Мы вышли на задачу вчетвером: я, Мультик, Потап и Серый. Должно быть больше, но в последних боях народ подвыбило, людей не хватало. Мы — штурмовики. Изначально я не был штурмовиком, был понтонёром мобиком, служил в инженерном подразделении, но командир поменялся, а новому поставили задачу застопроцентить личный состав в контрабасы.
А я отказался подписывать контракт, потому что думал, что вдруг приказ о демобилизации. Об этом многие говорили, мечтали, это вообще была любимая тема в блиндажах, поговорить о дембеле. Каждый мечтал о том, кто чем займётся на гражданке. Вроде как у многих семьи, кто на заводе работал, кто на фермера скотником, все при деле, а я был менеджером на гражданке, продавал автомобили в салоне "Тойота-Центр". Да и семьи нет, но из принципа отказывался подписывать, хотя мне и терять вроде как нечего. Просто упрямый.
Ну и не хотелось, чтобы про нас просто забыли. Нас ведь вроде как наверху стараются не замечать. Ну призвали и призвали, священный долг и всё такое, само как-нибудь рассосётся. Оно постепенно и рассасывается, двухсотыми, трёхсотыми, кто-то перебирается на более хлебную должность, через два года уже все ходы знаешь. Ну а большинство, конечно, подписали.
А я отказался. И меня меня вроде как решили наказать, направили к парням в штурмы, а все остальные подписали, потому что... Был один эпизод, который повлиял. После прилёта ночной ракеты, когда вместо ротного блина осталась воронка размером с три этажа вниз — все как-то сразу поняли, что вообще не важно, в каком ты статусе, поможет только удача, и массово ушли на контракт, так хоть семьям помощь.
Я в ту ночь в лазарете был, рука сильно загноилась, ну и меня отправили к медикам её чистить. Возвращаюсь, а блиндажа нет, ну и всех, кто там был — тоже нет. Жуткое было зрелище, ходили по лесу собирали фрагменты. А мне, получается, повезло. Никто ни от чего не застрахован там, кроме страховки Военной страховой компании, но многие об этом не узнают, только их родственники. Поэтому, тут только везение.
Страшно было каждый день, только дурак не боится. Быть может просто ещё не привык за два года, хотя, говорят, ко всему можно привыкнуть, а может просто было страшно так, что к этому привыкнуть не возможно. Там всем страшно, но многие вида не подают, делают своё дело, или просто устали.
Бытовые условия, конечно, нормальные. Мышей, правда, до чёрта, лезут из всех щелей, даже на стол иногда запрыгивают. Ешь, например, а она прыг и тоже лезет, тянется к твоему хлебу. Но хуже всего, они продукты портят. Есть не едят, но портят обёртку и надкусывают продукты, после этого их уже нельзя есть. У нас и кошки есть, но кошки на тушёнке разъелись и на мышей ноль внимания.
Так и жили, мы, кошки и мыши. Но крыс не было, а это уже хорошо. А так, в целом, бытовые условия хорошие, вода привозная, да всё в принципе есть, у нас даже баня была для помывки, делали типа вигвама из палок, степлером чёрные пакеты к ним приделывали, внутри чан с водой на костре и можно мыться.
А этот вражеский опорник как бельмо на глазу, мешал просочиться на направлении вперед, к городской застройке. Его нужно было уничтожить или захватить. Идём мы, значит, погоды стояли чудесные, дождина хлещет, а значит с неба ничего не прилетит и снайпера отдыхают, самое время выполнять задачу. Так безопаснее, понимаете, когда дождь, хотя идти тяжело, мокрые все, грязюка по колено, к берцам прилипают целые лапти дополнительно. Вроде как тропка, утоптано должно быть, а через сутки дождя просто всё расплывается. А земля чёрная, жирная, я такой никогда не видел.
Я тащил на себе две мины, чтобы туда бросить. После этих мин, там в общем ничего не останется, ну стрелковкой пройдёшься ради приличия, а так дело верное. А они тяжелые, собаки, ведь помимо мин много чего надо на себе тащить, я шёл последним.
