Десять лет брака. Один чемодан у двери. Ответ, которого он не ожидал.
«Ты всегда на её стороне. Поздравляю. Теперь у тебя есть она, а у меня будет новая жизнь», - объявила Таня.
Я замер, не зная, что ответить. В комнате повисла такая тишина, что стало слышно, как тикают старые ходики на стене. Тик-так, тик-так - словно отсчитывали секунды до взрыва.
- Ты не можешь просто взять и уйти, - наконец выдавил я.
- Могу, - она вскинула подбородок. - Ещё как могу! Хватит, Костя. Десять лет терпела, больше не хочу.
Десять лет. Неужели мы прожили вместе целых десять лет? Таня стояла у окна, маленькая, хрупкая, но в её глазах горела такая решимость, что мне стало не по себе. Никогда раньше я не видел у неё такого взгляда.
- Из-за одной ссоры? - я попытался взять её за руку, но она отдёрнула ладонь. - Мы же всегда находили общий язык...
- Не из-за одной, - она покачала головой. - Из-за сотни, из-за тысячи. Из-за того, что моё мнение никогда ничего не значило. Из-за того, что твоя мама всегда была важнее меня.
- Это нечестно! - возмутился я. - Ей семьдесят шесть, она больна, одинока...
- А мне тридцать пять, и я тоже одинока, - тихо сказала Таня. - Только ты этого не замечаешь.
Она отвернулась к окну, и я увидел, как напряглись её плечи. В груди что-то сжалось. Странное дело - Таня грозилась уйти, а мне вдруг стало её жалко. Жалко и... страшно.
- Давай спокойно поговорим, - я опустился на край дивана. - Сядь, пожалуйста.
Она неохотно присела напротив, сложив руки на коленях. Такая знакомая и вдруг такая чужая. Кто эта женщина? Куда делась моя Танюшка, моя девочка, которая всегда уступала, всегда улыбалась, всегда говорила «как скажешь, Костенька»?
- Я тебя люблю, - сказал я, глядя ей в глаза. - Ты же знаешь.
- Знаю, - она вздохнула. - Но этого мало, Кость.
- А что нужно? - мне казалось, что я разговариваю с незнакомкой. - Скажи, я всё сделаю.
- Именно сейчас? Когда я собралась уходить? - Таня грустно усмехнулась. - А раньше нельзя было?
Я не нашёлся, что ответить. Что значит «раньше»? Мы же всегда жили хорошо. Ну, бывали ссоры, конечно. У кого их не бывает? Но чтобы вот так, собрать вещи и уйти...
- Я не понимаю, - честно признался я. - Объясни.
Таня вздохнула и поднялась. Подошла к книжной полке, провела пальцем по корешкам. Остановилась на нашем свадебном альбоме.
- Помнишь, как мы познакомились? - спросила она, не оборачиваясь.
- Конечно, - я улыбнулся. - На дне рождения Серёги. Ты пролила на меня вино, а потом полвечера извинялась.
- А потом ты проводил меня домой, и мы всю ночь проговорили на лавочке возле моего подъезда, - она тоже улыбнулась. - Ты рассказывал мне про созвездия, помнишь?
- Помню.
- А помнишь, что ты сказал, когда делал мне предложение?
Я напряг память. Неужели там был какой-то подвох?
- Сказал, что люблю и хочу быть вместе всегда.
- Нет, - она покачала головой. - Ты сказал: «Танюш, выходи за меня. Будешь моей женой, родишь мне детей, будем жить в своём доме, как мы мечтали».
- Ну да, - я пожал плечами. - Разве это плохо?
- Не плохо, - она наконец повернулась ко мне. - Просто ничего из этого не сбылось. Мы не живём в своём доме, мы живём в квартире твоей мамы. У нас нет детей, потому что «сначала надо твою маму на ноги поставить». И я не чувствую себя твоей женой, Костя. Я чувствую себя... приживалкой.
Что-то неприятно кольнуло в груди. Я никогда не смотрел на ситуацию с этой стороны. Мне казалось, у нас всё хорошо. Да, пришлось отложить планы насчёт собственного дома - мама заболела, ей нужен был постоянный уход. Да, с детьми тоже решили повременить. Но разве это повод вот так всё бросать?
