- Дамы и господа, прошу пристегнуть ремни и привести спинки кресел в вертикальное положение.
Хорошо поставленным голосом стюардесса бодро рапортовала заученные фразы, но Мира уже ее не слышала. Пальцы сами собой нащупали застежку ремня, вставили одну часть в другую до щелчка. Все. Пути назад нет. Суета последних дней оставлена там, за стремительно убегающей взлетной полосой. Девушка устало улыбнулась и практически сразу провалилась в сон. Точнее в его преддверие, когда ты еще не спишь, но уже точно не бодрствуешь и не принадлежишь этой реальности с ее правилами и законами.
С раннего детства, сколько Мира себя помнила, любым ее попыткам уснуть предшествовал этот этап – скитания где-то между явью и выдумкой, когда все образы прожитого дня сливались в одну массу и порой распадались на весьма причудливые куски. Нередко устрашающие и заставляющие девочку кричать во сне, поднимая и без того чутко спящую мать. А иногда, наоборот, красочные и раскрывающие подноготную тех, с кем пришлось встретиться в течение дня. Вот и сейчас сквозь туманную дымку пробилось улыбающееся лицо Влада. Не этого – измотанного жизнью и потерявшего всякую надежду на хоть какие-то кардинальные изменения, а того, каким он был, когда вошел в ее сердце. Встревоженный образ мужчины, с которым она пересеклась прямо перед отъездом, померк и сквозь него проступил милый парнишка с глубоким взглядом, наполненным обожанием. К слову сказать, на Миру представители мужского пола смотрела так всегда. Стоило ей взмахнуть ресницами и взглянуть на собеседника чуть дольше пары секунд, все! Он пропадал раз и навсегда! В юности девушка беззастенчиво пользовалась своей властью, но Влад стал первым, кто сам завладел ее сердцем. И если уж быть честным, не вернул его до сих пор. Она жила, улыбалась, заводила новые романы и строила карьеру, но… с огромной дырой внутри. И недавняя встреча только подтвердила это! А заодно и укрепила в уже принятом решении. Им тесно в одном городе и переезд, хоть и дался тяжело, оказался самым разумным выбором из возможных.
Образ Влада медленно плыл за ней, глуповато улыбаясь и признаваясь в любви. Это выглядело так забавно, что Мира фыркнула, одновременно чувствуя, как самолет набирает скорость и отрывается от земли. Образ бывшего возлюбленного скукожился и развернулся тончайшим паутинным узором, покачивающимся прямо перед лицом девушки. От неожиданности она отпрянула, но спина уперлась в ледяную стену, от соприкосновения с которой плотная выбеленная рубаха сразу же намокла. Мира с удивлением огляделась. Она стояла на узкой каменной лестнице, проделанной в стене, целиком выложенной из ладно подогнанных друг к другу блоков. Широкая длинная рубаха не спасала от пронизывающего хиуса, поддувающего откуда-то снизу. Мира опустила голову. Босые ступни ощущали шероховатости явно не слишком часто используемых ступеней. Она растерянно потопталась на месте и, сморщившись, поджала одну ногу. Ледяной холод камня пронзал от пяток до макушки, заставляя пританцовывать на месте в полном непонимании, как она сюда попала и что делать дальше.
- Экий сон заковыристый, - пробормотала она себе под нос и только сейчас заметила свечу в правой руке.
Толстая и отлитая из какой-то сероватой массы, она безбожно коптила, но другого источника света, как убедилась Мира, здесь не было предусмотрено. Подняв свечу повыше, она попыталась оглядеться. Судя по всему, она застыла на полдороги вниз, но ни внизу, ни наверху ничего не удавалось разглядеть. Только темные камни в потеках воды и образовавшейся за много лет слизи. Миру передернуло от отвращения. Непреодолимое желание немедленно убраться отсюда стало навязчивым и на грани паники. Движение вниз не снизило напряжения. Наоборот. Каждый шаг обжигал холодом, а то и дело сужающиеся стены коридора заставляли тесно прижиматься к осклизлым камням, по которым пробегали таящиеся в темноте насекомые. От каждого их шевеления волосы на голове вставали дыбом и Мира едва сдерживалась, чтобы не смириться с риском сломать шею и бегом не припуститься вниз вместо того, чтобы чинно вышагивать по ступеням, замирая от ужаса каждый раз, заслышав шорох и стон заблудившегося меж камней ветра. Лестница казалась бесконечной, отчего страху внутри только прибавилось, но вдруг Мира поймала себя на совершенно безумной мысли – ей знакомо это место!
На следующей ступени, прямо там, куда попадут пальцы правой ноги, будет выемка. Через десять шагов коридор завернет направо, а потом пойдет вниз под уклоном. Вон в том месте потолок опустится почти вровень с ее макушкой и, чтобы не разбить голову, придется пригибаться. А тут… а там… Мире казалось, что она бредит! Но каждое очередное предположение тут же находило свое подтверждение, вытягивающее наружу какую-то совершенно иррациональную радость узнавания. Возвращения в родные места. Она поднималась из самых глубин ее существа, словно говоря «ты больше не сможешь меня запрятать, я тут и я буду все громче и громче».
- Это просто сон, дурной сон и всего лишь, - как молитву шептала Мира, крепко сжимая свечу и стараясь не думать о том, что в любой момент мечущийся огонек может потухнуть.
Холод пробирал до костей настолько, что девушка тряслась уже всем телом, не понимая, как сон может быть таким реальным. Она подула на оледеневшие пальцы, с удивлением разглядывая в тусклом неровном свете обломанные ногти с черной каймой под ними и без малейшего напоминания о маникюре. Пораженная этим зрелищем, она неосторожно поставила ногу и соскользнула вниз, выронив свечу и нелепо трепыхаясь в кромешной мгле, как живой обступившей напуганную девушку. Мира закричала от страха, ощущая как вместе с криком наружу выходит нечто настолько мощное и первобытное, что места ничему другому уже не остается. Она дернулась и зависла прямо в воздухе, широко расставив руки и ноги. Темный камень перед ее лицом шелохнулся, выгнулся и начал принимать какие-то странные формы, стремительно сменяя одну на другую, пока изумленная Мира не разглядела в его очертаниях чье-то лицо с жутким оскалом.
- Моя! Теперь ты моя! – завыл голос в голове, и полумертвая от ужаса девушка ухнула вниз… ощутив спиной жесткое кресло самолета.
Она не сразу поняла, где находится и что происходит, посчитав тряску страшным продолжением сна. В салоне было полутемно и лишь информационное табло, предписывающее пристегнуть ремни, мигало ярким светом. Вокруг раздавались сдавленные крики пассажиров и детский плач. Мира повернула голову к своему соседу. Мужчина средних лет в неприметном сером костюме вцепился обеими руками в подлокотники и периодически тихо подвывал.
- Что происходит? – крикнула Мира.
Он открыл глаза, в которых плескался животный ужас.
- Турбулентность. Какая-то страшно долгая зона.
Он натянул капюшон пониже, отвернувшись от любопытной соседки.
- Вот и не верь теперь снам, - промелькнуло в голове, и Мира вжалась в кресло, моля о том, чтобы полет не закончился ранее положенных 5 часов.
Для желающих поддержать канал и автора:
Номер карты Сбербанка: 2202 2081 3797 2650