Не планировал в ближайшее время обращаться на канале еще к теме немецких танков, но в комментариях к статье про «Пантеру» читатель высказал мнение, что T-IV уже не удовлетворял нуждам на фронте. Соответственно, и «Пантера» была не лишним экземпляром, а необходимостью. Собственно, давайте посмотрим, что же из себя представлял Pz.Kpfw.IV. Ну а ссылка на статью про Т-V «Пантера выше».
Немного истории создания различных модификаций
Проект танка Pz.Kpfw.FV разрабатывался в рамках требований к машине 18‑тонного класса, предназначенной для командиров танковых батальонов. Новый танк предполагалось вооружить крупнокалиберным орудием и двумя пулемётами. Компоновка закладывалась классическая – однобашенная, с традиционным для немецкого танкостроения передним расположением трансмиссии. Забронированный объём обеспечивал нормальную работу экипажа из 5 человек и размещение снаряжения.
Первые серийные машины покинули цеха завода в Эссене осенью 1937 года, но уже в октябре производство перенесли на завод «Крупп‑Грузон» в Магдебурге. Последний 35‑й танк модификации А там выпустили в марте 1938 года. Броневая защита корпуса Ausf.A колебалась от 15 (борта и корма) до 20 (лоб) мм. Лобовая броня башни достигала 30, бортов – 20, кормы – 10 мм. Боевая масса танка составила 17,3 т. В качестве вооружения использовалась 75‑мм пушка KwK 37 с длиной ствола в 24 калибра (L/24). Боекомплект пушки состоял из 120 выстрелов. Два пулемёта MG 34 калибра 7,92 мм – один спаренный с пушкой, другой курсовой – имели боезапас в 3000 патронов. На танке были установлены 12‑цилиндровый V‑образный карбюраторный двигатель жидкостного охлаждения Maybach HL108TR мощностью 250 л с. при 3000 об/мин и пятискоростная механическая коробка передач. Ходовая часть состояла из восьми сдвоенных опорных катков малого диаметра, сблокированных попарно в четыре тележки, подвешенные на четвертьэллиптических листовых рессорах четырёх поддерживающих катков, ведущего колеса переднего расположения и направляющего колеса с механизмом натяжения гусениц. Следует подчеркнуть, что впоследствии при многочисленных модернизациях Pz.IV его ходовая часть не претерпела сколько‑нибудь серьёзных конструктивных изменений. Танки серии А использовались в основном в учебных целях для подготовки экипажей.
Практически сразу танк стали модифицировать, изменяя углы наклона броневых плит, их толщину, наличие пулеметов – все это было в модификациях B,C,D,E.F. Общим было то, что все выше перечисленные модификации танка Pz.IV вооружались короткоствольной 75‑мм пушкой с начальной скоростью бронебойного снаряда 385 м/с, которая была бессильна как против английской «Матильды», так и против советских Т‑34 и КВ. После выпуска 462 машин варианта F производство было прекращено на один месяц. За это время в конструкцию танка внесли весьма существенные изменения: в него установили 75‑мм пушку KwK40 с длиной ствола 43 калибра и начальной скоростью бронебойного снаряда 770 м/с, разработанную конструкторами фирм «Крупп» и «Рейн‑металл». При этом машины с короткими пушками получили обозначение F1, a 175 танков с новым орудием – F2. Это событие стало поворотным пунктом в судьбе Pz.IV, который получил огневое превосходство над Т‑34. С этого момента функции борьбы с танками противника стали переходить от Pz.III к Pz.IV.
Отдельно стоит остановиться на модификации Н. Т-IV получили 80‑мм лобовую броню, антенна радиостанции была перенесена в корму корпуса, появились 5‑мм бортовые экраны на корпусе и башне, предохранявшие от кумулятивных (или, как их тогда называли у нас, бронепрожигающих) снарядов, изменилась конструкция ведущих колёс. До 18 мм возросла броневая защита крыши башни. Наконец, все наружные поверхности танка обмазывались циммеритом - обмазкой брони немецких танков и САУ периода второй мировой войны для защиты от магнитных мин. Эта версия Pz.IV стала самой массовой: с апреля 1943 по май 1944 года заводские цеха трёх фирм‑производителей – «Крупп‑Грузон» в Магдебурге, VOMAG в Плауэне и «Нибелунгенверке» в С. Валентине – покинули 3960 боевых машин. При этом 121 танк был переоборудован в самоходные и штурмовые орудия.
