Что сегодня происходит на рынке финтеха, как привлечь внимание клиента, почему буксует импортозамещение, доказал ли ИИ свою эффективность и стоит ли бояться квантового перехода? Обо всем IT-World беседует с Сергеем Путятинским, вице-президентом по операционной деятельности и ИТ финансовой группы БКС.
Сергей, начнем с основных трендов на рынке финтеха и перспектив на ближайшие годы. Что вам видится интересным?
Импортозамещение — первый значимый тренд, который определяют позиции регуляторов и государства. Финтехи очень активно вовлечены в процесс перехода на отечественные технологии, вкладывая в него значительные средства. Тренд номер два, наблюдаемый на рынке последние год-полтора, — искусственный интеллект. Все озабочены вопросами внедрения ИИ, больших языковых моделей и технологий, которые за ними стоят. Заметных проектов, объективно, на текущий момент нет, многие игроки находятся на этапе тестирования, пытаются понять ценность новых технологий, нарабатывают компетенции.
Рейтинг финтех-сервисов и платежных решений для интернет-ретейла
Третий тренд — работа с данными. Несмотря на то что разговоры про данные идут как минимум последние 10 лет, по-настоящему работать с ними и монетизировать их большинству участников финтех-рынка пока не удалось. Текущие проекты либо находятся на этапе экспериментов, либо показывают крайне низкую эффективность. И четвертая заметная тенденция — обостряющаяся конкуренция между игроками финтех-рынка, и без того высококонкурентного. Количество клиентов практически постоянно, базовые финансовые продукты — проведение платежа, погашение кредита, перевод средств по номеру телефона — и их доставка до клиента у всех игроков рынка примерно одинаковы и по набору, и по функциональности, и по удобству использования. Если еще 10 лет назад у отдельных банков были прорывные решения в части мобильного банка и онлайн-обслуживания, то сегодня их по многим показателям догнали как минимум два-три десятка игроков. В свете всего этого закономерен вопрос: как игрокам сегодня продвигаться на рынке? За счет чего они могут нарастить конкурентоспособность?
Отечественный финтех-сектор — передовой и в плане цифровизации, и по работе с ИИ. На чем буксует импортозамещение?
Текущий финтех-бизнес обслуживает уже созданная, работающая инфраструктура. Аппаратные средства и программные комплексы были реализованы в том числе и на западных технологиях. Действующим игрокам отрасли очень непросто, в том числе и в финансовом плане, поменять всю свою инфраструктуру, которая строилась в течение многих лет. Тем не менее в банках есть объекты критической информационной инфраструктуры (КИИ), которые они обязаны заменить на отечественные, выполняя требования регулятора. Те, кто запускает бизнес с нуля, конечно же, стараются строить его на отечественных технологиях. Еще одна проблема — объем производственных мощностей российских компаний, работающих на рынке импортозамещения и производящих все, начиная от железа и заканчивая софтом. Отечественный рынок пока не готов переварить запрос нашей ИТ-индустрии и произвести объем продукции, способный удовлетворить все потребности в переходе на отечественные технологии.
Вопрос о рисках интеграции ИИ в финтех-проекты. Что необходимо учесть?
Возможность полноценной эксплуатации on-premise практически ни у кого из игроков отечественного рынка нет. При работе с облачным решением необходимо учитывать риски несоблюдения действующего законодательства (законов о персональных данных, о банковской тайне) и риски, связанные с ИБ (риски информационных утечек). Следующий этап — коммерческие риски. Крупнейшие отечественные провайдеры могут оказаться в конкурирующей зоне с действующими финтех-игроками из-за того, что конкурент одновременно является и провайдером решений, связанных с ИИ. Еще один момент, который стоит принять во внимание при внедрении, — нужно очень аккуратно произвести расчет эффективности. Необходимо учесть, что сейчас все эти технологии находятся пока в стадии R&D и поиска эффективности в разных областях. Например, в сфере генерации контента технология уже доказала себя как состоявшаяся и эффективная, в других сферах эффективность ее применения еще предстоит доказать. В разработке ПО нет пока доказанных эффектов от применения ИИ.
