(Написано за год до отправки туда - с тех пор минуло два с половиной года, получено два ранения)
Находясь далеко от линии соприкосновения, ты не понимаешь всего, что там происходит. Но когда ты находишься там, ужас, который гражданскому таковым кажется, воспринимается не так явно. Более того, все происходящее становится обыденностью. И это парадокс - чем дальше и дольше ты от того, чего боишься, тем больше чувство страха. Ты вроде бы ничего не видишь, даже новости не смотришь. Но от этого еще страшнее.
Когда все началось, самыми первыми испугавшимися в моем окружении были два инвалида. Таких никуда и никогда бы не взяли, но именно они более всего озаботились возможной отправкой.
Есть еще один. Как-то так получилось, что как раз накануне всего этого он устроился туда, где стопроцентная бронь. При этом человек последние лет двадцать-тридцать жил в каком-то выдуманном миллитари-мирке, упражняясь с деревянным автоматом, общаясь с ветеранами боевых действий, и пописывая в местную газету ура-патриотические материалы про "зарницы". Ну вроде как готовился человек к гипотетической войне.
Однако когда время пришло, ни о каком добровольчестве, естественно, в его случае речи не зашло. В разговорах он постоянно отмечал, что ему, почти 50-летнему мужичку, еще необходимо нарожать детей. Ну а уж потом он может отдавать долг Родине.
По мне так в этом случае бездетность как раз наиболее подходящее состояние - о тебе, по крайней мере, будет плакать в случае смерти меньшее количество людей. Любовница, да родители. Ну и собственно, твоя гибель не так больно ударит по ним в материальном плане, как по детям.
Ну и наконец, я сам. Под мобилизацию я не подхожу по возрасту. Думаю о самостоятельной отправке, но, сука, страшно. Как раз вот по той самой причине, которую обозначил в начале.