2024 год стал пиком позднего Александра Шлеменко. Омский Шторм, казалось, как старый коньяк, становился со временем только лучше и, как старый коньяк, исправно валил людей с ног. Под занавес того года Шлеменко сенсационно одолел топового Анатолия Токова, и всё шло к тому, что 2025 год станет продолжением ветеранского ренессанса. А затем, затем Шлеменко попал под ... "Белаз".
Говорили, что на роковом для Александра Великого майском турнире RCC Омская легенда должен был подраться с английским хулиганом Дарреном Тиллом, но супербой не случился. Тилл снялся, соперника искали второпях и Шлеменко по сути пришлось сыграть в старую недобрую игру " что в ящике?". Вслепую мог вытащить и бразильского мешка и американского борцуху, и кобру и плюшевого мишку. Вытащил кулачника из Беларуси. Вытащил свою чёрную метку.
Владислав "Белаз" Ковалев оказался максимально неудобным для Шторма соперником. Молодой, неуступчивый, умеющий бороться (многие забыли, что известный в основном как кулачник "Белаз" - базовый борец), умеющий бить и умеющий думать ( после боя выяснилось, что и умеющий говорить с вайбами винтажного Макгрегора). В мае 2025 года Ковалёв загнал в угол Шлеменко, а спустя месяц в Азербайджане загнал в гостиничный номер Дэйну Уайта, требуя контракт с сильнейшим промоушном мира. В июне Белаз стучал в дверь Уайту, а уже в сентябре уже привычно стучал в лицо Александру Шлеменко. Маэстро камбэков, король реваншей поражение принял с неожиданным смирением и тоже решил не изменять привычкам.
В первом раунде Ковалев не стал тешить эго Шторма и сразу расставил точки над "Ё", поймал омского маэстро на неудачном бэкфисте и цинично повозил легенду в партере.
Во второй пятиминутке бэкфисты в исполнении Шлеменко посыпались, как из рога изобилия. Приём, который раньше был "фишкой" острой приправой к блюдам, превратился в единственное действенное орудие. Что-то из выброшенного даже пришлось в цель, но белорус съел прямое попадание и продолжил методично доставлять Шлеменко на "первый этаж". На первом этаже тому было неуютно и нокомфортно. К середине второго раунда Шторм окончательно растерял топливо, как НПЗ после атаки БПЛА, и авторская омская школа свелась к авторскому духу и авторскому терпению. Моментами всё происходящее напоминало пьяную драку в баре, моментами Ковалев лупил оппонента, как грушу, но пока Шлеменко дышал, продолжала теплиться надежда на фирменный камбэк.
Перед третьим раундом секунданты уговаривали Шторма только об одном: "Дыши, Саня, дыши!". Саня перестал дышать в третьем раунде, на который он вышел уже даже не терпеть, а умирать. Очередной перевод в партер, удушение сзади и фестиваль терпения был закончен. Старый Лев не сдался, а перестал дышать на боевом посту. В клетке.
Король реваншей не справился с самым опасным соперником за всю карьеру. С собственным возрастом.