Все части повести здесь
Лиля только усмехнулась горько:
– Ловко ты ответственность за воспитание своей дочери на нас с бабушкой спихнула! Мама, мама... – она покачала головой – потому и жизнь у тебя вся наперекосяк...
– Да нормально все у нас с Олежиком! Не нужны мы вам – да и ладно, сами справимся! Здесь останови!
Лиля остановила около какого-то дома, она не знала, кто сейчас здесь живет, до этого дом стоял в запустении, а сейчас из трубы вился дымок, видимо, мать наметилась сюда в гости.
– Мам – вспомнила вдруг Лиля – ты знаешь о том, что Олежка с Тимом видится?
– Чего?! – мать посмотрела на нее с удивлением, глаза ее слезились на морозе – с чего это ты взяла?!
Часть шестьдесят седьмая
Ей было достаточно того, что она знает – Вика в порядке. Сестра заверила ее, что у них очень строго с медосмотром, она тщательно следит за здоровьем, занимается спортом, посещает лучшего стоматолога в городе, и все это – в первую очередь в ее интересах, потому что сохранять отличный товарный вид – это самая главная задача в ее профессии. Посмеялась тогда:
– Ты не переживай, Лилька! В моих интересах следить за здоровьем, не дай бог, клиента под монастырь подведешь – зароют там, где никто и не найдет!
Рассмеялась звонко, показывая идеальные, здоровые зубы, белые, как снег зимой. Такая она была, Вика – относилась ко всему, как к игре. Лиля так не могла – она еще долго молола в своей голове то, что узнала о сестре, это не давало ей покоя, и после ее рассказа она с болью поняла – будет теперь временами нападать переживание за сестру, за ее жизнь. Где-то слышала, что из этого бизнеса просто так не уходят. Думала сначала – разыскать, откуда идет начало этого всего, пресловутое консалтинговое агентство, и натравить на них милицию, Володя вон, не откажется помочь, но Светка, единственная, которой она все рассказала, только ухмыльнулась:
– Лиль, да ты что?! Это ж известная практика! Стыдно признать, но именно милиция их и крышует. Не мой Володька, конечно, он там и рядом не стоял, он пешка, сошка мелкая, а там люди посерьезнее и такие бабки оттуда имеют!
Лиля удивилась:
– Свет, ты-то откуда про все это знаешь?
Подруга только руками всплеснула:
– Лиля, ты наивна до невозможности! Как вчера родилась! Только дурак про эти дела не знает! Элитные шлюхи всю жизнь были и будут!
– Позор какой! – Лиля прикрыла рукой глаза – Света, самый настоящий позор!
– А ты-то чего стенаешь, подружка?! Чего стыдишься? Самой Вике вон не стыдно, а тебе стыдно! Понятно, что за сестру, но знаешь – не стоит! Не бери на себя лишнего! Ты живешь так, как ты живешь, а она живет своей жизнью, так что успокойся и забей.
Лиля последовала совету подруги, решив, что уже ничего не изменишь, тем более, Вике, похоже, все это очень нравилось. Перед самым Новым Годом она улетела отдыхать в теплую страну под жаркое солнышко и Лиля, заходя иногда в соцсети, на страничке сестры видела фотографии из роскошного отеля, на берегу моря, фото с разных экскурсий и развлечений. На всех фотографиях сестра предусмотрительно была одна, улыбалась своей красивой улыбкой, позировала с большим удовольствием, и Лиля понимала, что Вика счастлива здесь по-настоящему. Видимо, по ее мнению, заслужила отдых. С другой стороны, она точно знала, что полетела Вика туда не одна, а в очередной раз сопровождать очередного богатого толстосума.
Сама же Лиля, новый, две тысячи десятый год, встретила в гордом одиночестве. Светка и Володя уехали – Володе дали отпуск, и они решили провести праздник в Москве, тем более, он получил неплохую премию, и Лиля проводила их в дорогу. Она же хотела тишины и одиночества, и потому решила остаться одна, хотя ее звали к себе Майя и Даша, тетя Тася и Рая Величкина, а также Илья предлагал встречать праздник в ресторане, куда был приглашен его компанией. От всех предложений Лиля вежливо отказалась, и вечером тридцать первого декабря приготовила для себя пиццу, открыла шампанское перед боем курантов и устроилась на подоконнике, чтобы смотреть салют.
От Максима получила только смс-сообщение с поздравлением с праздником, но когда пробили куранты, он позвонил ей и сказал, что Новый Год проводит дома с мамой, подчеркивая, что с тех пор, как узнал о ее болезни, минуты, проведенные рядом с родительницей, стали иметь для него особую ценность.