Как сформулировать критерии успешности ИИ? Например, если деятельность человека не нормирована четкими количественными показателями, то и эффект от внедрения ИИ оценить крайне сложно. Следующий риск — доверие. Речь идет о языковых моделях, которые собирают и агрегируют информацию, выносят суждения. С какого момента можно говорить о полном доверии к результатам их работы? И по каким параметрам его определить? Как установить баланс между полноценной перепроверкой всего, что выдает модель, и безоговорочном доверии к результатам ее работы? На проверку ответов, которые выдает ИИ-модель, уходит гораздо больше времени. В какой-то момент мы начинаем проверять ее все меньше, повышая таким образом эффективность и параллельно уровень доверия к модели. Какова ответственность за то, что ИИ может выдать ошибку? В качестве самостоятельного субъекта или объекта законодательства ИИ еще не существует. Ответ на вопрос, кто несет ответственность за ошибки ИИ, четко определен законодательством — первые лица организации. Но сегодня вопрос ставится уже в другой плоскости: не пора ли ввести в свод законодательства новый вид субъекта (или объекта) под названием «искусственный интеллект», и часть ответственности переложить на него? Правда, мне кажется, до реальных изменений такого уровня еще очень далеко.
В какой мере сами клиенты финтех-компаний доверяют ИИ и готовы взаимодействовать с ним? Многих технология раздражает, как, например, общение с чат-ботами.
Знаете, что раздражает клиента? Не сам чат-бот, а незрелость технологии, откровенно глупые ответы, оставшиеся нерешенными вопросы. Несмотря на активную рекламную кампанию, которая развернулась вокруг этой технологии пять-шесть лет назад, когда все начали активно внедрять чат-боты, их пришлось постепенно убирать. Очень часто вопрос клиента в конечном итоге может решить только операционист. Увлечение хайпом, желание не отстать от всех привело к тому, что на рынок были выпущены незрелые решения. Попытка сэкономить собственные расходы, по сути, провалилась. Фундаментальные исследования в этой области — научные, математические — не были связаны с получением практической пользы. В области теоретической разработки задача, которую ученые ставили перед собой, была не в повышении экономической эффективности, а в создании чего-то интересного. И потом, возможно, в практическом воплощении. Теоретические разработки 1970–80-х годов за счет современных производительных технологий дали эффект, который мы наблюдаем. И вопрос, нужны они или не нужны, не стоит. Скорее актуальны вопросы «когда», «получится ли» и «поживем-увидим». Возможно, на разработку уйдет не 5–10 лет, а около 50. Понимая, какая математическая и техническая основа лежит под современным термином «искусственный интеллект», можно быть уверенным, интеллект в нашем с вами человеческом понимании из этой технологии не родится. Как минимум в ближайшие годы.
Стандарты открытого банкинга. Многие эксперты связывают с ними будущее финтеха. Насколько эти прогнозы оправданы?
В том, чтобы банкинг стал более открытым, чтобы внешние игроки по определенным API могли взаимодействовать с банками и интегрировать банковские сервисы в свои решения — такая потребность у рынка есть. И это уже происходит на уровне экосистемных игроков. Банк, являясь частью экосистемы, открывает определенные функции для других участников экосистемы, и старается максимально интегрировать их в свои сервисы. Либо банк находится в партнерстве с каким-то игроком из B2B- или B2C-сектора, и банковский сервис встраивается в решение игрока. Банк, таким образом, получает доступ к клиентской базе игрока, а игрок в свою очередь — возможность предложить уникальный сервис, Embedded banking, своим клиентам. Любые цифровые банковские продукты и жесткие требования к их стандартизации, по сути, шаги в этом направлении. Open Banking — это достаточно широкая концепция, по-разному трактуемая регуляторами. Например, в ЕС на игроков наложили обязательства открывать свои рынки. У нас пока такого не случилось, но даже без таких обязанностей со стороны регулятора мы все равно движемся в этом направлении.
Банки vs Big Tech: очень обсуждаемый тренд. Будет ли зарегулирован платформенный рынок в такой степени, что банки бигтехов растеряют своих клиентов? Или, наоборот, традиционный банковский сегмент будет испытывать все больший их отток?
