— Ну что, экономная ты моя, — сказал Олег, протягивая жене тысячную купюру. — Растяни на месяц. Я знаю, ты умеешь.
Татьяна взяла деньги и молча сунула в карман халата. Тысяча рублей на месяц. На еду, на хозяйственные мелочи, на проезд. А муж при этом вчера новые ботинки за восемь тысяч купил.
— Олег, а как же продукты? — спросила она осторожно. — Мяса на тысячу не купишь особо.
— А ты каши больше вари, — махнул рукой Олег, застегивая рубашку. — Крупы дешевые. И картошки побольше. Сытно и полезно.
— А овощи? Фрукты? Мне же врач говорил...
— Не выдумывай! — поморщился муж. — Наши бабушки без всяких заморских фруктов жили и ничего. Здоровее нас были.
Татьяна промолчала. Сорок два года замужем, и каждый месяц одно и то же. Олег получает зарплату, откладывает себе на машину, на рыбалку, на всякие мужские радости. А ей — подачку. Как собаке кость бросают.
— Мне на работу пора, — сказал Олег, надевая пиджак. — А ты подумай, как экономнее хозяйство вести. Других жен хватает, а ты все жалуешься.
Дверь хлопнула, и Татьяна осталась одна на кухне. Села за стол и стала считать на бумажке. Хлеб — рублей сто в неделю, молоко — рублей семьдесят в день. Уже половина денег улетела. А еще мясо хоть раз в неделю купить, яйца, масло...
Взяла она сумку и пошла в магазин. Ходила между полок, считала каждую копейку. Батон за тридцать пять вместо пятидесяти взяла. Творог самый дешевый, молоко в пакетах, а не в бутылках. Курицу целую, потому что выходит дешевле, чем филе.
На кассе пробили пятьсот двадцать рублей. Половина месячного бюджета за один поход. А ведь это только самое необходимое.
Дома Татьяна стала раскладывать покупки и планировать. Из курицы можно суп сварить на три дня, потом остатки на второе пустить. Картошка есть в погребе, лук тоже. Крупы еще с прошлого месяца остались.
Вечером Олег пришел довольный. На работе премию дали, рассказывал за ужином.
— Пять тысяч! — хвастался он, поглощая куриный суп. — Вот видишь, как я стараюсь, как работаю. А ты все на деньги жалуешься.
— Олег, — решилась Татьяна. — А может, теперь на продукты больше давать будешь? Раз премия...
— Это что еще за разговоры? — нахмурился муж. — Премия — это мои деньги. За мою работу. А ты что заработала?
— Я дом веду, стираю, готовлю...
— Это твоя прямая обязанность, — отрезал Олег. — Не работа, а обязанность. Работа — это когда деньги платят.
Татьяна поперхнулась супом. Сорок два года она эти обязанности выполняет. Стирает, готовит, убирает. Детей двоих вырастила. И все это не работа, оказывается.
— Ладно, — сказала она тихо. — Обойдемся.
А сама думала: "Надо что-то менять. Нельзя же так всю жизнь".
На следующий день соседка Галина зашла на чай. Старая подруга, всю жизнь рядом живут.
— Танька, — говорит Галина, — ты что-то совсем замученная. Что случилось?
Рассказала Татьяна про тысячу рублей на месяц. Галина даже руками всплеснула.
— Да ты что! — ахнула она. — Мой Петька мне три тысячи дает минимум. И то говорю, мало.
— А что делать? — вздохнула Татьяна. — Он считает, этого хватает.
— Слушай, — Галина придвинулась ближе. — А ты работать не пробовала? Вот я в магазине продавцом подрабатываю. Три дня в неделю, но свои деньги.
— Олег не разрешит, — покачала головой Татьяна. — Говорит, жена должна дома сидеть, хозяйством заниматься.
— А ты не спрашивай разрешения, — усмехнулась Галина. — Ты взрослая женщина или как? Пойди, устройся. Хоть на полставки. Будут свои деньги — по-другому заговорит.
Татьяна задумалась. А ведь правда, чего она спрашивать-то должна? Она что, несовершеннолетняя?
— Галь, а где можно устроиться?
— Да везде требуют, — махнула рукой Галина. — Уборщицы нужны, продавцы, санитарки в больнице. Выбирай что душе угодно.
Вечером за ужином Татьяна попробовала заговорить с мужем о работе.
— Олег, а что если я подработку найду? — сказала она, ставя на стол макароны с сосисками. Мясо экономила, до конца месяца еще две недели.
— Зачем тебе подработка? — удивился Олег. — У тебя и так дел полно.
— Ну, деньги лишние не помешают...
— Это мне решать, нужны деньги или нет, — отрезал муж. — Мужчина в доме за деньги отвечает. А баба должна по хозяйству. Не придумывай ерунды.