На следующий день Лиля съездила ненадолго в Подпечинки, поздравить тетю Тасю, Валентина Иннокентьевича, Раю Величкину и чету Баклановых, а возвращаясь обратно – на дороге был гололед, и ехала она медленно – увидела идущую по краю дороги мать. На ней был старый полушубок из искусственного меха и теплый платок на голове. Посигналила ей тихонько, остановилась, приоткрыла окно. Видно было, что мать замерзла – морозы стояли этой зимой трескучие.
– Садись, подвезу тебя, куда нужно! – пригласила она мать.
Та села в машину, и Лиля по запаху поняла, что ошиблась – холодно матери быть не могло, пахло явным запахом вчерашнего перегара, глаза ее масляно поблескивали, оплывшее лицо еще больше постарело.
– Машину купила?! – поинтересовалась она – а матери хоть бы похвастала! Денег, значит, много...
– Ну, машина куплена в кредит, потому про много денег ты загнула, конечно – улыбнулась Лиля и потянулась к заднему сиденью – тут тебе подарок и Олежке. Где он, кстати?
– А! – мать махнула рукой – мотается у друзей тут...
– Мам, ты что, не знаешь, где твой сын?
– Да знаю я! – повысила голос – у Лешки он у Ильина!
Лиля поморщилась.
– Мама, может, бросишь пить, а? Ну, куда это годится?! Давай я тебя на лечение устрою, в клинику!
– А кто тебе сказал, что я пью? Это так, в честь праздника! А так мне пить некогда – я ведь так в теплицах и работаю!
Лиля только головой покачала – как «работает» мать, ей было известно от Бакланова, он сказал ей, что держит ее только из жалости.
– Лиль, ее пока рублем не ударишь, она ничего не понимает – говорил Бакланов – как только премию за прогулы урежешь – целый месяц может не пить – белая и пушистая! А что поделать, я ведь знаю, что ее только это остановит, никакие разговоры уже и не помогают.
Мать тем временем говорила, улыбаясь:
– Вика-то... заходила я на ее страницу... Какая молодец! Всего добилась! Отдыхать за границу ездит, квартира, машина, одевается, как модель, по Москве раскатывает! Правда, такая же бессердечная, как и ты, – мать напрочь забыла – но есть, чем гордиться.
– Да Вика твоя – Лиля с досадой поморщилась – обычная проститутка, элитная правда... Спит с богатыми мужиками за деньги...
Она не знала, зачем об этом сказала матери. Наверное, хотелось, чтобы той было хоть немного стыдно или больно за дочь. Но мать только головой покачала:
– А кто в этом виноват, Лилька?! Ты и виновата! Ты и бабка, царство ей небесное! Знали же, какой у Вики характер! И ни в чем ей не отказывали!
Лиля только усмехнулась горько:
– Ловко ты ответственность за воспитание своей дочери на нас с бабушкой спихнула! Мама, мама... – она покачала головой – потому и жизнь у тебя вся наперекосяк...
– Да нормально все у нас с Олежиком! Не нужны мы вам – да и ладно, сами справимся! Здесь останови!
Лиля остановила около какого-то дома, она не знала, кто сейчас здесь живет, до этого дом стоял в запустении, а сейчас из трубы вился дымок, видимо, мать наметилась сюда в гости.
– Мам – вспомнила вдруг Лиля – ты знаешь о том, что Олежка с Тимом видится?
– Чего?! – мать посмотрела на нее с удивлением, глаза ее слезились на морозе – с чего это ты взяла?!
– Я их в кафе вместе как-то видела. В городе.
– Перепутала, наверное – Анфиса пожала плечом – не может быть такого!
– Не могла я перепутать.
– Да я тебе говорю – не может быть! Чего Тиму вдруг брат понадобился?! Но я с ним, с поросенком, все же поговорю, мало ли, вдруг правда!
«Так он тебе и признался!» – подумала Лиля.
– Закрыв дверь, мать немного постояла, сомневаясь, стоит ли идти туда, куда она намеревалась, а потом стукнула в окно машины. Когда Лиля приоткрыла, спросила ее:
– Денег не одолжишь?
– Давай я лучше продукты куплю. Ты просто скажи, что надо, я съезжу до магазина и возьму.
На это мать только рукой с досадой махнула, и Лиля поняла, для чего она хотела деньги одолжить.
На следующий день Анфиса смутно помнила разговор с дочерью, у нее вообще в последние год – два часто случались провалы в памяти, и она, особенно после очередной гулянки, не могла вспомнить, что происходило накануне. Вот и разговор с Лилей вылетел у нее из головы, она думала о том, что дочь сказала ей что-то важное, но вот что? Долго зацикливаться на одном она не умела, а потому перестала мучить себя и думать об этом.
Через месяц Лиля получила от сестры смс-сообщение о том, что та вернулась с отдыха. После этого писала она редко, а звонила еще реже, но по голосу и сообщениям было понятно, что у нее все в порядке и всем она довольна.