А лес вокруг был из палок, ну торчат обгорелые палки из земли — вот такой был лес, потому что танки работали, Грады, артелы, все работали, даже авиация, а в этот опорник всё не могли попасть, вокруг него дырок в земле как в дуршлаге, но он держался, потому что им иногда тоже везёт. Только прямое попадание устраняет их везение, стачивает его под нуль.
Лес из палок это вообще странное зрелище, скажу я вам. Там раньше лесничество было, то есть, полноценный лес. Звери жили, олени бегали, лоси, лисицы, зайцы, ёжики. А потом все ушли, кто успел уйти, конечно, потому что в палках животным жить нельзя.
Мы уже вышли на исходную, и тут парней просто сожгли. Просто сожгли. А я шел последним и успел отвалиться в сторону. Лежу с минами в рюкзаке и смотрю, как они бегают и горят. Вот такие дела. Я не знаю, что ещё рассказать. Вот такое у меня было лето.
***
Антон сидел за последней партой, в старой найковской толстовке (он решил форму и награды не надевать, зачем?), сосредоточенно проговаривал про себя свой рассказ, а заодно рассеяно слушал о том, как восьмиклассники провели своё лето. Его не представили сразу и школьники первое время косились, перешептывались, гадая, что за мужик в толстовке сидит среди них, не проверяющий ли из районо. Но потом привыкли, видимо, посчитали, что кто-то из родителей, потому что проверяющие приходят в костюмах. Все смотрели в экраны своих телефонов.
Антон должен был выступить позже, такой был уговор с учительницей, тогда она его представит и он расскажет, как провёл своё лето. Чтобы был контраст, это она сама придумала, так поступить. Очень креативная и находчивая девушка.
Учительница и в правду была хороша, но химия не случилась и Антон не обращал на неё внимания. Он всё время усиленно думал о том, как рассказать школьником то, чего, по идее, рассказывать нельзя. И дело тут не в военной тайне. А дело в том, что это сильно противоречит той жизни, которую они знают.
Восьмиклассники это уже не совсем дети, девочки похожи на девушек, у некоторых пацанов пушок над губой пробивается. Вроде и не совсем уже и дети, а мысли детские, но взрослость вклинивалась сама, без их ведома.
Станислав рассказал, что этим летом предки его вывезли в Турцию и Египет. В Турции не понравилось, шведский стол отстойный, но море неплохое, в Египте понравилось больше, хоть и жарко, ему понравилось сафари. Но Станислав был единственный, кто отдыхал за границей. Остальные дети были попроще.
Маша мыла полы, подрабатывала, помогала маме, отца у них нет, а денег не хватает. Денис тоже подрабатывал, в КFS, брал и дневные и ночные смены, зато в конце августа скопил себе на скутер. Ваня всё лето пропадал в огороде, поливал посадки, окучивал картошку, собирал вредителей, ничего интересного, зато на речке купался каждый день, когда погода позволяла. Миша выращивал бычка, мать сказала ему, что деньги за этого бычка полностью достанутся ему, и он на них купит всё, что захочет, когда бычка сдадут. Семён всё лето играл в приставку. Ника ездила в спортивный лагерь и на дачу. Света завела котёнка. Дима рассказал, что отец его погиб, поэтому лето не удалось.
У каждого школьника были свои судьбы, как у взрослых. Вроде дети, а жизнь заставляет их взрослеть.
Когда все восьмиклассники рассказали о своём лете, Лариса Петровна поднялась со своего места и сказала:
— Ребята, среди нас находится Антон Николаевич Кобяков. Когда-то он учился в нашей школе, был отличником (не правда), а когда суровая година позвала его на подвиг — он встал в ряды героев и теперь выполняет свой служебный долг на передовой. Антон Николаевич прибыл в отпуск, он кавалер ордена Мужества, и сейчас он расскажет вам, как провёл это лето. Дети, поаплодируем нашему герою.
