— Марина, ты слышишь, что я тебе говорю? — голос матери звучал истерично. — Андрей забрал детей! Он подал в суд, хочет оставить их себе и требовать с тебя алименты!
Марина отложила чашку с чаем и посмотрела на телефон. На экране горело имя «Мама». Елена Сергеевна звонила уже третий раз за утро.
— Мам, я тебя прекрасно слышу, — спокойно ответила Марина. — И что?
— Как что?! — возмутилась мать. — Твоих сыновей увезли к этой... к этой девице! А ты сидишь как ни в чем не бывало!
— Именно так и сижу. Мам, через две недели дети будут дома.
— Да с чего ты это взяла? У него же адвокат хороший, деньги есть...
Марина усмехнулась. Деньги у Андрея действительно были — пока что. Но вот с адвокатом он явно промахнулся, судя по результатам предыдущих разбирательств.
— Мама, успокойся. Кристина не знает, на что подписалась. Она думает, что получит послушных ангелочков, которых папа всегда сам воспитывал. Андрей же ей наврал, что он у нас главный по детям был.
— Откуда ты знаешь, что он ей говорил?
— Да потому что я Андрея пятнадцать лет знаю. Он всегда выставляет себя в лучшем свете, особенно перед новыми женщинами.
Елена Сергеевна шумно вздохнула в трубку:
— А вдруг она справится? Молодая же, энергии много...
— Мам, — терпеливо произнесла Марина, — Кристина рассчитывала получить готовый пакет: обеспеченного мужчину без обременений. А тут вдруг два подростка, которые привыкли, что им все можно у папы. Через пару дней она поймет, что попала в ловушку.
После разговора с матерью Марина налила себе еще чаю и устроилась на диване. В квартире стояла непривычная тишина — впервые за много лет здесь не слышались голоса детей, не хлопали двери, не гремели тарелки.
Странно, но Марина не чувствовала той паники, которая охватила ее мать. Наоборот, внутри поселилось ощущение правильности происходящего. Как будто наконец-то все встало на свои места.
А ведь еще совсем недавно она и представить не могла, что будет так спокойно воспринимать подобные новости. Год назад, когда отношения с Андреем стали совсем холодными, Марина каждый день ждала подвоха. Они почти не разговаривали, только по делам. Утром он молча пил кофе и уходил на работу, вечером так же молча ужинал и садился за компьютер.
Марина понимала, что брак дышит на ладан, и морально готовилась к разводу. Даже надеялась, что расстанутся тихо, по-человечески, ради детей.
Но все изменилось в тот вечер, когда Андрей пришел домой навеселе. Он был не пьяный, но явно выпивший, и это развязало ему язык.
— А знаешь, — сказал он, развалившись на кухне, пока Марина мыла посуду, — Кристина такой борщ готовит! Да еще и с салом. Настоящий борщ!
Марина замерла, не выпуская из рук тарелку. Борщ с салом. Значит, он не просто где-то обедал, а кто-то специально для него готовил. Кто-то, кому хотелось произвести впечатление домашней хозяйки.
— Кристина? — переспросила она как можно равнодушнее.
Андрей вздрогнул, словно очнулся от дремы.
— Да так... коллега одна. У нее день рождения был, вот и угощала всех.
Врал он отвратительно. Марина видела, как дергается его левый глаз — верная примета того, что муж говорит неправду. Раньше она даже умилялась этой особенности, а теперь холодно констатировала факт лжи.
— Понятно, — кивнула она и продолжила мыть посуду.
В ту ночь Марина почти не спала. Борщ с салом — это было серьезно. Это означало, что у Андрея не интрижка на стороне, а полноценный роман с перспективами. Кто-то уже видит себя его женой и демонстрирует кулинарные таланты.
Утром, собирая детей в школу, Марина приняла решение. Если их брак действительно закончился, она должна познакомиться с той, которая может стать мачехой ее сыновей.
Разговор с Андреем был коротким и неприятным. Сначала он все отрицал, потом злился, что Марина «устраивает сцены», а в итоге сдался и согласился на встречу.
