Когда мы слышим словосочетание «Русская Америка», воображение рисует суровых бородатых мужиков в ушанках, осваивающих бескрайние просторы Аляски. Однако реальность была куда сложнее и интереснее. Российские колонии в Новом Свете, существовавшие с конца XVIII века до 1867 года, были настоящим плавильным котлом народов и культур.
История Русской Америки началась с экспедиций Витуса Беринга и Алексея Чирикова в 1741 году. Уже в составе этих первых отрядов, комплектовавшихся в основном русскими, были датчане, шведы, немцы и французы. Сам капитан-командор Беринг был датчанином на русской службе, натуралист Георг Стеллер — немцем, а астроном Луи Делиль де ла Кроер — французом. Рядом с ними трудились крещеные камчадалы и чукчи. Русская поговорка «как посеешь, так и пожнёшь» тут как нельзя кстати: действительно, какую основу заложили, так всё и пошло.
С 1743 года к открытым землям устремились купеческие суда с «промышленниками» — охотниками за пушниной. Команды этих судов состояли не только из русских. Камчадалы (ительмены) иногда составляли более половины экипажа, так как нанимать их было выгоднее — они получали в полтора раза меньше русских и, по свидетельствам современников, лучше переносили тяготы зимовок, цингу и голод. В промыслах также участвовали коряки, эвенки, якуты и, по отдельным воспоминаниям, коми-зыряне.
Однако вопросы равенства наций в экипажах сомнительны. Английский капитан Джеймс Кук, посетивший Уналашку в 1778 году, описал быт в одной из полуземлянок: в тёплой верхней части жили русские, в холодной нижней — местные алеуты, а посередине — камчадалы. На основании отдельных наблюдений сложно строить теорию о внутреннем неравенстве, но есть ещё один момент. Сибирские аборигены, которые были ещё не так давно покорены, нередко дезертировали, и купцы постоянно сокращали их количество в составе кораблей. К XIX веку упоминания о камчадалах в документах практически исчезают.
С основанием в 1799 году Российско-американской компании и приходом к управлению активных и образованных людей этническая палитра руководства колоний стала ещё разнообразнее. Иногда в публицистической литературе можно встретить даже выражение «немецкий след». Ну, в целом, это выражение тут применимо. Леонтий Адрианович Гагемейстер (он же Людвиг Карл Август фон Хагемейстер) – главный правитель «Русской Америки» - классический российский немец. Барон Фердинанд Врангель тоже российский немец, балтийский. Ну и Николай Розенберг, несмотря на некоторые вопросы к фамилии и происхождению, считается немцем. Естественно, в колонии, как и в метрополии, немцы занимали немало должностей, требующих высокой квалификации: бухгалтеров, приказчиков, врачей и др.
Особую и очень важную группу составляли «финляндские уроженцы». Под этим термином скрывались как финны, так и финские шведы. Последние численно преобладали и играли более заметную роль, особенно в мореплавании. Торговый флот Великого княжества Финляндского был костяком флота Российской империи, и опытные шведские моряки из Финляндии были нарасхват. Порой почти весь экипаж корабля Русско-американской компании состоял из финских шведов.
С самого начала Русская Америка была точкой пересечения интересов мировых держав. Ее посещали испанские, английские, французские и, что особенно важно, американские корабли. Американцы играли двойную роль: они были ярыми конкурентами в пушной торговле (как считают некоторые исследователи - даже порой натравливая индейцев на русские поселения), но в то же время — важнейшими торговыми партнёрами, поставлявшими колониям все необходимое.
Некоторые американские моряки нанимались на службу в Русско-американскую компанию. Шкипер Абрахам Джонс много лет командовал судами, а штурман Джордж Янг (Егор Карлович Юнг) провёл в колониях более 10 лет, обзавёлся семьёй. Однако большинство надолго не задерживалось — американцев отпугивали невысокие по их меркам зарплаты, суровая дисциплина и бюрократия, которая была достаточно сильна. Американцы чаще занимались не совсем законными делами и «отвечали» за контрабанду.
Были в колониях и британцы, особенно после того, как Компания Гудзонова залива арендовала у Русско-американской компании часть побережья. Этнический состав служащих этой компании тоже был пёстрым: англичане, шотландцы, франко-канадцы, метисы и даже гавайцы.
Случались в Русской Америке и поистине экзотические гости. В Ново-Архангельске работал крещёный сиамец (таиландец) Никифор Фролов, привезённый из Петербурга. В колонию был выслан за преступление негр (арап) Александр Львов. Через столицу Русской Америки неоднократно проходили потерпевшие крушение японские моряки, которых русские власти содержали за свой счёт «как можно лучше» и отправляли на родину.
Хотя русские (великороссы и сибиряки) всегда составляли большинство, в колониях присутствовали и другие народности империи. Украинцев и белорусов было немного, всего несколько десятков человек за всю историю. Среди них выделялся морской офицер Василий Хромченко, неоднократно ходивший к берегам Аляски и участвовавший в исследованиях. Заметный след оставили поляки. Польский шляхтич Карл Вишневский прожил на Аляске около 30 лет, пройдя путь от боцмана до управляющего укреплением, приняв православие и сменив имя на Александр.
Из сибирских народов в XIX веке абсолютно доминировали якуты. Их нанимали скотниками, плотниками и рабочими. Отношение к ним властей было противоречивым: одни правители просили не присылать якутов, сетуя, что «работы от них нет, а хлеб едят исправно», другие же запрашивали «50 человек хороших плотников из якутов». Они были надёжными работниками, хотя сырой климат Тихоокеанского побережья переносили плохо.
Встречались в колониях и татары, евреи, армяне, греки, а также представители прибалтийских народов — эстонцы и латыши, которых из-за смешанного происхождения и немецких фамилий бывает сложно идентифицировать.
Русские колонии в Америке стали очень интересным зеркалом национального состава Российской Империи. Колониям нужны были достаточно высококвалифицированные специалисты, которые были готовы работать в сложнейших условиях «Терра Инкогнита»; именно по этой причине состав настолько пёстрый – в глобальном смысле «за морями» не было важно, какой ты национальности, важно – что ты можешь и что из себя представляешь, а уж из какой ты части РИ – вопрос третьестепенный.
Если мы говорим не про период создания колоний, а про период их не очень долгого, но уже сформированного существования – нельзя сказать, что там была этническая дискриминация. А вот социальная – была, но тоже специфическая. Социальный статус и положение человека определялись в первую очередь его сословным происхождением. В метрополии этого пункта часто хватало, но вот в колониях существенно повышалось значение полученного образования и профессионализма в действиях. Некоторое «доминирование» немцев было вызвано их серьёзной подготовкой в «интеллектуальных» сферах, а вот костяк квалифицированной рабочей силы составляли якуты и финны. Великороссы и сибиряки составляли большую часть всего населения колонии, из-за чего нельзя говорить о какой-то их специализации. Русская Америка стала достаточно интересным примером того, как представители десятков народов сообща работали на общее дело, минимизировав национальный вопрос до возможного минимума.
Для желающих погрузится в тему серьёзнее – читайте Гринёва Андрея Вальтеровича, профессора, доктора исторических наук, работы которого легли в основу этого текста.
Автор: Кирилл Латышев