Я шла куда глаза глядят, ветер подталкивал сзади, будто намекал: «Ну давай уже, двигайся», и я двигалась, сама не зная куда...
Осень вцепилась в плечи прохладой, шарф сбился набок, мысли путались и соскальзывали друг с друга, как мокрые листья под ногами.
На перекрёстке я остановилась, огляделась и увидела старую, облупившуюся вывеску: «Книги. Комиссионный магазин». Буквы чуть перекосились, лампочка над дверью мигала, словно так же как и я не знала, гореть ей или сдаться.
Точно не могу сказать зачем я туда свернула, от любопытства или просто погреться, возможно мне захотелось ненадолго спрятаться от самой себя.
Внутри оказалось теплее, чем я ожидала. Тепло исходило не от батарей, а от чего-то старого, застоявшегося, как будто книги сами излучали свой дух, перемешанный с пылью и выцветшей типографской краской.
Полки тянулись вдоль стен, криво нагруженные: где-то книги лежали ровными рядами, а где-то сбивались в маленькие беспорядочные кучки, как школьники, уставшие стоять по стойке «смирно».
На верхних полках красовались, словно молчаливые свидетели прошедших эпох, величественные фолианты в потемневших переплётах, снизу было собрано всё подряд: романы, справочники, какие-то брошюры с обложками семидесятых.
За прилавком сидел человек в свитере с вытянутыми рукавами. Он держал в руках газету и раз в полминуты переставлял очки выше или ниже по носу, будто они мешали ему одновременно и видеть, и читать.
Я прошла между стеллажами, стараясь ступать тихо, хотя половицы под ногами всё равно предательски скрипели.
И, странное дело, вместо того чтобы чувствовать себя случайной прохожей, я вдруг поймала себя на ощущении, что меня здесь... ждали.
Я остановилась возле стеллажа в дальнем углу, куда свет от лампочки почти не дотягивался. Здесь книги стояли плотнее, как будто прятались друг за друга. Я провела ладонью по корешкам: шероховатая ткань, потертая кожа, бумага, пожелтевшая до оттенка старого меда...
Рука остановилась на книге в серой обложке без картинок. Никакого названия на корешке, только стертые буквы, из которых можно было прочитать что-то вроде «…ие дверей». Я ухмыльнулась: опять двери. Стоит однажды подумать о дверце и вот они уже повсюду, даже на книжной полке.
Книга легко поддалась, буквально выскользнула из тесного ряда, будто ждала, когда её возьмут. Бумага внутри пахла сухо и пыльно, но приятно, как старая шкатулка с забытыми письмами.
Я раскрыла её где-то посередине и сразу заметила на полях пометки, чужая рука прошлась карандашом, оставив короткие фразы, знаки вопроса и подчеркнутые строки.
Я наклонилась ближе, даже задержала дыхание. Это было не просто чтение, это было как заглянуть в чьи-то мысли, оставленные здесь нарочно, чтобы кто-то другой когда-нибудь наткнулся... Или чтобы наткнулась я?..
На полях карандашом было написано:
«Что останется, если вычеркнуть всё “надо”?»
Я вздрогнула, совсем недавно я задавала себе подобный вопрос. Было ощущение, что мой неизвестный собеседник подслушал мои мысли и вернул их обратно, в виде записок на полях.
На другой странице чья-то рука подчеркнула фразу из текста и приписала сбоку:
«Не стены спасают, а двери».
Я задержала палец на полях, проводя по едва заметному следу карандаша. Почерк мне показался чуть небрежный, будто писали на коленке, но за небрежностью была видна живая мысль. Я даже на секунду представила этого человека, как он едет в метро, держит книгу и пишет эти странные заметки...
«Жизнь это поиск ключа, только не всегда понятно, к какой двери».
Я сглотнула, совпадений было слишком много, словно кто-то вёл со мной диалог через бумагу, хотя мы никогда не встречались.
Я листала книгу всё дальше и дальше, как будто искала новые следы этого невидимого собеседника. Где-то попадались только сухие строчки текста, а потом вдруг снова вспыхивала жизнь, торопливая заметка, стрелка, вопросительный знак.
Я поймала себя на том, что читаю не саму книгу, а именно эти пометки. Текст был всего лишь фоном, а настоящая история происходила на полях. Чужая история, в которую я неожиданно влезла... или все таки моя?