Увидев Кристину, Марина сразу поняла, с кем имеет дело. Двадцатипятилетняя блондинка с кукольной внешностью и пронзительными глазами хищницы. Одета дорого, но безвкусно — видимо, недавно разбогатела и еще не научилась тратить деньги с умом.
Встретились в кафе на нейтральной территории. Кристина держалась с показной уверенностью, но Марина видела напряжение в каждом ее жесте.
— Так приятно наконец-то познакомиться, — промурлыкала Кристина, протягивая руку в золотых кольцах. — Андрей так много о вас рассказывает.
— Надеюсь, только хорошее, — улыбнулась Марина.
— Конечно! Он говорит, что вы прекрасная мать. Правда, немного... строгая с детьми.
«Вот и первая ложь», — подумала Марина. Андрей никогда не говорил, что она хорошая мать. Зато постоянно жаловался, что она слишком требовательная.
— А вы любите детей? — спросила Марина, внимательно глядя на собеседницу.
— Обожаю! — воскликнула Кристина с явным перебором энтузиазма. — Андрей рассказывал, что у вас замечательные мальчики. Очень воспитанные и послушные.
«Вторая ложь», — отметила про себя Марина. Дима и Олег были обычными детьми — не ангелами, но и не чертенятами. А вот «очень послушными» их назвать было трудно, особенно когда они находились у отца.
После той встречи Марина окончательно успокоилась. Кристина была именно такой, какой она ее себе представляла — молодой охотницей за чужим благополучием. И главное — она понятия не имела, что значит быть мамой двух подростков.
Развод прошел относительно спокойно. Андрей съехал к Кристине, дети остались с Марией, визиты по выходным — стандартная схема. Но Кристину такой расклад не устроил.
Сначала начались судебные тяжбы по разделу имущества. Андрей требовал половину от всего, включая квартиру, которую Марина получила в наследство от бабушки еще до брака. Проиграл.
Потом попытался уменьшить алименты, доказывая, что дети часто находятся у него. В результате алименты увеличили, потому что выяснилось — его доходы за последний год существенно выросли. Проиграл снова.
Третьей попыткой стали претензии на дачу, которую они купили в браке. Здесь Кристина явно переборщила с аппетитами — требовала продать дачу и разделить деньги пополам, хотя участок был оформлен на детей. Естественно, проиграли и тут.
С каждым поражением Кристина злилась все больше. Марина видела это по лицу Андрея, когда он приезжал за детьми. Он выглядел измученным и виноватым.
А потом пришла очередь последнего козыря — самих детей.
Сейчас, сидя в тишине своей квартиры, Марина понимала, что это было неизбежно. Кристина потратила на судебные тяжбы больше, чем получила. План по «отжиму» денег провалился полностью. Оставался только один способ избавиться от финансовых обязательств — переложить заботу о детях на бывшую жену и получать с нее алименты.
Телефон снова зазвонил. На экране высветился номер Димы.
— Мам, — в голосе старшего сына слышалась неуверенность, — мы у папы. Он сказал, что теперь будем жить здесь.
— Знаю, солнышко. Как дела?
— Нормально. Только... Кристина почему-то злая какая-то. Говорит, что мы слишком громко разговариваем.
Марина усмехнулась. Началось.
— А папа что говорит?
— Папа сказал, что мы должны слушаться Кристину, потому что теперь она нам как мама.
— Понятно. Димочка, если что-то будет не так, ты мне сразу звони, хорошо?
— Хорошо, мам. Я скучаю.
— И я скучаю, дорогой.
После разговора с сыном Марина взяла книгу и устроилась читать. Ждать оставалось недолго.
Следующие дни телефон молчал. Марина занималась делами, ходила на работу, встречалась с подругами. Елена Сергеевна звонила каждый день, требуя активных действий, но дочь оставалась непоколебимой.
А на пятый день все и началось.
Сначала позвонил Олег. Младший сын плакал в трубку и жаловался, что Кристина кричит на него за разбросанные игрушки.
