— Лен, а где твоя сестра? — спросила Галина, рассматривая золотую цепочку с подвеской в виде сердечка. — Она не против, что я это беру?
— Да ладно тебе, — махнула рукой Лена, заворачивая цепочку в мягкую тряпочку. — Она об этом никогда не узнает. У нее столько всего накопилось, что и не вспомнит про эту безделушку.
Тамара стояла в прихожей и не верила своим глазам. Она пришла к сестре без предупреждения, хотела сделать приятный сюрприз, принесла домашние пирожки с капустой, которые Лена так любила. А тут такое.
— Лена! — резко сказала Тамара, входя в гостиную.
Сестра подскочила, как ошпаренная, и быстро спрятала руки за спину. Галина тоже смутилась, но цепочку все еще держала в ладонях.
— Томочка! — неестественно весело воскликнула Лена. — Как неожиданно! А я тебе звонила вчера, ты трубку не брала.
— Я была на даче, — сухо ответила Тамара, глядя на подругу сестры. — А это что такое в руках у вашей гостьи?
Повисла неловкая пауза. Галина переминалась с ноги на ногу, явно не зная, что делать с украшением.
— Да это... — замялась Лена. — Я Гале показывала твои украшения. Она так восхищалась этой цепочкой.
— Показывала мои украшения? — медленно переспросила Тамара. — А с какой стати ты вообще в моих вещах копаешься?
— Слушай, Тома, не устраивай сцену, — попытался оправдаться Лена. — Ты же сама мне ключи дала, когда в отпуск уезжала. Сказала, чтобы я за квартирой присматривала.
— Присматривала, а не растаскивала мое имущество по знакомым! — повысила голос Тамара.
Она подошла к Галине и протянула руку:
— Отдавайте цепочку. Немедленно.
— Я... я не знала, что это ваше, — пролепетала Галина, кладя украшение на ладонь Тамары. — Лена сказала, что это ее старые вещи, которые она носить не будет.
Тамара повернулась к сестре. В глазах у нее полыхал гнев.
— Старые вещи, которые ты носить не будешь? Серьезно, Лена? Это подарок мужа на нашу серебряную свадьбу! Двадцать пять лет совместной жизни! А ты это старой вещью называешь?
— Тома, я не думала... — начала оправдываться Лена, но сестра ее перебила:
— Что еще ты не думала брать из моей квартиры? Может, сразу скажешь, что там у тебя стащено?
Галина поняла, что попала в неприятную ситуацию, и поспешила к выходу:
— Я, наверное, пойду. Извините за неудобство.
— Нет, останьтесь, — жестко сказала Тамара. — Хочу услышать, что еще моя сестричка вам обещала подарить.
— Тома, ты что творишь? — возмутилась Лена. — При чем тут Галя? Она ни в чем не виновата!
— Не виновата? — саркастически усмехнулась Тамара. — А кто это собирался уносить мою цепочку? Домовой?
Галина остановилась у двери, красная как рак:
— Честное слово, я думала, что Лена дарит свои вещи. Если бы знала, что это не ее...
— А вы не подумали поинтересоваться? — не унималась Тамара. — Или привыкли брать чужое без лишних вопросов?
— Хватит! — рявкнула Лена. — Не смей так разговаривать с моей подругой!
— С твоей подругой? — Тамара даже присвистнула от удивления. — А со своей сестрой можешь разговаривать как угодно, да? Можешь обворовывать ее квартиру и раздавать направо и налево ее вещи?
— Я тебя не обворовывала! — закричала Лена. — Ты сама знаешь, что у тебя всего полно! Ты этими украшениями даже не пользуешься! Лежат себе в шкатулке и пылятся!
— Это мое дело, пользуюсь я ими или нет! — не менее громко ответила Тамара. — Они мне дороги как память! Каждое украшение связано с каким-то событием в моей жизни!
Она достала из кармана ключи и бросила их на журнальный столик:
— Забирай свои ключи. Больше в мою квартиру ноги не ступишь.
— Тома, ну что ты как маленькая! — попыталась урезонить ее Лена. — Из-за какой-то цепочки такой скандал устраиваешь!
