Питер Селлерс родился как Ричард Генри Селлерс 8 сентября 1925 года и скончался от сердечного приступа 24 июля 1980 года. Ему было всего 54 года. Селлерс был английским актёром и выдающимся комиком. Его считают вторым после Чарли Чаплина в комедии и актёрском искусстве комедии. Английские режиссёры, братья Боултинг, охарактеризовали Селлерса как «величайшего комического гения, которого эта страна произвела со времён Чарльза Чаплина». И я не могу не согласиться с такой оценкой.
BBC отметила столетие со дня его рождения повторным показом блестящего трёхсерийного документального фильма о его жизни The Peter Sellers Story («История Питера Селлерса») и художественного фильма-биографии The Life and Death of Peter Sellers («Жизнь и смерть Питера Селлерса»), где Джеффри Раш исполнил замечательную роль Селлерса. Я видел всё вышеупомянутое.
А прошлой ночью, в качестве моей личной дани памяти этому человеку и домашнего задания для этой статьи, я посмотрел Being There («Будучи здесь»). Это фильм, которого я никогда раньше не видел. Если бы не столетие со дня рождения Селлерса, я почти уверен, что так бы его и не посмотрел. Это странный фильм. Ведь история столь же странна, как и главный персонаж — Чанс… садовник, который становится Чонси Гардинером из-за того, что его имя было неверно услышано. Это была последняя роль Селлерса.
Питер Селлерс играет главного героя — никому не известного человека, который благодаря обстоятельствам и случайности становится фигурой в политическом истеблишменте Америки. В конце фильма Чонси Гардинера готовят элиты к посту следующего президента. Его простые ответы на происходящее кажутся освежающе искренними и аполитичными. И именно таков он и есть.
В интервью Роджеру Эберту Питер Селлерс сказал, что у него «абсолютно нет личности. Я хамелеон. Когда я не играю роль — я никто». В этом фильме Селлерсу приходится сыграть самого себя — в роли «никого». Именно поэтому образ получился настолько совершенным. Селлерс прекрасно знал этого персонажа.
Это, пожалуй, самое близкое понимание того, что двигало Селлерсом. В фильме-биографии мы видим, как он в ярости разрушает игрушки своего сына Майкла в спальне после того, как мальчик пытался помочь отцу, закрасив царапину на его новом спортивном автомобиле. Его дети подвергались вспышкам ярости отца и последующим чрезмерным подаркам в качестве компенсации. Есть также сцены домашнего насилия с его первой женой Энн (Эмили Уотсон) и с Бритт Экланд (Шарлиз Терон), которые ещё больше порочат его репутацию.
Жизнь рядом с Селлерсом была похожа на хождение по яичной скорлупе. Его первая жена в интервью вспоминала, что никогда не знала, в каком настроении он вернётся домой. Ни в фильме, ни в трёхсерийном документальном проекте Селлерс так и не показан на приёме у психиатра. Думаю, многие просто не знали о его вспышках ярости и насилии, а те, кто знал, жили уже счастливо вдали от него. Селлерса мучили демоны, но что именно их породило, установить сложно. Это, конечно, не оправдывает его поведение, но связано ли оно с его детством?
Питер Селлерс (Wikimedia Commons)
Его властная и доминирующая мать явно сыграла роль, но без её давления в начале его карьеры он бы никогда не добился той славы, которой достиг в кино.
Ярость и гнев — это основные признаки того, что сегодня мы определяем как оскорбительное поведение и токсичную маскулинность. Селлерс устраивал истерики и впадал в ярость, переходящую в физическое насилие. Было ли это следствием слабого отца и доминирующей матери? Лишила ли мать сына индивидуальности, подавив его характер? Был ли Селлерс продолжением её собственных амбиций — сделать его знаменитым? Допускала ли она его дурное поведение без наказания? Руководила ли ей собственная неудовлетворённость жизнью и браком?
Мог бы более сильный отец уравновесить мать или это только создало бы для Селлерса ещё более взрывоопасную домашнюю атмосферу? Он остался единственным ребёнком после смерти первенца — Питера. И его самого стали звать Питером именно из-за этой смерти, а не Ричардом. Было ли какое-то чувство вины внутри всей семьи Селлерсов? Отсюда ли возникли демоны?