В ходе серийного производства предпринимались попытки и более глубокой модернизации Pz.IV. Был построен, например, опытный образец с гидравлической трансмиссией. В 1945 году собирались оснащать «четвёрки» дизельными двигателями Tatra 103. Самыми же обширными были планы перевооружения. На танки модификации Н планировалось установить башню «Пантеры» с 75‑мм пушкой с длиной ствола 70 калибров. Построили и деревянную модель танка с этой пушкой, размещённой в стандартной башне. К счастью, все эти планы не вышли из стадии проектов и экспериментов.
Боевое применение
К началу операции «Барбаросса» из 3582 боеготовых германских танков 439 были Pz.IV. Следует подчеркнуть, что по принятой тогда в Вермахте классификации танков по калибру орудия эти машины относились к классу тяжёлых. С нашей стороны современным тяжёлым танком был KB – в войсках их насчитывалось 504 единицы. Помимо численного, советский тяжёлый танк имел абсолютное превосходство и по боевым качествам. Преимуществом перед немецкой машиной обладал и средний Т‑34. Пробивали броню Pz.IV и 45‑мм пушки лёгких танков Т‑26 и БТ, а также 45‑мм советские противотанковые пушки. Короткоствольная же немецкая танковая пушка могла эффективно бороться только с лёгкими танками. Всё это не замедлило сказаться на боевых потерях: в течение 1941 года на Восточном фронте было уничтожено 348 Pz.IV и резко заставило задуматься рейх о модернизации своих танковых сил.
Как упоминалось, ответом на встречу с КВ и Т-34 была замена пушки на танке в модификации F2. На Восточном фронте Pz.IV Ausf.F2 также появились летом 1942 года и приняли участие в наступлении на Сталинград и Северный Кавказ. После прекращения в 1943 году производства Pz.III «четвёрка» постепенно становится основным немецким танком на всех театрах боевых действий. Впрочем, в связи с началом выпуска «Пантеры» планировалось прекратить производство и Pz.IV, однако благодаря жёсткой позиции генерального инспектора Панцерваффе генерала Г. Гудериана, этого не произошло. Дальнейшие события показали, что он был прав.
Вопреки расхожему мнению о том, что на Курской Дуге Красная армия сражалась со зверинцем в лице «Тигров», «Пантер», «Элефантов, нужно отметить, что они, а именно Pz.IV и отчасти Pz.III составляли большинство в танковых частях вермахта в ходе операции «Цитадель». Это утверждение можно хорошо проиллюстрировать на примере 48‑го немецкого танкового корпуса. В его состав входили 3‑я и 11‑я танковые дивизии и моторизованная дивизия «Великая Германия». В общей сложности в корпусе насчитывалось 144 Pz.III, 117 Pz.IV и только 15 «тигров». По немецким данным, в течение июля и августа 1943 года было потеряно 570 «четвёрок». Для сравнения: за это же время «тигров» было потеряно 73 единицы, что свидетельствует как об устойчивости того или иного танка на поле боя, так и об интенсивности их использования. Всего же в 1943 году потери составили существенные 2402 единицы Pz.IV, из которых только 161 машину удалось отремонтировать и вернуть в строй. Красная армия научилась бороться с Панцерваффе, к тому же войска начали наконец активно насыщаться современными САУ.
С течением времени потери только росли. Летом 1944 года немецкие войска терпели поражение за поражением как на Западе, так и на Востоке. Соответствующими были и потери: только за два месяца – август и сентябрь – было подбито 1139 танков Pz.IV. Тем не менее число их в войсках продолжало оставаться значительным.
«Четвёрки» принимали участие в боевых действиях до последних дней войны, в том числе в уличных боях в Берлине. Любопытно отметить, что в конце января 1945 года была сформирована танковая рота «Берлин» в составе 10 «пантер» и 12 Pz.IV, взятых с танкоремонтных предприятий. Танки не могли двигаться своим ходом, поэтому большинство из них было вкопано на перекрёстках берлинских улиц. Экипаж каждого танка состоял из трёх человек.Согласно немецким данным, за время с начала Второй мировой войны по 10 апреля 1945 года безвозвратные потери танков этого типа составили 7636 единиц.