— Но Олег...
— Никаких "но"! — стукнул он кулаком по столу. — Сказал — значит сказал. И вообще, кому ты нужна на работе? В твоем-то возрасте?
Татьяне было пятьдесят девять. Не старуха еще, но и не девочка. Хотя руки рабочие, голова светлая.
— Я еще не старая, — возразила она.
— Ага, не старая, — фыркнул Олег. — Молодых-то не берут, а тебя с твоими годами точно никто не возьмет.
Татьяна промолчала, но решение уже созрело. Завтра же пойдет искать работу. Хватит унижаться из-за каждой копейки.
На следующее утро, когда Олег ушел, Татьяна оделась поприличнее и пошла в центр. Зашла в несколько магазинов, но везде требовались молодые девочки с опытом. В третьем магазине женщина-директор посмотрела на нее внимательно.
— А в уборщицы не хотите? — спросила она. — Вечером после закрытия магазина. Два часа работы, тысяча пятьсот в неделю.
Тысяча пятьсот в неделю! Это шесть тысяч в месяц. Больше, чем Олег ей на все про все дает.
— Хочу, — сказала Татьяна твердо.
— Тогда завтра в восемь вечера приходите. Попробуем.
Домой Татьяна вернулась воодушевленная. Но мужу ничего говорить не стала. Пусть пока не знает.
Вечером, когда Олег устроился перед телевизором с пивом, Татьяна сказала:
— Я к Галине схожу. Поговорить.
— Иди, — махнул рукой муж, не отрываясь от экрана.
В магазине оказалось не так уж сложно. Полы помыть, пыль протереть, мусор вынести. За два часа управилась. Директор осталась довольна.
— Завтра в то же время, — сказала она, протягивая триста рублей. — За день.
Так началась новая жизнь Татьяны. Каждый вечер она говорила мужу, что идет к подруге, а сама шла на работу. Деньги прятала в старой сумке на дне шкафа.
Через неделю у нее было уже полторы тысячи. Впервые за многие годы — свои деньги. Никого не просить, ни перед кем не отчитываться.
В магазине она стала покупать получше продукты. Мясо вместо сосисок, творог жирный, фрукты. Олег заметил перемены.
— О, — сказал он, увидев на столе отбивные с овощами. — Неплохо готовишь, когда стараешься. Вот видишь, можешь же на тысячу хорошо кормить.
Татьяна молчала и улыбалась. Пусть думает что хочет.
Через месяц у нее накопилось уже шесть тысяч. Она купила себе новое платье и туфли. Давно мечтала, но жалко было просить у мужа деньги на такие "глупости".
— Откуда тряпки? — спросил Олег, увидев обновки.
— Галина подарила, — соврала Татьяна. — Ей не подошло по размеру.
— Ну да, ну да, — проворчал муж. — Больно щедрая стала твоя Галина.
А еще через месяц случилось то, чего Татьяна не ждала. Олег пришел домой мрачный, сел на кухне и долго молчал.
— Что случилось? — спросила жена.
— На работе сокращения, — сказал он тихо. — Меня под сокращение попал.
Татьяна ахнула. Олег работал на заводе мастером уже двадцать лет. Хорошая зарплата, стабильность.
— А выходное пособие дадут?
— Дадут. Три оклада. Но что дальше делать, не знаю. В моем возрасте работу не найдешь.
Олегу было шестьдесят один. Не самый востребованный возраст на рынке трудоустройства.
— Может, пенсию оформить? — предложила Татьяна.
— Рано еще. И пенсия копеечная будет.
Они сидели и молчали. Олег впервые за сорок лет выглядел растерянным и беспомощным.
— Придется экономить, — сказал он наконец. — Совсем по минимуму жить.
— А что значит по минимуму? — спросила Татьяна.
— Ну... на продукты рублей пятьсот в месяц. Только самое необходимое. Коммунальные платежи, и все. Больше тратить нельзя.
Пятьсот рублей на продукты! Татьяна представила, как они будут питаться одной гречкой и картошкой.
— Олег, — сказала она осторожно. — А что если я работу найду? Хоть что-нибудь заработаю.
Муж посмотрел на нее долго и тяжело вздохнул.
— Может, и правда стоит попробовать, — сказал он. — Времена тяжелые настали.
Татьяна чуть не рассмеялась. Оказывается, когда приперло, даже Олег готов признать, что жена может работать.
— Я завтра же начну искать, — пообещала она.
А про то, что уже два месяца работает, решила пока не говорить. Пусть думает, что она только начинает поиски.
На следующий день Татьяна пришла к директору магазина.
— Можно ли увеличить часы работы? — спросила она. — Муж без работы остался, нужно больше зарабатывать.
— Конечно, — согласилась директор. — Можете и днем немного подрабатывать. Товар принимать, на складе помогать. Будет тысяч восемь в месяц получаться.
