— Мы поживем у тебя пару недель, — сказала сестра Оксана в телефонную трубку таким тоном, словно спрашивала, который час.
Валентина чуть не выронила телефон. За окном кухни шел мелкий октябрьский дождик, а она как раз заваривала себе чай после тяжелого рабочего дня.
— Как это пару недель? — переспросила она. — Ксюша, что случилось?
— Да так, ремонт затеяли, — небрежно ответила сестра. — Весь дом на голову поставили. Жить негде совсем. Ты же не откажешь родной сестре?
Валентина прикрыла глаза. Двухкомнатная квартира, которую она с таким трудом приватизировала после развода, была ее единственным убежищем. Здесь она отдыхала от работы в поликлинике, читала книги, наслаждалась тишиной.
— А гостиница? — слабо предложила она.
— Валя, ты что! — возмутилась Оксана. — У меня же семья, дети! Денег на гостиницу нет, сама знаешь, какие сейчас цены. Да и неуютно это как-то.
— Хорошо, — вздохнула Валентина. — Приезжайте.
— Спасибо, сестренка! — обрадовалась Оксана. — Завтра с утра будем!
Валентина положила трубку и тяжело опустилась на стул. Семья Оксаны — это муж Григорий, двое детей-подростков и, кажется, собаки. Точно, Оксана недавно хвасталась, что завела щенков.
Утром следующего дня Валентина проснулась от настойчивого звонка в дверь. Часы показывали половину седьмого. Она накинула халат и пошла открывать, заранее зная, что увидит.
На лестничной площадке стояла Оксана с огромной сумкой через плечо, рядом Григорий с двумя чемоданами, подросток лет пятнадцати с рюкзаком и девочка помладше. А еще три собаки на поводках — два лабрадора и какая-то дворняжка.
— Приехали! — весело объявила Оксана и, не дожидаясь приглашения, прошла в квартиру.
Собаки сразу же кинулись обнюхивать углы, громко лая. Дворняжка подбежала к дивану и задрала лапу.
— Граф, нельзя! — крикнула Оксана, но было поздно.
Валентина молча пошла за тряпкой. День начинался просто замечательно.
— Вот этот диван раскладывается? — спросил Григорий, постукивая по подлокотнику. — А то мне спину беречь надо.
— Раскладывается, — кивнула Валентина. — Только постельное белье...
— А мы свое взяли, — перебила Оксана. — Предусмотрели все! Дашка, неси пакеты на кухню, а то собаки сумки порвут.
Тринадцатилетняя Дашка послушно потащила к кухне несколько пакетов с собачьим кормом. Ее старший брат Денис устроился в кресле с телефоном и больше ни на что не реагировал.
Собаки бегали по квартире, принюхиваясь и оставляя мокрые следы лап на паркете. Лабрадоры были огромные, размером с теленка каждый.
— Ксюш, а где они будут... ну, свои дела делать? — осторожно спросила Валентина.
— А на улице, конечно! — удивилась сестра. — Мы же их воспитанные растим. Правда, ночью иногда случаются промашки, но мы утром уберем.
Валентина представила, как будет выглядеть ее квартира через неделю, и ей стало дурно.
— Слушай, а у тебя кофе есть? — спросил Григорий. — А то мы всю ночь ехали, устали жутко.
Валентина молча пошла ставить кофе. В прихожей громоздились чемоданы, сумки, какие-то коробки. Казалось, что семья приехала не на две недели, а переехать насовсем.
— Тетя Валя, а где туалет? — спросила Дашка.
— В ванной справа.
Девочка убежала, а через минуту раздался ее визг:
— Мама! Тут Барон наделал!
Оксана махнула рукой:
— Да ладно, с кем не бывает. Валя, у тебя же есть швабра?
Валентина достала швабру и ведро, чувствуя, как внутри все кипит от возмущения. Но промолчала. Сестра же, в конце концов.
К вечеру квартира была неузнаваема. На кухне громоздились миски с собачьим кормом, повсюду валялись детские вещи, из телевизора орал какой-то сериал. Денис захватил ее любимое кресло и не собирался его освобождать.
— Вал, а что на ужин? — спросила Оксана, устроившись на диване с журналом. — А то мы с дороги голодные.
— Я обычно что-нибудь простое делаю, — ответила Валентина. — Яичницу или макароны.