Сама Лиля стала готовиться к весенней сессии, снова много работала, брала дополнительные подработки и мечтала о том, как бы поскорее ей расправиться с кредитом за машину.
Макс иногда приходил к ней посмотреть, в порядке ли ее «ласточка», проверял что-то в машине, советовал заменить ту или иную деталь, и Лиля была признательна ему за помощь. Он выглядел осунувшимся и уставшим, хотя работал в основном на дому, и она спрашивала у него, не нужна ли ему помощь, но он отвечал, что ухаживает за мамой – у нее началось обострение болезни, и врачи не дают никаких прогнозов выхода на ремиссию. В конце концов Максиму даже пришлось нанять ей сиделку, один он справляться уже не мог – много времени отнимала работа.
Весеннюю сессию Лиля сдала успешно, на следующий год ожидалась защита диплома и ей уже очень хотелось, чтобы это побыстрее произошло – тогда она станет специалистом с высшим образованием, и возможно, сможет хотя бы немного продвинуться по карьерной лестнице, тем более, на работе шли разговоры о том, что Илья в связи с расширением будет вносить в штатное расписание вакансию заместителя главного бухгалтера. Анна Николаевна сразу объявила, что на эту вакансию может рассчитывать и Лиля, так как получает «вышку», у остальных девчонок в основном образование было на уровне техникумов и колледжей.
С Максом они сейчас были на той стадии, когда, кажется, любовь изжила себя, и остались дружеские отношения. Иногда он заходил к Лиле в гости, и они могли просто пить чай и болтать о том, о сем, потом Максим быстро собирался и спешил к матери. Лиля иногда думала, что нужно набраться смелости и спросить его о личной жизни – в конце концов, чего ей стесняться, ведь изначально после этой истории она дала ему понять, что пока не может простить его за ложь.
Иногда Максим приносил ей цветы, но больше никогда эти букеты не были из белых лилий - в основном это были розы или хризантемы, и такие букетики радовали и смущали Лилю.
Так пролетела весна, в обычных делах, заботах и хлопотах. Наступило лето, и на свой день рождения Лиле ненадолго удалось вырваться в Мостки – Илья разрешил ей взять отпуск на неделю за свой счет. Варенька была очень рада видеть ее, как и старики, хотя девушка заметила, что Полина Романовна очень сильно сдала за этот год, да и Матвей Егорович, было видно, озабочен был здоровьем своей жены. Незабываемая неделя, проведенная в деревне, подарила Лиле новые силы для работы и последнего года учебы в институте, она думала о том, как хорошо, что в свое время закончила техникум – после него получение «вышки» было более легким и коротким по сроку делом.
После отдыха она вернулась в город полная сил и оптимизма, и с энтузиазмом принялась за работу.
... Олегу в мае месяце исполнилось десять лет, и он чувствовал себя совсем взрослым, в отличие от своих сверстников, которые гоняли по улицам и играли в подвижные игры. Он с нетерпением ждал каждой встречи с Тимом, брат закачивал ему новые игры на планшет, а кроме того, Олег помнил о его обещании поехать летом в Москву.
И вот в начале августа, когда Олежка уже совсем потерял всякую надежду на то, что он увидит столицу, Тим сказал ему по телефону, чтобы брат собирал все нужные в дорогу вещи. Но наказал много с собой не брать – мол, в Москве купим все, что нужно. Воодушевленный парнишка тут же, после звонка брата, принялся толкать в школьный рюкзак все, что, по его мнению, было необходимо в поездке. Они договорились встретиться за поселком на следующий день, там, где всегда и встречались, – на автобусной остановке – причем Тим подгадывал по времени так, чтобы встречаться сразу после того, как автобус отходил, чтобы там не оставалось людей и никто их не видел.
На следующий день, когда Анфиса была на работе, Олежка уже ждал брата. Тим приехал вовремя, открыл ему дверь и тот, сияя от счастья, забрался в машину. Они весело хлопнулись руками, и Тим спросил:
– Ну что, пацан, готов к приключениям?! – получив утвердительный ответ, добавил весело – тогда едем! Нас ждет Москва!
– Слышь, Тимка, а мамке, наверное, сказать надо?!
– Я ей позвоню в дороге, ты не переживай! Конечно, предупредим ее!
Когда они остановились у придорожного кафе, Тим, заказав брату еды, вышел на крыльцо, и Олег видел, как он с кем-то разговаривал по телефону.
– Ну вот, я все объяснил твоей матери! Можно ехать дальше!
– И она отпустила?! – удивленно спросил тот.
– Да она рада была! Ей ведь тоже отдохнуть надо – снисходительно ответил Тим.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.