За последние 15 лет я видел лишь пару десятков проектов какого-то нового, нестандартного онлайн-банкинга. Проектов, которые должны были тотально изменить банкинг за счет таких вот мощных стартапов бизнеса, встроенного во что-то большее, было много. Один из первых — банк «Связной». Жил он ярко, но недолго. Такого рода проекты в основном не учитывают двух важных вещей. Первая — требования регулятора в части комплаенса финансового мониторинга. Второе для тех, кто начинает работать с кредитами, — компетенция и адекватный учет кредитного риска. Отличие банковского бизнеса от всего остального и состоит в том, что банки работают с чужими деньгами и зарабатывают за счет правильного и аккуратного их использования. Именно поэтому кредитно-финансовая сфера так сильно зарегулирована. Нетрадиционные банки часто воспринимают требования регулятора как нечто архаичное. Надо улучшать комплаенс и соответствие требованиям финансового мониторинга. А адекватная оценка и управление кредитным риском — это целое искусство. Поэтому я бы смотрел не на объем эмитированных карт «небанковских» банков, а на показатели операционной прибыли, на то, как эти игроки будут проходить проверки регуляторов. И если спустя какое-то время игроки покажут операционную прибыль и отсутствие претензий от регулятора, можно будет говорить о том, что проекты состоялись. На текущий момент таких ярких финтех-историй появления банка с суперновой моделью, который активно захватывает рынок и работает долго, можно назвать, наверное, три: Т-Банк (бывший Тинькофф Банк), банк «Точка» и «Модульбанк». Остальные проекты подобного класса закончились ничем.
Каких инноваций на рынке финтех-продуктов можно ожидать в ближайшее время?
Мне кажется, что финтех, который уже можно назвать традиционным, находится сегодня в состоянии кризиса. Финансовые сервисы ключевых топовых игроков превратились в типовые продукты, своего рода commodity, обладают практически одинаковыми свойствами, и способы доставки данных сервисов через цифровой канал тоже более или менее одинаковы. Финтех вошел в ситуацию тотальной конкуренции, и бороться за клиента в этой ситуации крайне тяжело. Конкуренция идет либо по цене, либо по стоимости привлечения или стоимости удержания клиента. Клиент, как правило, вписан одновременно в несколько систем разных финтех-игроков. За счет технологичности стоимость перехода от одного игрока к другому достаточно невысока и занимает порой лишь несколько минут. Лояльность клиентов низкая, подвижность их очень высока. По большому счету, конкурентные идеи могут состоять в следующем. Первая: игроки финтех-сферы научатся эффективно пользоваться данными, понимать и оценивать профиль клиента, его поведенческую историю и предлагать ему именно что, что требуется. Здесь богатая почва для инноваций. Вторая: борьба за стоимость привлечения клиентов. Это партнерство, вхождение в экосистемы, работа с агрегаторами, у которых достаточно много целевых клиентов финтеха. Каких-то прорывных решений или продуктов в этой сфере я не вижу. За исключением одного — если кому-то действительно удастся получить какой-то заметный эффект от ИИ. Но это не прогноз, а лишь гипотеза. Теоретически за счет технологического витка в ближайшем будущем мы можем увидеть принципиально иной банкинг, построенный в формате диалога. В последние пять-восемь лет мы ушли в формат онлайн, отказались от визитов в банк и общения с сотрудниками и получаем финансовую услугу, используя программный интерфейс. Вернуться снова в диалоговый режим мы можем за счет AI-помощников и AI-ассистентов. Это не прогноз, а некая вероятность. Подобного технологического витка может и не случиться, если технология снова окажется сырой, как с чат-ботами пять-шесть лет назад.
Ждать ли нам того, что квантовые компьютеры рано или поздно попадут в руки мошенников, а стандарты шифрования потеряют актуальность?
Международное сообщество, которое разрабатывает общие подходы к шифрованию и обеспечению защиты информации, работает над этой проблемой. Скорее всего, внедрение технологии квантовых вычислений просто приведет к тому, что стандарты шифрования обновятся и требования к ним возрастут. Ситуация, когда внезапно появившийся квантовый компьютер вдруг расшифрует все криптографические ключи, маловероятна. Сообщество, отвечающее за разработку международных стандартов безопасности, говорит о переходе на принципиально другие технологии шифрования на горизонте пяти-семи лет. К тому же современные квантовые компьютеры пока не способны расшифровать ключи. Не исключено, что в течение 5–10 лет это может случиться, но сообщество разработчиков стандартов шифрования к этому готово.
Стоит ли бояться, что квантовый компьютер каким-то образом попадет в руки мошенников? Или же опасаться кибервойн на уровне государств?
Попадание квантовых компьютеров в руки преступников произойдет. Как только появятся разработки, представляющие интерес для преступников, они окажутся в их руках за очень короткое время, и в этом можно не сомневаться. Нам нельзя расслабляться и делать вид, что ничего не происходит, поэтому стандарты, о которых я говорил, дорабатываются. Но реальной угрозы в среднесрочной перспективе нет.