- Тань, но ведь это временно, - я попытался взять её за руку. - Вот увидишь, мама поправится, и мы...
- Нет, Костя, - она снова отстранилась. - Твоя мама не поправится. У неё прогрессирующий склероз, ты сам знаешь. Это не простуда, которая пройдёт через неделю. Это навсегда.
- Ты предлагаешь мне бросить больную мать? - я почувствовал, как поднимается внутри глухое раздражение. - Сдать её в интернат? Это твоё решение?
- Нет, - Таня покачала головой. - Я предлагала нанять сиделку. Или переоборудовать первый этаж в твоём загородном доме, чтобы маме было удобно. Я предлагала массу вариантов, Костя. Только ты ни один из них не захотел даже обсудить.
Я промолчал. Ей было легко говорить. Она не понимала, что мама не может жить с чужим человеком. Что ей нужна семья рядом.
- Ладно, - Таня устало потёрла переносицу. - Мы уже сто раз это обсуждали. Я не хочу начинать по новой.
- Тогда не начинай, - я встал, подошёл к ней. - Останься. Всё наладится, вот увидишь.
- Нет, Костя, - она покачала головой. - Не наладится. Мне тридцать пять. Я хочу детей. Своих детей, понимаешь? А с тобой этого не будет. Никогда.
- Откуда такая категоричность? - я развёл руками. - Мы же договаривались подождать всего пару лет...
- Мы «договаривались подождать» восемь лет назад, - Таня посмотрела на меня с горечью. - Я всё ждала и ждала. А теперь больше не хочу.
В дверь осторожно постучали. На пороге появилась мама - маленькая, сгорбленная, с испуганными глазами.
- Костенька, что случилось? - спросила она дрожащим голосом. - Почему Танечка плачет?
Таня смахнула слёзы. Я и не заметил, что она плачет.
- Ничего, мама Вера, - она попыталась улыбнуться. - Всё хорошо. Мы просто разговариваем.
- Опять ругаетесь? - мама покачала головой. - Эх, молодёжь... В наше время семьи крепче были. Мы с твоим папой, Костенька, за тридцать лет ни разу голоса друг на друга не повысили.
- Да, мама, - я кивнул. - Ты нам всегда об этом рассказываешь.
- Потому что вы не цените, что имеете, - она заковыляла к своему креслу. - Танечка, милая, ну что ты всё недовольна? Сыта, одета, муж не пьёт, не бьёт... Чего ещё надо?
Таня бросила на меня быстрый взгляд. В нём читалось: «Видишь? Вот так всегда».
- Мама, мы сами разберёмся, - я помог ей сесть. - Ты лекарства приняла?
- Приняла, приняла, - она махнула рукой. - Я не маленькая. А вот вы всё ругаетесь и ругаетесь. Разве можно так? Танечка, доченька, ну будь умнее. Муж - голова, жена - шея. Куда голова повернёт, туда и смотреть надо.
- Конечно, мама Вера, - Таня вымученно улыбнулась. - Вы совершенно правы.
Я видел, как она сжала кулаки, как побелели костяшки пальцев. Но мама ничего не замечала.
- Вот и молодец, - она довольно кивнула. - А то вечно споришь, своё мнение выказываешь. Это неправильно. Женщина должна быть мягкой, уступчивой.
- Как вы, да? - вдруг спросила Таня, и я вздрогнул от её тона.
- Ну конечно, - мама не заметила подвоха. - Я всегда за отцом Костиным, как ниточка за иголочкой. И тебе советую.
- А вы знаете, мама Вера, - Таня подошла ближе, - что ваш муж изменял вам с соседкой? Тринадцать лет подряд.
Я онемел. Что она несёт?! Папа умер пять лет назад, и сейчас это прозвучало... кощунственно.
- Таня! - я схватил её за руку. - Прекрати сейчас же!
- А что такого? - она повернулась ко мне. - Разве не правда? Ты сам мне рассказывал, помнишь? Как он каждую пятницу якобы «на рыбалку» ездил, а сам к Зинаиде на второй этаж поднимался.
- Замолчи! - я почувствовал, как кровь приливает к лицу. - Как ты можешь?!
