Они с Егором устроились за одним из столиков, но официанта всё никак не было видно, и кое-что начинало проясняться.
Вот, наконец, их заметили — кто-то из персонала подошёл. Таня подняла глаза и замерла, ошарашенная увиденным. Впрочем, мужчина, стоящий рядом с ней, оказался не менее поражён: это был Павел Петрович — какой-то весь помятый и на редкость несчастный.
— Вы что, решили официантом устроиться? — ляпнула Таня. Она вовсе не хотела ни оскорбить шефа Артёма, ни посмеяться над ним — просто искренне удивилась: видеть такого человека у ресторанного столика с меню в руках было не просто странно, а почти неправдоподобно, совершенно невозможно.
— А ваш муж, я думаю, был бы рад такой новости, — усмехнулся он. — Но нет, до этого мои дела пока ещё не дошли, хотя, боюсь, такими темпами и до этого докачусь.
— Так что случилось-то? — удивилась Таня. — Вы разве не должны быть сейчас в офисе? Насколько я помню, ваш рабочий день обычно заканчивается позже.
— Как? — всплеснул руками Павел Петрович. — Вы что, ничего не знаете?
— А что я должна знать?
— Видите ли, в чём дело... — Он тяжело вздохнул. — С головой у меня в последнее время что-то неладно. А ваш муж этим, конечно, не преминул воспользоваться. В каком-то смысле, наверное, он был прав: стар я уже, чтобы чем-то управлять... Только и он ведь своего тоже не добился.
— Я пока ничего не понимаю, — сказала Таня, с каждым словом погружаясь во всё большее замешательство.
— Да чего тут понимать-то? — махнул рукой Павел Петрович. — Ваш супруг и ещё кое-кто, кто был мною недоволен, сообщили вышестоящему руководству, что со мной не всё в порядке. Я хотел пройти медицинское обследование, ну и если всё действительно так плохо — уйти самому. Хотя... Впрочем, неважно. Ждать никто не стал: сняли меня с должности и поставили на моё место другого. Но не Артёма, чего, как я думаю, он и добивался. Правда, видимо, новый руководитель устраивает его больше, чем я.
Говорят, сначала у них были конфликты, но потом всё устаканилось — сработались.
— Вот как, — протянула Таня. — Но всё же, что вы делаете здесь?
— Так ведь это мой ресторан, — вздохнул Павел Петрович. — Сегодня я отпустил официантов пораньше. Толку их держать, если всё равно никто не приходит…
Он горько усмехнулся:
— Ничего у меня не получается. Видно, действительно слишком стар я для всего этого.
— Я бы не спешила с такими выводами, — покачала головой Татьяна. — Тут специфика совсем другая, не такая, как у вас раньше была. Дело не в вашей голове, просто вы пока не разобрались, как всё устроено.
— Голова у меня, может, уже и не та, чтобы разбираться, — печально улыбнулся Павел Петрович.
Татьяне вдруг стало по-человечески жаль этого запутавшегося, растерявшегося мужчину.
— Давайте я попробую вам помочь, — неуверенно предложила она. — Я сама ещё только учусь, но кое-что уже поняла. Да и известный шеф-повар может принести пользу.
— Серьёзно? — Павел Петрович посмотрел на неё с надеждой. — А вы ведь отказались… тогда.
— Я не хотела бросать свою основную работу и сейчас не хочу, — честно призналась Таня. — Но могу приходить к вам вечерами и в выходные. Это ведь лучше, чем совсем ничего.
Так они и договорились. С этого дня Татьяна стала проводить почти всё своё свободное время в заведении Павла Петровича. Сначала было тяжело, но вскоре усилия принесли плоды: потихоньку начали появляться первые посетители, и с каждым днём людей становилось всё больше.
Довольно скоро это место стало одним из самых популярных в городе.
Впрочем, именно тогда Таню и вызвал к себе начальник с её основной работы.
— Говорят, в городе появились серьёзные конкуренты, — завёл он издалека.
— Да у нас всегда хватало конкурентов, — отмахнулась Таня, не понимая, к чему тот клонит.
— Наш ресторан все знают, у нас репутация, постоянные гости приходят и новых приводят. Не вижу причин для беспокойства.
— А я вижу, — сдержанно ответил начальник. — Мне тут сказали, что у этих самых конкурентов дела резко пошли в гору после того, как ты к ним устроилась. Это правда?
— Да не то чтобы я устроилась... Просто помогаю по мере возможностей, — ответила Таня, стараясь сохранить спокойствие.
— Помогаешь нашим конкурентам развивать бизнес в своё свободное от работы время? — приподнял бровь начальник, тоном из которого исчезла любая теплота. — Нет, дорогая моя, так не пойдёт.
Тут Таня невольно усмехнулась. Вот оно — истинное лицо руководства... Она уже начинала раздражаться, почувствовав знакомый укол обиды.