— Из-за какой-то цепочки? — Тамара аж задохнулась от возмущения. — Лена, ты понимаешь, что говоришь? Это не просто цепочка! Это символ моей любви с мужем!
— Ой, не мели ерунды, — скривилась Лена. — Какая любовь? Вы с Петром уже лет десять как чужие люди. Только под одной крышей живете.
Тамара почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Вот так сестричка! Не только ворует, так еще и в личную жизнь лезет со своими комментариями.
— А это тебя не касается, — холодно сказала она. — Моя семейная жизнь — мое личное дело.
— Касается, еще как касается! — не унималась Лена. — Ты вечно жалуешься, что муж тебя не ценит, что дети редко звонят. А потом цепляешься за какие-то железки, как будто они твою жизнь изменят!
— Замолчи! — крикнула Тамара. — Немедленно замолчи!
Галина, которая все это время мялась у двери, не выдержала:
— Девочки, может, не надо так ругаться? Я же не знала, что это ваше. Вот возьмите цепочку и помиритесь.
— Поздно мириться, — отрезала Тамара. — Я хочу знать, что еще из моих вещей разошлось по рукам. Говори, Лена, что ты еще раздарила?
Лена закусила губу и отвернулась к окну.
— Лена, я тебя спрашиваю! — повторила Тамара.
— Ладно, — вздохнула сестра. — Кольцо с гранатом я Светке дала, маминой подруге. У нее внучка замуж выходила, им подарок нужен был.
— Кольцо с гранатом? — переспросила Тамара, и голос у нее стал тихим и опасным. — То самое кольцо, которое мне мама перед смертью отдала?
— Ну да, то самое, — кивнула Лена, не поднимая глаз. — А что? Оно же просто лежало у тебя.
Тамара опустилась на диван. Ей казалось, что земля уходит из-под ног. Мамино кольцо. Единственная память о матери, которая умерла три года назад. Лена отдала его чужим людям.
— Ты... — прохрипела Тамара. — Ты отдала мамино кольцо?
— Не делай из этого трагедию, — буркнула Лена. — У Светки внучка хорошая девочка, она будет его носить и ценить. А у тебя оно только место занимало.
— Место занимало, — медленно повторила Тамара. — Мамино кольцо место занимало.
Она встала и подошла к сестре:
— А еще что? Давай до конца выкладывай, что успела растащить.
— Да ничего особенного, — неуверенно сказала Лена. — Серьги жемчужные Ритке с работы показывала, она так просила...
— Серьги тоже отдала? — прервала ее Тамара.
— Ну, типа того, — пожала плечами Лена. — Она обещала их вернуть, когда наиграется.
— Наиграется, — эхом повторила Тамара. — Моими серьгами наиграется.
Она почувствовала, что сейчас взорвется от ярости. Тридцать семь лет они были сестрами. Тридцать семь лет она считала Лену близким человеком. А оказалось, что сестра готова обворовывать ее ради чужих людей.
— Знаешь что, Лена, — сказала Тамара, стараясь говорить спокойно. — Я завтра еду к Светке. И заберу мамино кольцо.
— Не смей! — вскинулась Лена. — Ты меня опозоришь!
— Опозорю? — удивилась Тамара. — А ты что делала, когда мои вещи тащила? Меня прославляла?
— Я не тащила! Я думала, что тебе все равно!
— Тебе все равно, что я думаю! — крикнула Тамара. — Ты даже не поинтересовалась, можно ли брать мои вещи! Просто взяла и раздала!
Галина попыталась вмешаться:
— Может, мне лучше уйти? Вы тут разбирайтесь между собой.
— Нет, — остановила ее Тамара. — Хочу, чтобы вы знали, какие подарки получаете. Эта цепочка стоит восемьдесят тысяч рублей. Мамино кольцо оценивали в сто двадцать. Серьги жемчужные — пятьдесят. Неплохо моя сестричка к вам относится, правда?
Галина побледнела:
— Я не знала, что это так дорого стоит...
— А теперь знаете, — кивнула Тамара. — И что теперь будете делать?
— Я... я, конечно, не возьму ничего, — пробормотала Галина.
— Правильно, — одобрила Тамара. — А то мало ли что моя сестрица еще вам пообещает подарить из моего добра.