- Могу, - она высвободила руку. - Потому что устала от лжи. От этого театра марионеток, в котором все делают вид, что всё прекрасно. Ваш папа был бабник и пьяница, а ваша мама всю жизнь делала вид, что не замечает. И меня вы такой же сделать хотите. Покорной, слепой и глухой.
Мама побелела как мел. Я испугался, что ей станет плохо.
- Мама, не слушай её, - я бросился к ней. - Она не понимает, что говорит.
- Нет, сынок, - мама вдруг выпрямилась в кресле. - Она всё понимает. И говорит правду.
Теперь настала моя очередь побледнеть. Мама знала? Всё это время знала?
- Да, твой отец мне изменял, - она смотрела куда-то мимо нас. - Не только с Зинаидой. Были и другие. Я знала, но молчала. Потому что так было принято, понимаешь? Жена должна всё терпеть, сохранять семью. Меня так воспитали.
- Мама...
- И я хотела, чтобы ты женился на такой же, - она перевела взгляд на Таню. - На послушной, кроткой. Чтобы сидела дома, детей растила, не перечила. А ты выбрал вот эту... с характером.
Таня молча смотрела на свекровь, и в её глазах не было ни гнева, ни торжества. Только усталость и что-то похожее на сострадание.
- Но знаешь, сынок, - мама вдруг улыбнулась какой-то странной, кривой улыбкой, - она права. Я прожила пустую жизнь. Всё ждала, когда твой отец одумается, когда начнётся настоящая жизнь... А она так и не началась. И теперь я старая, больная, и ничего уже не исправить.
Она повернулась к Тане:
- Уходи, девочка. Пока не поздно. Не повторяй моих ошибок.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Я переводил взгляд с матери на жену, не веря своим ушам. Что происходит? Почему они вдруг объединились против меня?
- Мама, ты не понимаешь, - я опустился перед ней на колени. - Таня просто расстроена. Мы поговорим, и всё наладится...
- Нет, сынок, - она покачала головой. - Не наладится. Потому что ты такой же, как твой отец. Думаешь только о себе.
Её слова ударили, как пощёчина. Я всегда считал себя хорошим сыном. Заботливым, внимательным. А тут вдруг...
- Что значит «такой же»? - я почувствовал, как внутри закипает обида. - Я всю жизнь о вас забочусь! Всё для вас делаю!
- Не для нас, - тихо сказала Таня. - Для себя. Чтобы чувствовать себя хорошим.
Я вскочил, задыхаясь от возмущения.
- Значит, так? Я, значит, эгоист? А вы обе - несчастные жертвы? Прекрасно! Тогда действительно, Таня, собирай вещи и уходи! Раз я такой плохой!
- Я уже собрала, - она кивнула на чемодан у двери. - Приедет такси, и я уеду.
- Куда? - я вдруг почувствовал, что почва уходит из-под ног. Она серьёзно? По-настоящему уходит?
- К Лене, - она назвала имя своей подруги. - Поживу у неё, пока не найду квартиру.
- А потом?
- А потом начну новую жизнь, - она пожала плечами. - Без тебя.
- Так просто? - я не мог поверить в происходящее. - Десять лет коту под хвост?
- Не под хвост, - она покачала головой. - Это был опыт. Я многому научилась. Спасибо вам обоим.
В этот момент у неё в кармане зазвонил телефон. Таня достала его, глянула на экран.
- Такси приехало, - она повернулась к маме. - Прощайте, мама Вера. Простите, если что не так.
- Иди, девочка, - мама кивнула. - Ты правильно делаешь.
Таня подошла к чемодану, взялась за ручку. Я смотрел на неё и не узнавал. Куда делась моя тихая, покладистая жена? Кто эта уверенная в себе женщина?
- Тань, - я шагнул к ней. - Не уходи. Давай ещё раз поговорим. Я всё изменю, обещаю.
- Нет, Костя, - она покачала головой. - Не изменишь. И не надо. Просто будь счастлив. По-своему.
Она подхватила чемодан и направилась к выходу. Я застыл на месте, не в силах двинуться. Всё происходящее казалось дурным сном. Сейчас я проснусь, и рядом будет Таня, и всё будет, как прежде...