— Я занимаюсь этим исключительно в свободное время, и на работе это никак не отражается, — твёрдо заметила она. — К тому же, в нашем договоре не сказано ни слова о том, что мне запрещено брать подработки. Простите, но то, что я делаю вне вашей кухни, — моё личное дело.
— А теперь — нет, — перебил начальник, голос стал резким, почти криком. — Как только твои занятия начинают помогать конкурентам, это сказывается непосредственно на работе моего ресторана. Так что придётся выбирать, Таня. На двух стульях не усидишь. Определяйся, где ты — с нами или с ними.
Татьяна не стала долго раздумывать. Слова начальника прозвучали как последний аккорд — стало совершенно ясно: её здесь не ценили и, скорее всего, никогда не ценили. Просто использовали, пока было удобно. Терпеть такое отношение смысла не было.
В тот же день она написала заявление и, выдохнув с облегчением, сообщила Павлу Петровичу, что теперь может работать у него на полную ставку.
Павел Петрович был на седьмом небе от счастья — шутка ли, такой специалист! Готов был платить любые деньги, лишь бы Таня осталась. Но она попросила совсем немного — чуть больше, чем получала на прошлой работе. Деньги для неё были важны, конечно, но всё же не они вели её вперёд. Гораздо важнее было другое — чувство, что она на своём месте, делает именно то, что должна.
Отныне ресторан Павла Петровича становился всё популярнее — гости возвращались, приводили друзей, а улыбки и искренние «спасибо» стали для Тани лучшей наградой.
Однажды, возвращаясь домой после смены, Таня застала в квартире не только Артёма и Егора, но ещё и свекровь. Сын и мать сидели на диване в гостиной, склонившись друг к другу, лица хмурые, напряжённые — сразу стало ясно: Валентина Анатольевна пришла не с визитом, а поддержать сына в грядущем «разговоре» с женой.
— Я тут слышал, — начал муж с плохо скрываемым сарказмом, — что тебя наконец-то попросили с работы.
— Не попросили, — Таня поморщилась, не умея привыкнуть к грубоватым словам Артёма. — Я сама ушла. Уже нашла новое место. Так что, можешь не переживать.
— А я всё равно переживаю! — буркнул он. — Слышал я про твоё новое место — у этого старого маразматика, который со скандалом вылетел из нашей фирмы. Считаю, ничего путного у него не получится. И нечего тебе там делать.
— Я, между прочим, не приложение к тебе, — возмутилась Таня. — Свой мозг и руки у меня есть, а где и с кем работать — решаю я сама.
— Где хочу, там и работаю! — Таня пожал плечами. — Благо, наконец-то имею такую возможность.
— А пока ты работаешь, где хочешь, — передразнил её Артём, — дома полный бардак. Егор совсем от рук отбился — учится ужасно, ничего не хочет слушать. Маме иногда приходится готовить обеды для меня, потому что жена у меня вечно работает… Мне всё это надоело, если честно!
— Возвращайся-ка ты к своим привычным обязанностям, а деньги буду зарабатывать я. Тем более что у меня, между прочим, это куда лучше выходит.
— Ну да, как же… Только вот не заметила, чтоб у тебя это лучше получалось, — фыркнула Таня. — И уж не знаю, почему это Егор тебя не слушается — может, потому что дома бываешь редко? А тройки с четвёрками в четверти, поверь, не конец света. Сам школу, вроде, как-то закончил… Ну, а если по поводу обедов, то кто тебе мешает самому пару раз в месяц что-нибудь приготовить, а не свою маму гонять?
— Придётся тебе, милый, привыкать, что жена теперь работает так же, как и ты. Соответственно — обязанности по дому тоже неплохо бы было разделить поровну.
— Нет, вы посмотрите на неё! — всплеснула руками Валентина Анатольевна. — Я, между прочим, как-то успевала и работать, и детей растить, и по дому всё делать сама! А этой, видите ли, всё делить надо. Ей, можно сказать, королевские условия предлагают!
— Спасибо, наелась уже этих ваших «королевских условий», — съязвила Таня. — Почему-то последнее время что-то не радуют…
— Ну раз так! — Артём только что по столу кулаком не стукнул. — Такая жена мне не нужна! Я подаю на развод, и сына у тебя заберу. Ты плохо на него влияешь, вот увидишь. С таким воспитанием — вообще непонятно, кто вырастет!
— Ну вот, наконец-то! — радостно воскликнула свекровь. — Я же тебе давно говорю — разводись с этой ведьмой! Я в суде показания дам, чтобы Егор с тобой остался, вдвоём против одной — точно выиграем.
В этот момент Таня вдруг чётко поняла: и правда — ей самой такой муж и такие отношения не нужны.