Лена вскочила с места:
— Хватит меня позорить при людях! Галя, иди домой. Мы с сестрой сами разберемся.
— Нет, — возразила Тамара. — Пусть остается. Пусть послушает, какая у меня замечательная сестра.
— Тома, ну что ты творишь? — взмолилась Лена. — Мы же семья!
— Семья? — горько усмехнулась Тамара. — А семья чужое ворует? Семья родную сестру обкрадывает?
— Я тебя не обкрадывала! Эти вещи у тебя просто лежали!
— Лежали в моем доме, в моей шкатулке! — напомнила Тамара. — И это значит, что они мои!
— Но ты же ими не пользовалась!
— А это мое дело! — взорвалась Тамара. — Может, я их для особого случая берегла! Может, хотела дочери передать! А ты взяла и растащила все по чужим людям!
Лена вдруг заплакала:
— Я думала, что делаю хорошо. Людям радость приношу.
— За мой счет радость приносишь! — не унималась Тамара. — На моих украшениях добрую известность зарабатываешь!
— Тома, ну прости меня, — всхлипнула Лена. — Я все верну. Честное слово, все верну.
— Как вернешь? — спросила Тамара. — Кольцо у Светкиной внучки уже на пальце, наверное. Серьги твоя Ритка носит. А ты мне что вернешь? Извинения?
— Я поговорю с ними. Объясню, что ошиблась.
— Объяснишь, что воровкой оказалась, — поправила Тамара. — Что чужое добро раздавала.
— Не говори так! — всхлипнула Лена. — Я не воровка! Я просто хотела людям помочь!
— Помогать надо своими средствами, а не чужими, — жестко сказала Тамара.
Она повернулась к Галине:
— А вы, кстати, часто такие подарки от Лены получаете?
— Я... нет, первый раз, — смутилась та. — Честное слово, первый раз.
— Ну да, конечно, — не поверила Тамара. — А то, что Лена в мою квартиру как к себе домой ездила, вас не удивляло?
— Она говорила, что присматривает за вашей квартирой, пока вы в отпуске, — оправдывалась Галина.
— Присматривает, — повторила Тамара. — Интересно присматривает. Сама в моих вещах копается и подружек водит показать, что можно прибрать к рукам.
— Тома, не сгущай краски, — попыталась вмешаться Лена. — Галя пришла просто так, в гости. А я ей показала твои украшения, потому что она увлекается такими вещами.
— Увлекается чужими украшениями? — уточнила Тамара. — Хобби у нее такое?
— Не издевайся, — попросила Лена.
— А что мне остается? — развела руками Тамара. — Смеяться, чтобы не плакать. Сестра родная меня обворовывает, а я еще извиняться должна за то, что это мне не нравится.
Она взяла сумочку и направилась к двери:
— Завтра утром поеду к Светке за кольцом. И к твоей Ритке за серьгами. Если что-то не вернут, в полицию заявление подам.
— Тома, не надо! — кинулась за ней Лена. — Давай как-нибудь по-семейному решим!
— По-семейному? — остановилась Тамара. — А когда ты мои вещи тащила, ты по-семейному решала? Или тогда про семью не вспоминала?
— Прости меня, — зарыдала Лена. — Я больше никогда так не буду!
— Не будешь, — согласилась Тамара. — Потому что в мою квартиру больше не попадешь. И ключи я никому больше доверять не стану.
Она вышла из квартиры, хлопнув дверью. На лестничной площадке остановилась и прислонилась к стене. Руки тряслись, сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выскочит из груди.
Тридцать семь лет сестрой была. А оказалась чужим человеком, который готов обворовать родную кровь ради того, чтобы перед посторонними людьми хорошей показаться.
Мамино кольцо. Господи, как она могла отдать мамино кольцо? Это же святое было. Последний подарок от матери, последняя память о ней.
Тамара вытерла глаза и решительно пошла вниз по лестнице. Завтра же поедет ко всем этим людям и все заберет. До последней сережки. А с Леной... С Леной она больше знаться не будет. Хватит. Сколько можно позволять себя обманывать и обворовывать.
На улице было солнечно и тепло, но на душе у Тамары стало холодно и пусто. Еще вчера у нее была сестра. А сегодня оказалось, что у нее никого нет.