— А мясо? — удивился Григорий. — Мужику надо нормально питаться. И собакам тоже мясо нужно.
Валентина посмотрела в холодильник. Там лежал кусок курицы, который она планировала растянуть на три дня.
— Сейчас что-нибудь приготовлю.
Пока она колдовала на кухне, семья расселась в гостиной как дома. Собаки носились между комнатами, сшибая все на своем пути. Один из лабрадоров умудрился опрокинуть цветочный горшок.
— Мурзик, плохой! — погрозила ему пальцем Дашка, но убирать землю не стала.
Валентина подмела осколки и землю, чувствуя, как нарастает головная боль. А впереди еще почти две недели.
Первая ночь выдалась просто кошмарной. Собаки не могли успокоиться на новом месте, скулили и лаяли. Григорий громко храпел на разложенном диване. А в четыре утра дворняжка Граф устроил лужу прямо посреди коридора.
Валентина встала убирать, стараясь не разбудить домочадцев. Но Оксана все равно проснулась.
— Ой, прости, Валечка, — зевнула она. — Он у нас нервный, на новом месте переживает. Завтра уже привыкнет.
Но завтра оказалось еще хуже. Собаки решили, что территория освоена, и начали метить углы. Дашка рассыпала сухой корм по всей кухне. А Денис включил музыку на полную громкость, заявив, что делает домашнее задание.
— Денис, сделай потише, — попросила Валентина.
— А я не могу без музыки учиться, — буркнул подросток. — У меня такая особенность.
Григорий в это время рылся в холодильнике.
— Валь, а йогурт можно? — спросил он, уже доставая баночку. — А то завтрак легкий какой-то.
Йогурт был единственным, что Валентина планировала съесть на обед.
— Конечно, угощайтесь, — через силу улыбнулась она.
К концу третьего дня Валентина поняла, что долго не выдержит. Дом превратился в хаос. Собачья шерсть покрывала всю мебель. В ванной не протолкнуться от чужих вещей. А самое главное — никто даже не думал убирать за собой.
— Ксюш, — осторожно начала она, когда сестра устроилась на кухне с чашкой чая. — А как дела с ремонтом? Может, уже можно домой ехать?
— Ой, да что ты! — отмахнулась Оксана. — Мы только начали. Сначала черновую отделку делают, потом чистовую. Месяца два точно займет.
— Месяца два? — ахнула Валентина. — Но ты же говорила, две недели!
— Ну, я же примерно говорила, — пожала плечами Оксана. — А что такого? Тебе же не тяжело. Квартира большая, места всем хватает.
Места всем хватает! Валентина спала на раскладушке в собственной спальне, потому что кровать оккупировали дети. Собаки загадили все ковры. А из холодильника исчезают продукты с космической скоростью.
— Знаешь что, — сказала Валентина твердо. — Мне нужно подумать.
— О чем подумать? — удивилась Оксана. — Мы же семья! Друг другу помогать должны.
В этот момент в кухню влетел Граф с Валентиными тапочками в зубах. Тапочки были разгрызаны до неузнаваемости.
— Граф! — крикнула Дашка. — Отдай! Плохая собака!
Но было поздно. Любимые домашние тапочки превратились в лохмотья.
— Ой, прости, Валечка, — смущенно сказала Оксана. — Мы тебе новые купим. Как-нибудь потом.
Как-нибудь потом. Валентина молча подняла остатки тапочек и выбросила в мусорное ведро. Терпение лопнуло.
Вечером, когда все семейство уселось перед телевизором, Валентина подошла к сестре.
— Оксана, нам нужно серьезно поговорить.
— О чем? — не отрываясь от экрана, спросила та.
— О том, что так больше продолжаться не может.
Оксана наконец повернулась к ней:
— А что не так? Мы же стараемся не мешать.
Не мешать! Валентина оглядела гостиную. На полу валялись носки, огрызки яблок, собачьи игрушки. На столе стояли грязные тарелки. А под диваном темнело подозрительное пятно.
— Ксюш, я понимаю, что у вас трудная ситуация, — начала Валентина. — Но моя квартира превращается в... в притон какой-то.
— Да ладно тебе! — отмахнулась Оксана. — Подумаешь, немного беспорядка. Зато весело как! Одной-то тебе скучно небось было.