Хлопнула входная дверь. Я бросился к окну, отдёрнул штору. Внизу, у подъезда, стояло такси. Таня подошла к нему, водитель вышел, помог ей загрузить чемодан в багажник. Она села на заднее сиденье, и машина тронулась.
Я смотрел ей вслед, и внутри разрасталась пустота. Она ушла. Действительно ушла. И, кажется, навсегда.
- Костя, - голос матери прозвучал неожиданно твёрдо. - Нам надо поговорить.
Я обернулся. Мама сидела в кресле прямо, расправив плечи, и выглядела вдруг старше и одновременно моложе - если такое возможно.
- О чём? - я опустился на диван, чувствуя страшную усталость.
- Обо мне. О тебе. О том, что будет дальше.
- А что будет дальше? - я усмехнулся. - Таня бросила нас. Будем жить вдвоём, как раньше.
- Нет, сынок, - она покачала головой. - Я переезжаю к тёте Клаве.
- Куда?! - я вытаращил глаза. - К какой ещё тёте Клаве?
- К моей двоюродной сестре, - спокойно ответила мама. - Она давно зовёт меня к себе. У неё большой дом в деревне, свежий воздух, сад... Мне там будет хорошо.
- Но... как же твоя болезнь? Тебе нужен уход, лекарства...
- Клава медсестрой всю жизнь проработала, - мама улыбнулась. - Уж она-то присмотрит. А ты будешь приезжать на выходных, навещать старуху.
Я не верил своим ушам. Сговорились они, что ли?
- Мама, ты не можешь так просто...
- Могу, сынок, - она вдруг взяла меня за руку. - И должна. Я слишком долго держала тебя возле себя. Это неправильно. Ты должен жить своей жизнью.
- Но я не хочу другой жизни! - вырвалось у меня. - Мне и так хорошо!
- Неправда, - она покачала головой. - Ты несчастлив, просто не признаёшься себе в этом. И Таню сделал несчастной. А теперь и её потерял.
Я молчал, не зная, что возразить. Внутри всё кипело от обиды и злости. Почему они решили всё за меня? Почему никто не спросил, чего хочу я?
- Не переживай, - мама погладила меня по голове, как в детстве. - Ты догонишь её.
- Кого?
- Таню, конечно, - она улыбнулась. - Дашь ей время остыть, подумать. А потом пойдёшь и вернёшь. Если, конечно, захочешь.
- А если не захочу? - упрямо спросил я.
- Тогда найдёшь другую, - она пожала плечами. - Только в этот раз выбирай сердцем, а не потому, что «так надо». И живите отдельно от родителей, заведите детей... Как нормальные люди.
Я смотрел на неё и не узнавал. Куда делась властная, требовательная женщина, которая всегда знала, как мне жить? Передо мной сидела мудрая старуха, спокойно рассуждающая о моём будущем.
- Мам, ты... изменилась, - растерянно сказал я.
- Да, - она кивнула. - Глаза наконец открыла. Поздно, конечно, но лучше поздно, чем никогда.
Она поднялась с кресла - медленно, с трудом, но без моей помощи.
- Пойду чай поставлю. А ты подумай над моими словами.
Я остался один в гостиной. За окном смеркалось. Где-то там, в сгущающихся сумерках, ехала Таня - в новую жизнь, без меня. А я сидел в пустой квартире и не знал, что делать дальше.
Нагнать её? Умолять вернуться? Или отпустить и начать всё заново, как советует мама? Что вообще происходит? Когда мир успел перевернуться с ног на голову?
Из кухни донёсся свист чайника. Я поднялся и пошёл к маме. Нам действительно нужно было многое обсудить. А потом решить, что делать дальше. В одном мама точно права - так, как раньше, уже не будет.
И, может быть, это к лучшему? Может, пришло время и мне начать новую жизнь?
А вы что думаете? Стоит ли бежать за ушедшей любовью или лучше отпустить и начать с чистого листа? И возможно ли вообще начать «новую жизнь», или это всего лишь красивая фраза?
📌Напишите свое мнение в комментариях и поставьте лайк , а также подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые истории ❤️
Так же рекомендую к прочтению 💕:
#семья #любовь #историиизжизни #интересное #психология #чтопочитать #рассказы #жизнь