Летним утром 2 августа 1858 года в самом сердце Британской империи случилось немыслимое. Палаты парламента, где решались судьбы континентов, превратились в газовую камеру. Почтенные лорды, зажав носы батистовыми платками, бежали из заседаний как школьники с урока химии. Канцлер казначейства Бенджамин Дизраэли, этот мастер красноречия, смог выдавить лишь: "Наша Темза стала Стигийским прудом, источающим невыразимые ужасы!"
Служащие в панике пропитывали занавески хлористой известью. Не помогало. Всерьез обсуждался переезд правительства в Оксфорд. Королева Виктория, решив прокатиться по реке, развернула лодку через пять минут — даже королевские ноздри не выдержали испытания.
Но вот что удивительно: эту сцену из викторианского кошмара историки припишут Средневековью. Занавески 1858 года станут "доказательством" того, что в "темные века" люди всегда жили в вони и грязи. Как получилось, что самая цивилизованная эпоха человечества умудрилась свалить свои проблемы на предков? История этого обмана оказалась не менее вонючей, чем сама Темза.
Математика цивилизации: когда прогресс обернулся регрессом
Средневековый Лондон знал секрет, который забыли викторианцы: не нужно изобретать проблемы там, где их нет. В XII веке столица Англии насчитывала около 50 тысяч жителей. Люди жили вдоль чистой Темзы, строили дома с выгребными ямами подальше от колодцев, мылись в общественных банях. В XIII веке в городе работало тринадцать купален. Нормально, разумно, без революций.
А потом пришел прогресс.
К 1858 году в Лондоне скопилось два с половиной миллиона человек. Плюс триста тысяч лошадей, которые исправно производили тысячу тонн навоза каждый день. Власти наняли мальчишек 12-14 лет носиться между экипажами с совками, собирая конский помет. Живописная картина цивилизации, не правда ли?
Но это была лишь верхушка проблемы. Викторианцы изобрели туалет со смывом. Гениально! Только забыли построить канализацию. Все нечистоты полетели прямиком в Темзу, из которой же брали воду для питья. К человеческим отходам добавились промышленные: мыловарни, кожевенные заводы, бойни, пивоварни. Река превратилась в коктейль из всего, что может произвести человеческая изобретательность.
— Мы можем покорить Индию, колонизировать края света, но не можем очистить собственную реку! — негодовала газета Illustrated London News.
Средневековые горожане, глядя на такое безумие, только покрутили бы пальцем у виска. Зачем усложнять то, что работает веками?
Когда викторианским историкам потребовалось объяснить собственную катастрофу, они нашли блестящий выход: свалить все на прошлое. Родилась красивая теория о "грязных темных веках", когда люди якобы никогда не мылись и не стирали одежду.
Для убедительности понадобились примеры. И их... изобрели.
История об Изабелле Кастильской, которая не меняла рубашку двадцать лет, пока шла Реконкиста, звучит впечатляюще. Жаль только, что это выдумка. Настоящая Изабелла Кастильская воевала с маврами меньше года, а Гранада была взята в 1492 году после короткой осады. Но сочинители мифов заменили эту королеву XV века на ее праправнучку, принцессу Изабеллу XVII века, которая действительно дала обет не менять белье. Правда, всего на три года и по совсем другому поводу — пока ее муж не возьмет крепость Остенде.
Три года превратились в двадцать, принцесса стала королевой, а религиозный подвиг — доказательством всеобщей грязи.
— Даже цвет назвали в ее честь, — хмыкнули современники принцессы, — "изабелловый". Такой... ну, вы понимаете, какой.
Еще круче получилось с германским императором Фридрихом Барбароссой. Якобы в 1183 году в Эрфурте проломился пол зала, и куча знатных рыцарей утонула в нечистотах. Барбаросса чудом спасся, повиснув на окне.
Красивая сказка. Только в Эрфурте никогда не было того замка, что показывают на картинках. Никаких торжеств Барбаросса там в 1183 году не устраивал. И никто не строил парадные залы над выгребными ямами — это противоречит элементарной логике средневековых строителей.
Но кого волнуют факты, когда есть такая яркая история?
Инженерный подвиг или историческое алиби?
Когда британский парламент наконец не выдержал собственного зловония, появился герой — Джозеф Базэлджет. Внук французского портного, ставшего придворным портным принца Уэльского, он взялся спасти репутацию империи, на которой не заходило солнце, но зато висел невыносимый запах.
Базэлджет уже пережил один нервный срыв от переработки и знал цену перфекционизма. Теперь ему предстояло выполнить задачу, которую средневековые строители решали веками без особых проблем — обеспечить городу нормальную канализацию.
— Триста восемнадцать миллионов кирпичей! — Базэлджет лично проверял каждый проект, расписываясь на тысячах чертежей: "Approved JWB". — Тысяча триста миль новых труб!
Стоило это удовольствие шесть с половиной миллионов фунтов. По нынешним деньгам — больше полумиллиарда. За такие деньги можно было построить с десяток средневековых городов с идеальной планировкой.
Но Базэлджет не просто построил канализацию. Он создал архитектурные шедевры — станции перекачки, больше похожие на соборы. Четыре гигантские паровые машины получили имена Виктория, Принц Консорт, Альберт и Александра. Даже нечистоты должны были перекачиваться с королевским размахом.
— Лучше сделать с избытком, чем потом переделывать, — бормотал инженер, в очередной раз увеличивая диаметр труб против первоначальных расчетов.
Его интуиция оказалась верной. Система работает до сих пор, обслуживая город с населением в несколько раз больше викторианского.
Но пока строились эти инженерные чудеса, историки усердно сочиняли легенды о том, что в прошлом все было еще хуже. Стыдно признать, что "венец цивилизации" оказался грязнее "темных веков"? Давайте переврем историю!
Ароматы истории и запахи современности
История с "Великим зловонием" стала идеальной метафорой. Те, кто создал самую вонючую катастрофу в истории Европы, ловко обвинили в антисанитарии своих предков. Занавески 1858 года, пропитанные хлоркой, до сих пор висят в наших головах, застилая реальную картину прошлого.
Средневековые лондонцы, умевшие жить в гармонии с природой при населении в 50 тысяч человек, оказались грязнее викторианцев, которые довели двухмиллионный город до экологической катастрофы. Логично, не правда ли?
Но самое удивительное, что этот фокус удался. Полтора века спустя учебники истории все еще повторяют викторианские мифы о "немытом Средневековье". А между тем каждый раз, когда современная цивилизация сталкивается с экологическими проблемами, кто-то обязательно скажет: "Зато раньше было еще хуже!"
Может, стоит наконец снять эти ароматизированные занавески и посмотреть, кто на самом деле оставил после себя самую большую вонь в истории?
А вы замечали, как часто те, кто создает проблемы сегодня, любят рассказывать о том, какие ужасы творились "в старину"? Или это только мне так кажется?