Но установки из детства будто кричали: «Разводиться нельзя! Сама выбрала — сама и жить должна, до самой смерти…»
А если уж он твёрдо решил расторгнуть брак — делай что угодно, но постарайся сохранить семью. Таня старательно убеждала себя, что сохранять там уже давно нечего, но всё же подсознание упрямо искало какой-то другой, менее радикальный выход из ситуации. Ей, наверное, требовалась серьёзная встряска, чтобы наконец решиться на такой шаг.
Ресторан Павла Петровича находился совсем недалеко от его прежнего офиса и, соответственно, нынешнего места работы Артёма. Однажды Таня увидела из окна, как её муж идёт мимо с какой-то женщиной. Он держал её за руку, и время от времени они останавливались — чтобы без стеснения поцеловаться прямо посреди улицы.
Татьяна попыталась было снова взяться за работу, как будто ничего не произошло. Но быстро поняла: не получится. Её вдруг накрыло — стало очень плохо, тошнило, закружилась и разболелась голова. Вызвали скорую. Врачи измерили давление: оно оказалось очень высоким и настояли — немедленно в больницу.
В больнице все врачи в один голос твердили: это у вас, мол, от нервов. Вам противопоказаны лишние переживания, надо беречь себя, а, может быть, вообще хотя бы на время отказаться от работы. Но на такое Таня была решительно не согласна! Она столько пережила, чтобы получить своё место, и уж из-за какого-то скачка давления бросать его не собиралась.
Павел Петрович с облегчением воспринял это решение, но понимал: Таню нужно хоть чуть-чуть разгрузить. Подумав, он нанял ещё одного повара — совсем неопытного, но старательного. Его звали Степан.
Степан был примерно одного возраста с Татьяной, правда, только недавно осознал, что занимается в жизни совсем не тем, чем хотел бы. Сначала Таня отнеслась к новому коллеге настороженно, но очень скоро поняла, что напрасно. Он с восторгом работал рядом с такой звездой, ловил каждое её слово, внимательно прислушивался к советам. И, надо сказать, пару дельных идей внёс и от себя.
Ресторан продолжал развиваться — не в последнюю очередь благодаря работе Тани и помощи Степана. Немного оправившись после болезни, Татьяна собрала волю в кулак, забрала Егора и ушла от мужа. Квартиру Артём оставил себе, так что им с сыном пришлось временно перебраться в съёмное жильё.
И всё же в маленькой, тесной квартирке на окраине она чувствовала себя гораздо лучше, чем раньше, и была уверена, что справится со всем. По крайней мере, впервые в жизни Таня могла сама решать, что ей делать и как жить. А ресторан тем временем набирал всё большую популярность.
Они со Степаном немало трудились над этим — будто это был их собственный бизнес. Вскоре казалось почти невозможным поверить, что когда-то этот роскошный зал стоял абсолютно пустым даже в самое горячее время суток.
Однажды Павел Петрович вызвал обоих поваров к себе. Не ожидая ничего дурного, они явились к нему в кабинет — и тут же поняли: шеф был явно не в лучшем настроении. Он сидел за столом, нахмурившись, скрестив руки на груди. Рядом с ним лежали какие-то бумажки.
— Вот, полюбуйтесь...
Таня взяла один из листков и сразу поняла: это распечатка отзывов с одного популярного сайта. Если раньше все оценки были почти исключительно положительными, то теперь что-то резко изменилось. Страница пестрела «единицами» и красочными описаниями ужасов, которые, якобы, пережили гости, посетив их заведение.
- В тарелке с супом плавал таракан, — гласил один из отзывов. — После этого я уже молчу про долгое обслуживание и прочие проблемы. Как-то они начинают казаться не такими уж и незначительными… В зале грязно, официанты медленные, а блюда — просто кошмар. Не понимаю тех, кто оставил положительные отзывы, — возмущался кто-то другой.
— Ну и как вы это объясните? — поинтересовался Павел Петрович.
— Да это ж всё заказали! — возмутился Степан. — Кто-то явно хочет нас потопить…
Вот и платят людям деньги, чтобы писали всякие гадости…
— Я, кстати, догадываюсь, кто это может быть, — мрачно проговорила Таня. Она бы вообще не удивилась, даже если бы узнала, что Артём никому ни за что не платил, а сам лично потратил несколько часов своего времени, чтобы оставить эти отзывы.
Он, судя по всему, был готов вообще на что угодно, лишь бы насолить ей, хотя они находились в процессе развода.
— Заказное, не заказное… но положительных-то отзывов всё равно не появляется, — заметил шеф.
— Что-то, значит, у нас всё-таки идёт не так. Вы уж постарайтесь получше в ближайшее время, пока вся эта муть не уляжется.
Но укладываться муть никак не желала. На сайте появлялись всё новые и новые отзывы. К ним даже пришла проверка из санэпидемстанции.
Правда, ничего криминального не нашли, но осадок, как говорится, остался.
И в довершение всего, в самой популярной городской газете вышла совершенно разгромная статья.
продолжение