Там, где должна была формироваться личность и происходить взросление, появилась воля стать знаменитым и добиться успеха в кино любой ценой. Одержимость, близкая к маниакальной, и сегодня, вероятно, потребовала бы постоянной помощи специалистов. Что поражает меня особенно — «Чанс… садовник» в фильме Being There является полной противоположностью образу Питера Селлерса в фильме-биографии и документальном проекте BBC. Хотя, возможно, правильнее сказать — «Питер Селлерс», ведь мы всё ещё не ближе к пониманию настоящего Питера Селлерса.
Экранизация книги Being There (1971) Ежи Косиньского была единственным проектом, от которого Селлерс никогда не отказался. Он мечтал снять фильм долгие годы, но болезни и бедственное финансовое положение мешали этому. Лишь когда он вернулся к съёмкам новых фильмов о Розовой пантере, ему удалось заинтересовать студии своим проектом.
В фильме-биографии мы видим, как Селлерс тщательно конструирует образ главного героя у себя дома. Его раздражает то, что он не может найти внешний облик Чанса, но, вспоминая своего скромного отца, он основывает образ на нём. Это весьма значимо, но насколько верна такая связь, можно лишь предполагать — как это делают режиссёр и сценарист.
Ближе к концу фильма мы видим Селлерса, уже живущего в одиночестве в Швейцарии, когда он окончательно находит внешний облик Чанса. Эти сцены перемежаются с эпизодами, где он уничтожает свои реликвии, включая домашние фильмы. Ещё один пример детской истерики в теле взрослого, но так и не повзрослевшего мужчины.
Это словно Питер Пэн постарел телом, но его разум оставался раздвоённым: между сознанием 12-летнего мальчика, застрявшего в «Нетландии», и современного комического актёра и кинозвезды. Я осмелюсь предположить, что это определение подходит ко многим великим комикам и актёрам: прерванное психосексуальное развитие, соединённое с универсальным восприятием комического и абсурдного.
Доктор Стрейнджлав, или Как я научился не волноваться и полюбил атомную бомбу (1964) (Wikimedia Commons)
В случае с Питером Селлерсом я добавлю, что он мог бы сыграть роли и Питера Пэна, и капитана Крюка с одинаковым блеском и проникновением. И, конечно, в Докторе Стрейнджлаве (1964), политической сатире и чёрной комедии, его исполнение трёх совершенно разных ролей было и остаётся одним из величайших актёрских достижений, которые вы когда-либо увидите.
Но для меня его высший час — точнее, два — это его игра в Being There. Роджер Эберт в своём мастерском обзоре сравнил Чанса/Чонси Гардинера с компьютерной программой:
«Классическим тестом искусственного интеллекта всегда был вопрос: может ли компьютер быть запрограммирован так, чтобы вести беседу, которая покажется человеку человеческой? Being There — это фильм о человеке, чей ум работает как примитивная программа искусственного интеллекта».
Сегодня мы могли бы дополнить это сравнение Эберта из 1979 года образом андроида, который учится взаимодействовать и способен выдать себя за человека. Но в обоих случаях остаётся проблема — неоднозначная финальная сцена:
«Чанс спокойно идёт по поверхности озера. Мы видим, что он действительно идёт по воде, потому что он любопытно наклоняется и опускает в неё свой зонт».
Очевидная аналогия — фигура Христа. Или, возможно, ангела, посланного, чтобы изучать людей. Это хорошо сочетается с ответом Чанса, когда он сталкивается с человеческой смертностью и смертью:
«Я понимаю».
Но что касается самого «Питера Селлерса» в Being There, Луиза (Рут Аттавэй) говорит Чансу/Селлерсу в самом начале фильма:
«Ты всегда останешься маленьким мальчиком».
И это, пожалуй, максимально приближает нас к пониманию настоящего человека по имени Питер Селлерс.
С днём столетия, Чанс и Ричард, и Доктор Стрейнджлав, и главный инспектор Клузо, и Гарри Робинсон, и Блюбботл, и Карлтон-Браун из Форин-офиса, и доктор Ахмед аль Кабир, и Фу Манчу, и… Питер Селлерс.