Восемь тысяч! Это больше, чем Олег ей раньше на все давал.
Дома она объявила мужу:
— Устроилась! В магазине уборщицей. Тысячи полторы в неделю будут платить.
— Молодец, — кивнул Олег. — Хоть какие-то деньги.
— Работать буду по вечерам, после закрытия магазина.
— Ладно, — согласился муж. — Делать нечего.
Так прошло еще полтора месяца. Татьяна работала и копила деньги. У нее уже была довольно приличная сумма. Она покупала хорошие продукты, иногда себе что-то из одежды. Чувствовала себя совершенно по-другому.
А Олег все никак работу найти не мог. Ходил по объявлениям, но везде отказывали. То возраст не тот, то опыта в нужной сфере нет. Он становился все мрачнее и раздражительнее.
— Может, соглашайся на любую работу, — советовала Татьяна. — Хоть сторожем, хоть грузчиком.
— Я всю жизнь мастером был! — взрывался Олег. — Не буду я за копейки работать!
— А деньги откуда брать будем?
— Ты работаешь же. Вот и корми семью.
Татьяна усмехалась про себя. Надо же, как быстро мужчина изменился. Теперь уже она должна семью кормить.
Однажды вечером, когда Татьяна собиралась на работу, Олег вдруг сказал:
— А проводи меня до магазина. Посмотрю, где ты работаешь.
У Татьяны екнуло сердце. Что ответить?
— Зачем? — спросила она. — Ты же устал, лучше дома отдохни.
— Хочу посмотреть, — настоял Олег. — Жена работает, а я даже не знаю где.
Пришлось согласиться. Дошли до магазина, Татьяна показала вход.
— Тут я работаю, — сказала она. — Ну, иди домой, мне пора.
— Подожди, — остановил ее Олег. — А сколько ты там зарабатываешь на самом деле?
— Как сколько? Говорила же, полторы тысячи в неделю.
— Не ври, — нахмурился муж. — Я видел, что ты покупаешь. На полторы тысячи в неделю так не купишь.
Татьяна поняла, что попалась. Надо было осторожнее тратить деньги.
— Ну... иногда подрабатываю еще, — призналась она. — Днем товар помогаю разгружать.
— Сколько в итоге получается?
— Тысяч пять-шесть в месяц.
Олег посмотрел на нее внимательно.
— А с каких пор ты работаешь? Правду говори.
Татьяна поняла, что все равно узнает, и решила сказать честно.
— Три месяца уже, — призналась она.
— Три месяца?! — взорвался Олег. — Ты три месяца меня обманывала?
— Не обманывала, а просто не говорила...
— Это одно и то же! — кричал муж. — Ты врала мне три месяца!
— А что мне было делать? — не выдержала Татьяна. — Ты мне сказал, что в моем возрасте никто на работу не возьмет! Что я дома должна сидеть!
— Но сейчас-то другая ситуация!
— Да, сейчас другая, — согласилась Татьяна. — Сейчас ты без работы, а я работаю. И знаешь что, Олег? Мне это нравится.
Муж уставился на нее, как на незнакомую.
— То есть как нравится?
— А так и нравится. Нравится иметь свои деньги. Нравится не просить у тебя на каждую мелочь. Нравится чувствовать себя человеком, а не приложением к твоей персоне.
— Мария, что с тобой стало? — Олег впервые за много лет назвал ее по имени, а не "экономная моя".
— А ничего со мной не стало, — сказала Татьяна спокойно. — Просто я поняла, что могу жить по-другому. И буду жить.
Она развернулась и пошла в магазин, а Олег остался стоять на улице с открытым ртом.
Дома они не разговаривали три дня. Олег дулся, а Татьяна работала и радовалась жизни. Она даже подумывала о том, чтобы снять себе маленькую квартирку. Денег хватало.
На четвертый день Олег не выдержал.
— Таня, — сказал он за завтраком. — Давай поговорим нормально.
— Давай, — согласилась жена.
— Я понимаю, что был не прав. С деньгами, с работой... Со всем был не прав.
Татьяна молча слушала.
— Может, начнем все сначала? — предложил Олег. — По-честному. Ты работаешь, я ищу работу. Бюджет общий делаем.
— А как же твое "мужчина за деньги отвечает"?
— Забудь, — махнул рукой Олег. — Глупости это были. Времена изменились.
Татьяна подумала. Сорок два года вместе прожили. Может, и правда стоит попробовать начать заново?
— Хорошо, — сказала она. — Попробуем. Но на равных. Никаких тысяч рублей на месяц и унижений.
— Согласен, — кивнул Олег.
И впервые за долгие годы Татьяна увидела в его глазах не привычное превосходство, а что-то похожее на уважение.