— Мне не скучно было! — взорвалась Валентина. — Мне было спокойно! А теперь я в собственном доме отдохнуть не могу!
— Ну что ты кричишь, — обиделась Оксана. — Дети услышат.
— А пусть услышат! Пусть знают, что в гостях надо себя вести прилично!
Григорий оторвался от телевизора:
— В чем дело, женщины? О чем спор?
— Да вот сестрица наша недовольна нами, — ехидно сказала Оксана. — Мешаем, видите ли.
— Валь, ну что ты, — примирительно сказал Григорий. — Мы же не навсегда. Потерпи немножко.
— Немножко — это сколько? — спросила Валентина. — Месяц? Два? Пока собаки всю мебель не сгрызут?
— А что с мебелью не так? — насторожился Григорий. — Мы же ничего не ломали.
Валентина показала на диван, где виднелись следы собачьих зубов на деревянных подлокотниках.
— А это что?
— Да мелочи, — махнул рукой Григорий. — Наждачкой потрешь, и как новый будет.
Наждачкой потрешь! Валентина почувствовала, что начинает задыхаться от возмущения.
— Все, — сказала она. — Завтра я иду в агентство недвижимости. Сниму вам квартиру на месяц.
— За чей счет? — возмутилась Оксана. — У нас же денег нет!
— За свой счет, — твердо ответила Валентина. — Зато сохраню остатки нервов и квартиры.
— Ты что, родную сестру на улицу выгоняешь? — всплеснула руками Оксана.
— Не на улицу, а в съемную квартиру. На мои деньги.
Оксана надулась и отвернулась. Григорий покачал головой:
— Ну и характер у тебя, Валентина. Жестко как-то.
Жестко! Валентина прошла в спальню и легла на раскладушку, натянув одеяло на голову. Пусть думают что хотят. Завтра же найдет им жилье и освободит свой дом.
Утром она встала пораньше и успела просмотреть объявления в интернете до того, как проснулись гости. Нашла подходящий вариант — двухкомнатная квартира в соседнем районе, недорого.
— Я договорилась с хозяйкой, — объявила она за завтраком. — Сегодня можете переезжать.
— А если мы не хотим? — буркнула Оксана.
— Тогда все равно переезжаете, — спокойно ответила Валентина. — Потому что здесь больше оставаться не можете.
— Мам, а там интернет есть? — встрял Денис, впервые за все дни оторвавшись от телефона.
— Есть, — кивнула Валентина. — И отдельная комната для вас с Дашкой.
— Ну ладно, — согласился мальчишка. — Мне все равно, где жить.
Дашка тоже не возражала. А Григорий пожал плечами:
— Да мне без разницы. Лишь бы диван удобный был.
К вечеру Валентина помогла сестре собрать вещи и отвезла семейство на новое место. Квартира оказалась просторной и светлой. Собаки сразу принялись обследовать территорию.
— Ну вот, — сказала Валентина, передавая Оксане ключи. — Арендная плата внесена на месяц вперед.
— Спасибо, — сухо ответила сестра. — Учту твое гостеприимство.
Валентина ничего не ответила. Попрощалась с детьми, погладила собак и уехала домой.
Дома стояла удивительная тишина. Никто не лаял, не топал, не включал музыку на всю громкость. Валентина прошлась по комнатам, оценивая ущерб. Придется делать генеральную уборку, покупать новые тапочки, реставрировать диван.
Зато она снова могла спать в собственной кровати, пить чай на чистой кухне и читать книги в тишине.
Через неделю позвонила Оксана:
— Слушай, а можно мы еще на месяц останемся? Ремонт затягивается.
— Конечно, — согласилась Валентина. — Только теперь за свои деньги.
— Как за свои? — возмутилась сестра.
— А так. Я уже достаточно помогла. Дальше сами справляйтесь.
Оксана покричала в трубку что-то про бессердечность и семейные узы, но Валентина осталась непреклонна. Помогать родственникам — это одно. А позволять садиться себе на шею — совсем другое.
Месяц спустя сестра наконец съехала и вернулась к себе домой. Ремонт, как выяснилось, закончился еще две недели назад, но жить в гостинице оказалось удобнее, чем дома.
Валентина не стала выяснять подробности. Главное, что ее дом снова принадлежал только ей. И в следующий раз, когда кто-то из родственников захочет пожить пару недель, она сразу предложит им адрес гостиницы.