Тринадцатое ноября 1349 года. В роскошных покоях авиньонского дворца секретарь зачитывает буллу, от которой содрогается вся средневековая Европа. Папа Климент VI, этот любитель пиршеств и золотых чаш, делает невозможное: отменяет волю английского короля и приказывает замужней аристократке бросить нынешнего мужа ради прежнего.
За окнами бушует Черная смерть. Города вымирают. Крестьяне бегут от чумных крыс. А понтифик разбирает семейные дрязги одной англичанки. Казалось бы, что могло быть важнее борьбы с эпидемией?
Но этот "семейный спор" взорвал основы феодального мира. Впервые в истории простой рыцарь без земель и титулов бросил вызов королевской власти в вопросах брака. И выиграл. Обошелся ему этот процесс в целое состояние, но результат стоил того: церковь признала, что любовь может быть важнее политики.
А началось все с клятвы двенадцатилетней девчонки, которая решила, что сама выберет себе мужа. В XIV веке такая дерзость граничила с безумием. Но Джоанна Плантагенет, внучка короля и дочь казненного изменника, привыкла идти против течения с пеленок.
Как принцессу продавали дважды
Кому нужна принцесса с пятном на репутации? Отец Джоанны, граф Кентский, умудрился поддержать не ту сторону в дворцовых интригах и сложил голову на плахе, когда дочке исполнилось два года. Королевская кровь – да, но с привкусом измены. На брачном рынке такой товар ценится со скидкой.
Зато красота компенсировала политические недостатки. Французский хронист Фруассар, видавший европейских красавиц, терял дар речи: "Самая прекрасная женщина во всем английском королевстве". В те времена подобные комплименты звучали как приговор. Красивую девушку знатного рода ждала одна судьба: стать разменной монетой в играх взрослых дядей.
Но Джоанна думала иначе. В двенадцать лет, когда сверстницы играли в куклы, она уже понимала: если не возьмешь судьбу в свои руки, тебя продадут тому, кто больше заплатит.
Томас Холланд появился в ее жизни как герой рыцарского романа. Младший сын опального лорда, красавец без гроша за душой, но с железной волей и мечтами о славе. На четырнадцать лет старше, опытен в военном деле, умеет очаровывать дам и убивать врагов. Джоанна влюбилась мгновенно и бесповоротно.
— Я выйду за него замуж, — заявила она матери. — Дитя, он нищий рыцарь без будущего. — Тогда мы создадим ему будущее.
В 1340 году они тайно обвенчались. Священник благословил союз, свидетели поставили подписи. По церковным законам брак был законен и нерушим. Но мать девочки думала иначе. Едва Томас отправился в крестовый поход, как Джоанну силой обвенчали с другим женихом.
Уильям Монтакю, граф Солсбери, казался идеальной парой. Ровесник невесты, друг детства будущего Черного Принца, наследник огромных земель. К пятнадцати годам уже граф, к двадцати – основатель ордена Подвязки. Политически выгодный брак, одобренный самим королем.
Джоанна молчала. Не сказала ни слова о первом муже. Позже она объяснит: боялась, что Томаса казнят за измену, если правда выплывет наружу. А пока играла роль покорной жены, ожидая возвращения настоящего мужа.
Как 80 000 флоринов изменили расклад сил
Томас Холланд вернулся с войны другим человеком. Три года крестовых походов в Пруссии, потом французская кампания короля Эдуарда. Из безземельного рыцаря он превратился в боевого командира с репутацией и связями. Но главное – разбогател.
В 1346 году при осаде Кана случилось чудо. Холланд взял в плен коннетабля Франции, графа д'Э, самого высокопоставленного пленника кампании. По законам военного времени пленник принадлежал тому, кто его захватил. А выкуп за такую важную фигуру исчислялся королевскими суммами.
Эдуард III купил пленника за восемьдесят тысяч флоринов. Целое состояние. Годовой доход графства. На эти деньги можно было содержать армию или построить замок. Но Томас потратил военную добычу на другое: самый дорогой судебный процесс века.