Общие выводы по применению
Как говорит М. Барятинский: «можно утверждать, что в 1940–1941 годах в Европе было только два полноценных средних танка – Т‑34 и Pz.IV. Британская «Матильда» превосходила немецкий и советский танк в броневой защите в той же степени, в которой Мк IV им уступал. Французский S35 представлял собой доведённый до совершенства танк, соответствовавший требованиям Первой мировой войны. Что же касается Т‑34, то, уступая немецкой машине по ряду немаловажных позиций (разделение функций членов экипажа, количество и качество приборов наблюдения), он имел равноценное с Pz.IV бронирование, несколько лучшую подвижность и значительно более мощное вооружение. Такое отставание немецкой машины легко объяснимо – Pz.IV задумывался и создавался как штурмовой танк, предназначенный для борьбы с огневыми точками противника, но не с его танками. В этом плане Т‑34 был более универсальным и, как следствие, по заявленным характеристикам лучшим на 1941 год в мире средним танком»
В 1942 году боевые характеристики Pz.IV после установки длинноствольного орудия резко возросли. Не уступая танкам противника по всем прочим параметрам, «четвёрка» оказалась способной поражать советские и американские танки вне пределов досягаемости их пушек. Лишь в 1944 году, установив на «Шерман» 76‑мм длинноствольную пушку, американцы догнали Pz.IV, а мы, запустив в серию Т‑34‑85, перегнали.
Также у М. Барятинского: «В целом можно утверждать, что из всех немецких танков периода Второй мировой войны Pz.IV был наиболее сбалансированным и универсальным. В этой машине различные характеристики гармонично сочетались и дополняли друг друга. У «Тигра» и «Пантеры», например, имел место явный перекос в сторону защищённости, что привело к их перетяжелению и ухудшению динамических характеристик. Pz.III при многих прочих равных с Pz.IV характеристиках не дотягивал до него по вооружению и, не имея резервов для модернизации, сошёл со сцены. Pz.IV с аналогичной Pz.III, но чуть более продуманной компоновкой такими резервами обладал в полной мере»
Из недостатков же – танк имел недостаточную мощность двигателя и довольно жёсткую и несовременную подвеску, что отрицательно сказывалось на его манёвренных характеристиках. Нельзя отнести к удачному ходу немецких конструкторов оснащение Pz.IV (как, впрочем, и других танков) противокумулятивными экранами. В массовом порядке кумулятивные боеприпасы применялись редко, экраны же увеличили габариты машины, затрудняя движение в узких проходах, перекрывали большинство приборов наблюдения, затрудняли посадку и высадку экипажа.
Также там же у упомянутого автора: «Но, пожалуй, самая большая ошибка немцев заключалась в попытке перехода на новый тип среднего танка – «Пантеру». Сосредоточив в 1942 году все усилия на создании новых танков, немцы перестали заниматься серьёзной модернизацией старых. Попробуем представить себе, что было бы, если бы не «Пантера»? Хорошо известен проект установки на Pz.IV башни «Пантеры», причём как стандартной, так и «тесной» (Schmallturm). Проект вполне реальный по габаритам – диаметр башенного погона в свету у «Пантеры» 1650 мм, у Pz.IV – 1600 мм. Башня вставала без расширения подбашенной коробки.
Неизбежно возраставший (кстати, и без подобного гипотетического перевооружения) вес танка требовал замены двигателя. Для сравнения: габариты двигателя HL 120TKRM, устанавливавшегося на Pz.IV, составляли 1220x680x830 мм, а «пантеровского» HL 230P30 – 1280x960x1090 мм. Почти одинаковыми были у этих двух танков и габариты моторных отделений в свету. У «Пантеры» оно было на 480 мм длиннее, главным образом за счёт наклона кормового листа корпуса. Следовательно, оснащение Pz.IV двигателем большей мощности не являлось неразрешимой конструкторской задачей»
В целом, с этими утверждениями я согласен. Советские конструктуры пошли по пути модернизации существующего среднего танка – Т-34 и не прогадали. А в 1943–1945 годах промышленность Третьего рейха изготовила около 6 тысяч «пантер» и без малого 7 тысяч Pz.IV. Если учесть, что трудоёмкость изготовления «Пантеры» была почти вдвое больше, чем у Pz.IV, то можно предположить, что за это же время немецкие заводы могли бы выпустить дополнительно 10–12 тысяч модернизированных «четвёрок», которые доставили бы солдатам антигитлеровской коалиции гораздо больше неприятностей, чем «Пантеры». Но разве нам стоит на это жаловаться? Думаю, ни разу нет.