял, что забыл его «почистить лунным светом» в прошлое полнолуние, как велела Алевтина Львовна. Камень, очевидно, обиделся, «заблокировался» и перестал работать. Евгений чувствовал себя предателем, обманувшим самый доверчивый спутник Земли.
Следующим был молодой прогрессивный астролог-коуч Марк. У Марка не было кота, зато был мощный макбук, инстаграм с красивыми графиками транзитов и уверенность нейрохирурга, вскрывающего черепную коробку вселенной. «Бро, я проанализировал твой запрос, — сказал Марк, энергично щелкая мышкой. — Вижу корень. Твой Сатурн жестоко давит на Асцендент. Это создает кармический блок на самореализацию. По карте ты не позволяешь себе быть собой, вот твое тело и выдает тебе эти спецэффекты». Евгений, который в момент приступа не позволял себе даже нормально дышать, с надеждой кивнул. Наконец-то! Системный подход!
Марк предложил не просто пассивно слушать, а действовать. Во-первых, для блокировки действия Сатурна он предложил заземлиться и чаще работать в саду. Также он заставил Евгения выкрикивать аффирмации в момент точной квадратуры Юпитера с Плутоном («Я — поток изобилия! Моя тревога — это иллюзия эго!») и делать дыхательные практики, синхронизированные с лунными циклами. Однажды ночью, старательно дыша в такт якобы восходящей Луне (Марк прислал аудио-гид), Евгений добился такой гипервентиляции, что у него закружилась голова и он чуть не потерял сознание. Работа в саду тоже не особенно помогла. Хоть он и перекопал все грядки и полил деревья, очередная паническая атака настигла его прямо там, на лавочке с тяпкой в руках.
Между Алевтиной и Марком был еще один специалист — таинственная девушка по имени Ирина, практиковавшая астропсихологию. Она говорила полушёпотом, будто постоянно находилась в Святая Святых. «Ваш Уран в оппозиции к Хирону в четвертом доме указывает на травму рода, связанную с внезапными переменами, — шептала она. — Возможно, вашего прадедушку внезапно забрали в армию, и теперь вы бессознательно ждете подвоха от мира». Евгений, стараясь дышать тише, чтобы не спугнуть озарение, пялился в экран. Он не знал, кем был его прадедушка, но теперь чувствовал вину и перед ним, и за него. Ирина посоветовала мысленно попросить у предка прощения и носить в кошельке медную монету «для заземления уранической энергии». Монета, как вскоре выяснилось, отлично заземляла его деньги в карман Ирины.
Кульминацией этого звездного паломничества стал визит к магу-астрологу, которого нашли по рекомендации за «очень большие деньги, но он реально помогает». Маг-астролог, представившийся Звездочетом Валием, жил на окраине города в квартире, пахнущей ладаном, паленой шерстью и чем-то кислым. Он изучил карту Евгения, провел рукой над хрустальным шаром, который подозрительно напоминал елочную игрушку, и объявил, понизив голос: «Вас сглазили. И это наложилось на прохождение Нептуна по вашему Двенадцатому дому. Двойной удар. Наложение негатива на поле искажений. Высшие силы вас не видят и потому не защищают».
Лечение было комплексным и дорогим: составление индивидуального гороскопа совместимости со злым глазом (оказалось, что виновата коллега Людмила из бухгалтерии, у которой, по словам Валия, «всегда были слишком жадные глаза и сильный Марс»), покупка дорогущей мантры для очистки кармы (аудиофайл за 15 тысяч рублей) и ритуал по сжиганию фотографии недоброжелателя. Фотографии Людмилы у Евгения не было, поэтому он распечатал скриншот из корпоративного чата, где она была на втором плане, немного смазанной. Ритуал проводился на балконе. Ветер чуть не унес горящий листок с улыбающейся Людмилой прямиком на новенький хетчбэк соседа, и Евгению пришлось тушить его своим домашним тапком, что окончательно разрушило всю магическую атмосферу и добавило чувства глубочайшего стыда.
Прошло полгода. Пять астрологов, три камня, две монеты, одна мантра и сумма, сопоставимая со стоимостью хорошего ноутбука, были потрачены. Евгений Викторович сидел в том же кресле на кухне. Он теперь знал наизусть все о своих ретроградных планетах, лунных узлах, восходящем знаке и доме своего Хирона. Он мог блеснуть эрудицией на любой вечеринке, сыпля терминами вроде «парс Фортуны» или «секстиль между Венерой и Ураном». Но когда внутри снова начинала накаляться та самая сковородка, изощренные знания о том, что «Марс вот-вот выйдет из пост-ретроградной тени», не охлаждали ее ни на градус. Он чувствовал себя астронавтом, который выучил всю теорию полета к звездам, но при этом не мог починить сломанный унитаз у себя дома.
Очередной приступ заставил его судорожно гуглить «астролог отзывы Москва экспертный проверенный тариф Вселенная». Правда, на сей раз поисковик выдал не только услуги на авито, но и статью под названием «связаны ли астрология и психология". Это был сайт психологического центра, посвященный когнитивно-поведенческой терапии. Статья начиналась с сухих, простых и таких чуждых ему сейчас слов: «Тревожное расстройство — это не магия и не карма. Это излечимое состояние психики, имеющее под собой нейрофизиологическую основу. Это сбой в системе оповещения «сражайся или беги». Его можно перенастроить».
Евгений, уже закоренелый скептик по отношению ко всему, что не обещало мгновенного космического кайфа, только хмыкнул. Но что-то зацепило. Отсутствие обещаний и мистики. Он прочитал статью. Потом другую. Про механизм возникновения панической атаки. Про техники дыхания, которые не были привязаны к фазе Луны. Про то, как мышление влияет на эмоции. Это было скучно. Прозаично. Без всякой магии. Но впервые за долгое время — логично, понятно и… проверяемо.
Он записался на прием к психотерапевту, специализирующемуся на работе с тревогой. На первой же сессии, без единого упоминания Плутона, шестого дома или кармы рода, врач нарисовал ему на листке бумаги простую схему: «Мысль — эмоция — телесная реакция». И показал, где в этом цикле можно поставить запятую. Это было похоже на работу с чертежом. Его родную стихию.
Через несколько месяцев терапии, выполняя упражнение на заземление (он считал предметы вокруг себя, а не махал тяпкой из-за Сатурна), Евгений вышел на балкон и посмотрел на ночное небо. Он нашел Большую Медведицу, Кассиопею, угадал Марс по красноватому свечению. Звезды были прекрасны, холодны и непостижимо далеки. Они были величественным украшением, фантастическим фоном для человеческой жизни. Но они не были ни причиной его проблем, ни их решением. Они были просто красивы.
Он вдруг представил, как где-то там, в другой квартире, другой испуганный человек, такой же, каким был он сам полгода назад, с широкими от страха глазами, слушает, как какой-нибудь астролог с серьезным видом рассказывает ему про ретроградный Меркурий и враждебный Нептун. Евгений усмехнулся. В его улыбке была и грусть, и облегчение, и щепотка здорового цинизма.
«Бедняга, — с легкой жалостью подумал он. — Наверное, у него Луна в Скорпионе в падении. Или Сатурн в Двенадцатом доме делает квадрат к его чувству юмора. Или просто очень громко стучит его собственное, совсем не космическое, а очень земное сердце, которое он по ошибке принял за голос вселенной».
Он достроил в голове воображаемое созвездие «Сломанного Тапка» в честь того самого ритуала, вздохнул и пошел спать. Завтра его ждала сессия с терапевтом и простая, земная, ничем не магическая, но такая эффективная работа над собой. Здесь, на Земле.