Школьники местами хлопали, но без фанатизма, Антон встал. Ему было неловко. Он вышел к доске, развернулся и растеряно смотрел на детей. Все опять уткнулись в свои телефоны. Он вдруг подумал, что его просто не услышат.
— Дети, убрали свои телефоны! — сказала Лариса Петровна. — То, что вам расскажет Антон Николаевич, это важно!
Школьники нехотя отодвинулись от своих гаджетов и смотрели на Антона, кто с интересом, кто с равнодушием и безразличием. По классу опять пополз шёпот, раз нельзя сидеть в телефонах, хоть поболтать, обсудить что-нибудь.
— Ребята, внимание! То, что расскажет вам наш герой это важно! — снова повторила классный руководитель.
— Лариса Петровна, можно вопрос? — Станислав поднял руку.
— Говори, Стас, — разрешила учительница.
— А у вас правда орден есть? — спросил Станислав у Антона.
— Есть, — ответил тот.
— А где он, орден?
— Дома, в коробке лежит.
— А почему вы не принесли его с собой?
— Зачем?
— Ну посмотреть хоть, интересно же. А сколько в нём граммов серебра?
В классе раздались смешки, все зашушукались.
— Я не знаю, — растерянно ответил Антон. — Не взвешивал.
— А на Авито такой можно купить? — спросил Стас. — У моего папы есть золотые часы, ему подарило правление. Орден дороже часов?
— Я не знаю, — ответил Антон. — Мне кажется... это нельзя сравнивать.
— Так, вопросы потом! — решительно сказала Лариса Петровна. — Стас, садись, мы с тобой потом поговорим на эту тему. Предоставим слово нашему герою!
— Ребята! — прокашлявшись, начал Антон. — В первую очередь я хочу сказать, что никакой я не герой, а обыкновенный человек. Я слушал вас, когда вы рассказывали, как провели своё лето. Мне было интересно знать, как вы живёте. И знаете, что я подумал. В сущности, вы живёте интереснее меня, взрослого. У вас есть все возможности стать тем, кем вы хотите стать, если не будете лениться, конечно. Вас оберегают от того страшного, что происходит за много километров отсюда. Вы пока ещё это не осознаете, но это так.
По плану, в конце урока я должен был рассказать, как провёл это лето на передовой. Я долго думал об этом, как рассказать. Сначала хотел рассказать как есть. Но потом понял, что рассказывать так нельзя. А врать я не умею. Поэтому... я не буду рассказывать об этом, простите меня. Знаю, что кому-то может быть интересно, кому-то — жизненно важно, но я не могу. Извините. Я просто хочу вам все пожелать, чтобы это никогда вас не затронуло. Пусть взрослые решают эти задачи, а вам не надо. Вам в первую очередь надо остаться хорошими людьми. Просто хорошими людьми. И я хочу, чтобы никогда это вас не касалось. Надеюсь, мы, взрослые, это закончим сами, раз уж так выпало. Берегите себя. У меня всё.
— Антон Николаевич... — несмело сказала учительница.
— Извините, мне надо идти, — сказал Антон. — Прощайте, ребята. Всего хорошего, Лариса Петровна, счастья вам.
— А рисунки, подарки...
— Я потом зайду, в другой день, спасибо вам за это.
2025г. Андрей Творогов Начало рассказа тут. А то, что вы прочитали сейчас - это окончание рассказа.
От редакции. Отдельное спасибо Константину Фёдоровичу Ф., который прислал для автора на карту редактора 1000 рублей. Мы никогда не просим деньги и не публикуем рассказы наших авторов в закрытых платных премиум-каналах. Все рассказы абсолютно бесплатны для наших читателей. Желающие поддержать творчество нашего автора военных рассказов могут это сделать, отправляя посильную помощь для А.Творогова на карту редактора ( Сбер 2202 2032 5656 8074, минуя посредничество и комиссию Дзена (10%) или через кнопку Дзена "Поддержать". Автор очень ценит Ваше отношение и всегда выражает искреннюю благодарность.
Детальный отчет по поступлениям от наших спонсоров выложен тут, он постоянно пополняемый. Все средства передаются автору. Большое спасибо!