Иногда я ловлю себя на странной мысли: мой сын старше меня.
Нет, не по годам, конечно. По годам всё как положено: я мама, он сын.
Но в жизни случается так, что роли вдруг переворачиваются.
Я в свои пятьдесят пять порой чувствую себя девчонкой — смеюсь до слёз над ерундой, могу загореться какой-то глупой затеей, а потом бросить её на полпути. Или испугаться чего-то пустякового.
А он смотрит на меня и так серьёзно говорит:
— Мам, ты чего? Всё будет нормально.
И в этот момент будто он старший. Он — взрослый, а я маленькая.
Я всё ещё девчонка с лимонадом, разноцветной трубочкой и брызгами на носу.
А он — солидный дядя, который выбирает напитки посерьёзнее и делает это так уверенно, будто родился уже с бокалом в руке.
Я боюсь даже название некоторых слов произнести, а он с ними давно на «ты».
А ещё бывает, он влезет в такие передряги, что я только за голову хватаюсь:
— Господи, и как ты будешь из этого выбираться?
Гляжу на него — и думаю: «Ну всё, взрослее меня. На такие драки я бы и не решилась».
И тогда я чувствую, что мой мальчишка — будто человек с тысячей жизней за плечами, а я рядом с ним — как школьница, у которой впереди ещё учёба и экзамены.
Но в этих перевёртышах есть какая-то особая прелесть.
Мы словно идём по жизни, обмениваясь возрастами:
то он важный и степенный, а я несмышлёная;
то я — мать с опытом и заботой, а он — снова озорник с разбитыми коленками.
И по большому счёту не так уж важно, кто старше по паспорту, а кто по духу.
Главное, чтобы мы шли вместе.