Я закрыла книгу, старая серая, даже скучная обложка. Внешне ничего примечательного, ради чего бы стоило ее купить. Но внутри… внутри была целая жизнь... И у меня возникло странное чувство: если я оставлю её на полке, то потеряю что-то важное, адресованное лично мне.
Я подошла к прилавку и положила книгу перед продавцом. Он поднял глаза от газеты, посмотрел на обложку и слегка удивился:
— Эту? Я могу предложить более интересные варианты.
— Благодарю. Я хочу именно эту, — уверенно ответила я.
Когда он протянул мне книгу в бумажном пакете, я ощутила, будто получила не покупку, а послание.
Дома мне захотелось устроится поудобнее в кресле, укутавшись в любимый плед. Какое то время я просто смотрела на бумажный пакет с книгой, лежащих у меня на коленях. Было в этом что-то трогательное, почти как в детстве, когда открываешь подарок и не знаешь, что найдёшь внутри.
И вот в моих руках книга, ничего особенного, даже унылая, но стоит ее раскрыть и мир как будто меняется...
Я читала медленно, боясь пропустить хоть один карандашный след. Иногда текст ускользал от внимания, и я ловила себя на том, что ищу взглядом только записи.
«Не бойся, если дверь открывается не туда, куда планировала», — было написано на полях рядом с абзацем о чужих выборах.
«Иногда легче войти в чужую историю, чем в собственную», — эти слова звучали как тихие подсказки, не громкие истины, а скорее доверительные шепоты.
На одной странице я задержалась дольше обычного. В тексте речь шла о женщине, которая долго искала дорогу домой, всё время сворачивала не туда и в итоге нашла… сад, где она никогда не бывала. На полях рядом было приписано:
«Может, дом это не место, а момент, когда ты перестаёшь искать».
Я почувствовала, что внутри меня становится совсем тихо, не радостно, не грустно, именно тихо, как будто кто-то приглушил привычный шум мыслей.
Снаружи ветер трепал занавеску, в окне мерцали огни соседних домов. Я поймала себя на приятном ощущении: что я тоже нахожусь «в саду, которого никогда не было». В своём кресле, в этом пледе, с этой книгой в руках и этого, оказывается, достаточно, чтобы почувствовать дом.
Улыбнувшись карандашным штрихам я прошептала в пустоту, сама не зная, кому: "Спасибо..."
Я сидела, вдыхая приятный запах бумаги, с ощущением, что я не одна, будто кто-то сидит рядом и ведёт со мной разговор без слов, оставив свои ответы в книге, чтобы я нашла их именно сейчас.
Потом я вновь раскрыла книгу там, где была написана фраза, которая особенно зацепила меня — «Может, дом это не место, а момент, когда ты перестаёшь искать», — я смотрела на эту строчку так долго, что она будто впиталась в меня.
И вдруг у меня возникло желание не просто читать, а ответить моему тайному собеседнику. Я достала карандаш из ящика стола, немного подумала, а потом аккуратно приписала рядом, на полях:
«А может, дом это ещё и возможность искать дальше, зная, что у тебя есть куда вернуться».
Рука от волнения дрогнула, буквы немного задрожали, но в этом было что-то настоящее... В книге появился живой разговор, записанный между строк...
Я прижала книгу к груди, мне не хотелось ничего анализировать, я просто была здесь, в тишине, с книгой и с чьими-то строками, которые неожиданно стали и моими.
Дневниковая запись.
Сегодня я принесла домой книгу, в которой больше чужих пометок, чем самого смысла. И вдруг оказалось, что именно эти карандашные следы и есть смысл.
Скорее всего, их писали не для меня, но я читаю так, будто это письма, адресованные именно мне.
Я не знаю, кто автор этих срок, но я чувствую, что мы уже когда - то встречались...
«Что останется, если вычеркнуть всё надо?» — спрашивает незнакомец.
Чужая рука оставила мне вопрос, а я оставила свой ответ... Получился маленький диалог, безымянный, но настоящий.
И, может быть, самое важное, это вовсе не искать ключ от всех дверей, а просто однажды найти чьи-то следы рядом со своими, чтобы не забывать: мы не одни в этом мире.