А время поджимало. В 1348 году создали орден Подвязки, элитное рыцарское братство. В число основателей попали и Холланд, и его соперник Солсбери. Более того, граф даже взял Томаса к себе в управляющие – либо издевательство, либо месть судьбы.
Кульминация наступила на турнире в день святого Георгия 1349 года. Вся английская знать собралась в Виндзоре на первые соревнования рыцарей Подвязки. Король возглавлял одну команду, Черный Принц – другую. И два мужа одной женщины сражались друг против друга, пока она наблюдала с трибун.
— Интересно, за кого она болеет? – шептались зрители. — А за кого бы ты болела на ее месте?
Результат турнира история не сохранила. Зато через семь месяцев после него прозвучал папский вердикт, который потряс Европу. Климент VI объявил брак Джоанны с Солсбери недействительным и приказал ей вернуться к Томасу Холланду.
Как простой рыцарь сумел переиграть графа, короля и всю систему? Ответ прост: деньгами, упорством и знанием церковного права. Холланд несколько раз ездил в Авиньон лично, нанял лучших канонистов Европы, добился аудиенции у самого папы. А когда Солсбери попытался саботировать процесс, заперев Джоанну дома, церковь встала на защиту справедливости.
Когда Ватикан оказался человечнее короля
Папский суд в XIV веке работал неспешно, но основательно. Восемнадцать месяцев тянулось разбирательство. Свидетели, документы, показания. Солсбери отчаянно сопротивлялся, даже физически не пускал жену к адвокатам. Пришлось папе специальным указом приказать графу освободить Джоанну для дачи показаний.
И тут случилось невероятное. Двадцатиоднолетняя женщина под церковной клятвой подтвердила самые интимные подробности первого брака:
— Брак был заключен по моему согласию и немедленно состоялся.
В средневековом суде такие слова означали смертный приговор для лжесвидетеля. Соврешь под присягой – прямиком в ад. Но Джоанна не дрогнула. Любовь оказалась сильнее страха перед вечными муками.
Климент VI оказался в сложном положении. С одной стороны – английский король, чьего расположения нельзя терять. С другой – церковные каноны, по которым тайный брак, заключенный по взаимному согласию, нерушим. А с третьей – собственная репутация: весь христианский мир следил за процессом.
Папа выбрал справедливость. Тринадцатого ноября 1349 года прозвучал исторический вердикт: "Брак между Джоанной и Уильямом Монтакю объявляется недействительным. Джоанна должна вернуться к своему законному мужу Томасу Холланду и жить с ним как подобает христианской супруге."
Развязка оказалась стремительной. Солсбери, не теряя времени, через месяц женился на шестилетней наследнице. Политика есть политика, а графству нужны дети. Джоанна родила Томасу пятерых детей и двенадцать лет прожила с ним в счастливом браке.
А потом случилось еще более невероятное. "Скандалистка", бросившая вызов королевской воле, стала женой наследника престола. Эдуард Черный Принц, герой Пуатье и Креси, влюбился в нее еще в юности. После смерти Холланда он добился папского разрешения на брак и сделал ее принцессой Уэльской.
Их сын стал королем Англии Ричардом II. Так внучка казненного изменника, дважды замужняя скандалистка, превратилась в мать монарха. История любит такие повороты: от изгоя до королевы-матери за одну жизнь.
Урок на века
Джоанна Плантагенет доказала: даже в самые жестокие времена система не всесильна. Нужны лишь смелость бросить ей вызов, деньги на хороших адвокатов и правовые основания для сопротивления. Звучит знакомо?
Конечно, средневековые реалии давно ушли в прошлое. Детские браки запрещены, женщины имеют равные права, никого не выдают замуж силой. Или все-таки выдают?
А вы как думаете: действительно ли мы так далеко ушли от XIV века в вопросах принуждения к браку? И что изменилось в отношениях между любовью, деньгами и властью за семьсот лет?