Василиса цеплялась за плечи мужчины, поскольку ноги не желали её держать. Голова начала кружиться, а в лёгких чувствоваться напряжение. Но она не хотела отрываться от губ мужчины, которые впервые за долгое время пробудили в ней женщину, чувственную, соблазнительную, желанную. К тому же, последняя невнятная близость с Геной, страшно вспоминать, произошла, когда Василиса была на третьем месяце беременности. А затем… как-то стало не до нежностей в постели. Трудные месяцы ожидания малышей: высокое давление, отёки ног, низкий гемоглобин, тонус матки… То бессонница, то кошмарные сны. Болезненные роды. Дни и ночи, которые она полностью посвятила своим деткам. Вначале, откровенно говоря, было не до Гены, а потом… как-то… расхотелось, что ли. Обнял. Поцеловал в щёку или макушку. И достаточно. А если рукой грудь задел – эйфория. Постель, в семейной жизни, не главное – была она уверена. Василиса считала, что вполне естественен, после появления детей, переход в отношениях с мужем от страсти к тихой нежности. И как всё в итоге обернулось. Мысли тараканами разбежались по самым тёмным уголкам сознания женщины. Она могла лишь постанывать, да сильнее вжиматься в тело Кирилла.
«Надо бы притормозить", - тем временем вспыхнула и быстро погасла мысль в голове мужчины. Он не мог ни о чём думать, когда любимая женщина в его руках была податлива как пластилин.
К губам губами прикасаясь,
Пьёт жизнь неистово её.
К себе притягивая ближе,
Дыхание отдаст своё.
Нет ничего, что в этом мире,
Не смог бы он преодолеть.
За взгляд один, улыбку милой
Готов спуститься в ад гореть.
Не обещает и не просит:
Себе он не принадлежит...
И от любой беды богиню,
Рискуя жизнью, заслонит.
Кирилл подхватил любимую на руки, которая доверчиво жалась к нему. Желание лавой стеклось вниз живота. Не разрывая поцелуя, мужчина шагнул в комнату, что находилась за его спиной.
- Лиса, Лисонька, - неистово шептал он, опуская Василису на кровать. Матрас прогнулся, когда он растянулся рядом с ней, на боку, опираясь на локоть.
Его губы заскользили от виска женщины по щеке к губам, спустились по шее, замерли на пульсирующей «жилке" и продолжили путь к груди.
- Ох, - выгнулась Василиса.
- Любимая моя, - задыхаясь от нежности выдохнул мужчина. Его сердце гулко билось в груди. Сколько он представлял себе… Сколько смаковал единственную ночь… Но реальность была… необыкновенной… Он перехватил её руку, перевернул и прижался губами к запястью, где в такт сердцу пульсировала кровь, чтобы оставляя влажный след подняться до локтевого сгиба и пройтись по нему языком, дразня.
Горячая волна пробежала по телу Василисы.
- Боже… Боже… - стонала она, тая, словно мороженое в жаркий день. Томление в груди стало невыносимым.
Кирилл навис над ней, заглядывая в затуманенные страстью глаза, очерчивая её мягкие, приоткрытые губы пальцем. Его лицо опустилось ниже и женского уха коснулся тёплый выдох:
- Люблю тебя.
- Люблю, - эхом повторила Василиса, не в силах сдержать вырвавшееся признание, закрывая глаза, отдаваясь чувствам, что переполняли её.
«Люблю», - птицей вспорхнула душа Кирилла.
Ослеплённые желанием, окрылённые счастьем, переполненные нежностью, они утолили разгоревшуюся ярким костром страсть и уплыли, переплетясь телами и душами, в сладкий мир Морфея.
© Copyright: Дёмина Наталья.
Продолжение следует ...
Стихотворение автора.