— Мам, а почему она такая злая? Папа же говорил, что она добрая.
— Взрослые иногда нервничают, сынок. Потерпи немножко.
Через час позвонил Дима:
— Мам, тут какой-то ужас творится. Кристина устроила папе скандал, кричит, что мы невоспитанные и что он обманул ее. А папа орет в ответ, что это его дети и она должна их любить.
— Тихо, Димочка. Где вы сейчас?
— В комнате сидим. Дверь закрыли, а они на кухне ругаются. Олег боится.
— Все будет хорошо, солнышко. Папа разберется.
Но папа, как выяснилось, разбираться не умел. Вечером того же дня Андрей привел детей домой.
Марина открыла дверь и увидела перед собой жалкое зрелище. Андрей выглядел так, словно его пропустили через мясорубку. Помятая рубашка, красные глаза, растрепанные волосы.
— Марина, — начал он, не поднимая взгляда, — забери их обратно, пожалуйста.
Дима и Олег молча стояли в коридоре с пакетами вещей. Лица у мальчишек были расстроенные, но облегченные одновременно.
— Проходите, мальчики, — сказала Марина. — Идите мойтесь и ужинать.
Дети скрылись в глубине квартиры, а Андрей остался стоять на пороге.
— Что случилось? — спросила Марина, хотя прекрасно знала ответ.
— Кристина... она не ожидала... то есть дети как дети, понимаешь? А она думала, что они будут как роботы какие-то. Она требовала, чтобы я их воспитывал, как обещал, а я...
— А ты не умеешь воспитывать, — закончила за него Марина.
— Я пытался! Но они же привыкли, что у папы все можно. А тут вдруг нельзя шуметь, нельзя разбрасывать вещи, нельзя смотреть телевизор громко... Кристина говорит, что у нее от них голова болит.
Марина кивнула. Все происходило именно так, как она и предполагала.
— Ладно. Дети дома, это главное.
— Марина, я... — Андрей поднял на нее глаза. — Прости меня. Я был дураком.
— Да, был, — согласилась она. — Иди домой, Андрей.
Дверь за ним закрылась тихо.
Прошла неделя. Дети привыкали к тому, что снова дома, делились впечатлениями от жизни у отца. Ничего особенного — обычная история о том, как взрослые не сумели договориться между собой.
А потом пришел Андрей. Без звонка, как в старые времена. Марина открыла дверь и увидела мужчину, которого почти не узнала. Исхудавший, с синяками под глазами, в мятой куртке.
— Можно войти? — попросил он.
— Дети дома, — предупредила Марина, но пустила.
На кухне Андрей сел на свое прежнее место и долго молчал.
— Кристина выгнала меня, — наконец произнес он. — Сказала, что я обманщик и неудачник.
— Сочувствую.
— Марина, я понимаю, что вел себя как последняя сволочь. Но я осознал свою ошибку. Я люблю только тебя. Всегда любил. Может быть, мы попробуем еще раз? Ради детей?
Марина посмотрела на него долгим взглядом. Этот человек когда-то был ее мужем, отцом ее детей. Но сейчас она видела перед собой чужого, постаревшего, уставшего мужчину.
— Нет, Андрей.
— Но почему? Я же говорю, что понял свою ошибку!
— Потому что я не прощаю предательства. Ты выбрал другую жизнь, другую женщину. Выбрал сам, без принуждения. И то, что у тебя не получилось — это не повод возвращаться.
— Марина, ну пожалуйста...
— Я счастлива без тебя, Андрей. Впервые за много лет я по-настоящему счастлива. И в моей новой жизни тебе места нет.
Она встала и пошла к двери.
— Детей ты можешь видеть, когда захочешь. Но нас с тобой больше нет.
Дверь за Андреем закрылась с тихим щелчком. Марина прислонилась к ней спиной и закрыла глаза. В квартире было тихо и спокойно. Где-то в комнатах делали уроки ее мальчики, на плите готовился ужин, а завтра будет новый день ее новой жизни.
Жизни, в которой она больше никому ничего не должна доказывать.